Кому идти в айтишники — интервью со Станиславом Протасовым, сооснователем Parallels

— Вы — выпускник Физтеха. Кроме МФТИ какие российские вузы дают конкурентное техническое образование?

 МГУ, МГТУ им. Баумана, МИФИ, МАИ  это если перечислять московские. СПбГУ, Новосибирский Государственный Университет довольно сильные учебные заведения в масштабе страны. Для меня, конечно же, Физтех ближе всех.

В России много отличных технических вузов, честно. Но, конечно, проблемы с IT-образованием, которое и появилось-то здесь лет 20 назад, в нашей стране есть. И инжиниринг программного обеспечения и computer science в нашей стране на уровне университетского образования — в зачаточном состоянии. Но, как это ни смешно, я не считаю это большой проблемой. Все-таки наша сфера молодая. И, соответственно, заниматься ей успешно можно, имея хорошее фундаментальное техническое образование. Вообще интересно было бы сделать соцопрос по крупным IT-компаниям и посмотреть, какие специальности получили их программисты и системные архитекторы. Уверен, что большинство закончили смежные факультеты: физфак, физмат, но не computer science. В компании Parallels (Сейчас Станислав старший вице-президент Acronis по проектированию и разработке — прим. ред.) работают программисты, закончившие Университет пищевых производств или геологический факультет МГУ.

— Достаточно ли одного вузовского образования для становления крепкого специалиста? Есть ли модель идеального образования для айтишника?

 Наша жизнь так смешно устроена, что можно учиться где-нибудь в Поморье, а потом приехать с обозом в Москву и стать великим русским ученым. Но в то же время, шансов стать ученым, учась в хорошем вузе больше.

Итак, первое: если человек хочет заниматься программным обеспечением, ему нужно идти в самый лучший на текущий момент вуз в сфере IT. Это не значит, что без диплома ничего нельзя добиться  просто качественное и своевременное образование сильно увеличивает шансы.

Второе: занимайтесь самообразованием всю жизнь. Нужно читать книжки профессиональные и смежные. У меня есть приятель, который работает экономистом в Чикаго, имеет PhD. Как-то раз ему пришла статья известного американского экономиста. Он знал всю терминологию, был в курсе последних изменений в этой области, но сложить все воедино не смог, и статью не понял. Он сохранил ее и стал каждые полгода перечитывать, чтобы понять, улучшается его понимание, или нет. И вот через три года, когда он все понял  оказалось, правильно написано, элементарно, ясно. То есть для того чтобы понять смысл прочитанного, все-таки нужно иметь определенный уровень.

— Над чем еще нужно поработать молодым программистам?

— Я бы посоветовал всем айтишникам интересоваться людьми. У многих технарей наблюдаются пониженные навыки социализации. Есть люди, талантливые ребята, иногда близкие к гениальности, но даже не с нулевыми, а с отрицательным уровнем коммуникации. Это значит, что парни не просто не умеют строить диалог, воспринимают слова собеседника противоположным образом. Когда таким человеком ужасаются, ему кажется, что его действия одобряют. Это непонимание людской природы  большая проблема, поэтому есть большой смысл получать дополнительное образование в области работы с людьми. Я не буду оригинальным  просто посоветую забить «книжки по психологии» в поисковике, наверняка среди них будут интересные. Я уверен, что поднимаясь вверх по карьерной лестнице, мы становимся отчасти менеджерами. А хороший менеджер умеет общаться, и ни в коем случае не социофоб.

— Какими навыками должен обладать выпускник вуза, чтобы получить у вас работу?

Я  всегда спрашиваю про средний балл выпускника. Это как соц. опрос: чтобы узнать, есть ли у кандидата ожирение, лучший вопрос, который можно придумать  «Сколько вы весите?».  Ответ выпускника в принципе ничего не определяет, но это хорошая общая информация.

Вторая вещь  это сообразительность. Сейчас в сети бродит много всяких задачек в стиле «сколько мойщиков окон требуется в Сан-Франциско». Мне хочется посмотреть на мыслительный процесс в действии, понять, как человек подходит к задаче, у которой неполные начальные условия. Естественно, прощупаю область, в которой парень считает себя асом. Зарплата,  взгляды на жизнь это важно, но вторично. Основное, что требуется от выпускника, — это сообразительность, желание учиться, желание работать.

— На ваш взгляд, с чего лучше всего молодым начинать карьеру?

— Самый лучший способ — это, безусловно, идти в среднюю, но динамичную компанию, где можно набраться опыта. Я имею в виду компанию, которая уже пережила стадию стартапа, научилась работать, но не исчерпала потенциал своего роста. Стартапы, особенно в нашей стране, зачастую создаются единомышленниками, вчерашними студентами, у которых минимальный опыт работы, либо вообще никакого опыта. Им кажется, что они все знают, и бизнес быстренько можно слепить, а в результате они тратят свои или чужие деньги, время, получая непонятного качества опыт. Я однажды прочитал любопытную статистику, что первые три года существования переживают не больше трех процентов стартапов. А по-моему, даже и меньше. С моей точки зрения, это плохое время препровождение.

— А почему не стоит начинать в крупной компании?

Большую компанию от  маленького предприятия отличает очень размеренная жизнь и предсказуемое развитие карьеры. Шансы попасть на top floor минимальны — во-первых, верхние ступеньки  освобождаются очень медленно, а во-вторых, количество талантливых людей, которые бьются за доступ наверх, очень большое. Соответственно, сколько бы ты ни работал, твой вклад в огромную корпорацию незаметен, он размывается. В компании, которая еще растет, можно быстро научиться работать и построить неплохую карьеру. То есть, чем быстрее растет компания, тем больше там возможностей.

— Вы можете назвать самые перспективные области в IT? Чем должна заниматься средняя компания, чтобы быть на плаву?

— Например, «облака». Всем уже понятно, что в индустрии произошел сдвиг к облачным сервисам. Мы сами не заметили, как стали хранить информацию в Dropbox, слушать музыку из VK или Spotify, а фотографии хостить на Flickr или Instagram. Все это облачные вычисления, где применений может быть гораздо больше, чем приложения для развлечений. Огромная индустрия облачных сервисов развернулась в сторону офисных и многих других приложений для малого бизнеса. Кроме этого  мобильные устройства. Сейчас люди покупают айпады, другие планшеты, переставая приобретать  ноутбуки и компьютеры. Как объяснил нынешний генеральный директор Apple, компания должна выпускать такой продукт, который съест долю других своих продуктов, чтобы этого не сделали другие. Поэтому мобильные приложения  это, безусловно, горячая область в IT.

Часть вторая. Work&travel: иммигрировать нельзя остаться

— Русские выпускники — айтишники проигрывают зарубежным?

 Наши выпускники иногда проигрывают западным по производимому первому впечатлению. На первом собеседовании русские выглядят очень запуганными. Это все наша восточная ментальность, где власть и начальство сакральные понятия. И поэтому хорошо воспитанный человек руководителя не перебивает, вид имеет придурковатый, это еще у Петра Первого в указе было прописано. А запад  это же в общем-то сообщество вольных каменщиков, сегодня я исполнитель, а завтра  у тебя уже подчиненные.  Иностранцы более простые и открытые, готовы к любому сотрудничеству. Но, как правило, наши проигрывают только в первом впечатлении  многие российские студенты сильных технических вузов в плане знаний держатся на уровне.

— Многие молодые и толковые русские технари хотят сменить гражданство. Нобелевский лауреат по физике Константин Новоселов на вопрос о том, при каких обстоятельствах он вернулся бы в Россию ответил: «Только при одном условии — реинкарнация».

 Ситуация с реальным оттоком сильно преувеличена. Да, люди уезжают, но не больше, чем раньше. Наверное, это происходит от низкого уровня компенсации труда в стране. Когда Parallels была маленькой и снимала помещение МФТИ, меня попросили почитать лекции студентам. Меня поразили ставки: они собирались платить мне 9 тысяч рублей в месяц плюс 6 тысяч за кандидатскую степень. Если бы я решил посвятить себя, например, преподаванию, то либо сам умер от голода, либо от меня ушла бы жена с детьми. Это большая проблема. Хотя я вижу, что разница в зарплатах IT-сферы медленно сокращается. Пятнадцать лет назад хороший программист в России стоил 500 долларов в месяц, в Америке — 6—7 тысяч долларов. Они жили в 12—14 раз лучше. Сейчас у топовых специалистов разница сократилась до 5—6 раз. В среднем сегменте дела обстоят так: хороший программист в Москве  сегодня зарабатывает от ста до ста пятидесяти тысяч рублей, 20—30 тысяч долларов в год без вычета налогов. В Америке программист такого уровня зарабатывает 120, максимум 150 тысяч долларов.

— Разница все равно существенная.

 Да, но в Америке и налоги в три раза выше. Еще раз повторяю, что она уменьшается. Мне кажется, что наша профессия чудесна, потому что не подвержена многим болезням общества. Люди мотивированы другими, правильными вещами. Вот бич многих российских предприятий — повальное воровство. В IT такого нет, ведь если человек украл компьютер и сел за пустой стол, то все заметили, что что-то с ним не так. И поэтому у нас нет многих проблем, которые считаются характерными для  России. Мы боремся за то, чтобы создавать продукты, которые конкурируют на главных рынках с продуктами лучших западных фирм. Это очень интересно, это захватывает. Я считаю, что IT может стать  той отраслью, которая во многом поможет России стать нормальной страной для жизни и если не вернуть таких как Новоселов обратно, то создать новых.

Спасибо компании Parallels за предоставленное интервью.

1_parallels_logo_cmyk