Я сам не фанат бега, мне сложно понять марафонцев, просто бегающих по утрам и джоггеров. А ещё в моей голове стереотипы о том, что это люди, которые хотят стать очень эффективными (особенно в бизнесе, IT и около), и это какая-то беговая секта. Но ведь раз люди это делают, то зачем-то это ведь нужно?

Я пообщался о спорте и беге с участниками фестиваля RUNIT by AGIMA разных лет: кто-то участвует постоянно, кто-то собирается первый раз, кто-то не попадает в этому году. Но все бегают и занимаются ещё каким-то спортом, видят в этом пользу и что-то хорошее.

RUNIT by AGIMA — ежегодный фестиваль IT и спорта, который проводится в Москве летом. Впервые он прошел в 2018 году и собрал около сотни сотрудников AGIMA и их друзей, а уже в 2025 году в фестивале приняло участие 10 тысяч IT-специалистов. В этом году фестиваль пройдёт 5 июля в Мещерском парке.

Хотелось узнать, что бег и спорт делают с человеком по-настоящему — куда заводят, какие решения подсказывают, какие оставляют впечатления и воспоминания, над чем потом смеёшься. Получилось честно и местами неожиданно. Героев в этой статье четверо: Алексей Озеров (IT_One), Сайыына Колесова (КРОК), Млада Николаева (AGIMA) и Алексей Лосев (БФТ-Холдинг). Дальше — их дистанция, от старта до финиша.

Старт: «Сайыына, зачем тебе это?»

Почти у всех бег начинался с чужой компании — буквально.

Сайыына Колесова впервые побежала на RUNIT by AGIMA в 2024-м, в разгар адаптации в новой компании, когда записывалась подряд на все активности: «Мне показалось, что будет клёво большой командой в одинаковых футболках пробежать свои дистанции. Раньше я завидовала тем, кто приходит на забеги со своей командой, тоже хотелось быть частью такого драйвового сообщества». Воодушевившись, она выбрала десять километров — и до сих пор об этом жалеет, потому что дистанция далась непросто: «Я бежала и думала: «Сайыына, зачем тебе это?».

Но добежала. И, что важнее, унесла с финиша положительные эмоции: «Я увидела, как много моих коллег тоже увлечены спортом — даже из моего департамента, о чём я и не подозревала. Увидела друзей-коллег с новой стороны, да и себя показала — выжившей. С тех пор наши отношения только крепнут.

Для Алексея Озерова фестиваль — вообще точка отсчёта. «Это особенный для меня забег, с него начался мой беговой путь. Два года назад я пробежал здесь свои первые пять километров и чуть не умер. Год назад тут же была первая десятка». Следующая цель Алексея тоже привязана к фестивалю: первый в жизни полумарафон он хочет пробежать именно на RUNIT by AGIMA.

Стена: не всё так просто

А дальше у каждого наступает момент, ради которого, кажется, всё и затевается, — когда гонка перестаёт быть приятной.

Стена Алексея Лосева показалась мне особенно суровой. Он бегает ультратрейлы, и его главная история — «Золотое кольцо» под Суздалем с титульной дистанцией 110 километров. Первая попытка закончилась сходом на девяносто четвёртом километре. Со стороны — обидно, оставалось чуть-чуть. Но он принял это решение как человек, привыкший смотреть вдолгую: «В тот год дистанция была сто пятнадцать километров, каждый давался тяжело. Я решил сойти, чтобы не только вернуться, но и продолжать участвовать в таких событиях долгие годы». Он вернулся через два года подготовки.

Самое коварное на трассе, по его словам, случается не на болотах и песках автономного сорокакилометрового участка под палящим солнцем, а сразу после него — там, где бегуна встречает лагерь волонтёров. Улыбки, объятия, готовы накормить, напоить, вымыть ноги. «В этом главная опасность. Минута промедления — и желание остаться становится всё сильнее, а впереди ещё марафонская дистанция, и силы стремятся к нулю. В такой момент нужно отключить желания и просто сделать шаг. Дальше второй — и вот ты уже снова бежишь к цели».

У Млады Николаевой, которая помимо бега занимается пауэрлифтингом и тайским боксом, была своя стена — жара на петербургском полумарафоне «Северная столица». После первой в жизни половинки (прим. полумарафон, 21 километр) она шла за личным рекордом: «Питер, плоско, лето — что может пойти не так? Ответ: всё».

Тридцать с лишним градусов, набережные без тени, пульс на двадцать ударов выше обычного. «Это единственный забег, где я по-настоящему не была уверена, что добегу. В голове постоянно шёл торг: может, сойти? А может, ещё километр? А может, ну его?» Она финишировала еле передвигая ноги — и гордилась не временем, а тем, что не свернула.

Передышка: футбол, халявные футболки и первое место

Если бы спорт состоял из одних стен, в него бы никто не возвращался. К счастью, он состоит ещё и из историй, которые потом годами рассказывают друзьям.

Самая киношная — у Алексея Озерова, и она про футбол. «Во время легендарного чемпионата Европы, когда наша сборная обыграла Голландию 3:1, я работал в приёмной комиссии Бауманки. После той игры мы на радостях гуляли всю ночь, а утром напрямик пришли в кабинет приёмной комиссии, обвесили его флагами и с раскрашенными в цвета российского флага лицами весь день принимали документы у будущей технической элиты страны».

У Сайыыны Колесовой — история о том, как она случайно стала спортсменкой. Она долго считала себя человеком неспортивным и физкультуру терпеть не могла, пока тётя — тренер по лёгкой атлетике — не отдала ей ворох командных футболок со сборов. «Я ходила в этих халявных футболках на физру, и однажды физрук без объяснений перевёл меня в другую группу. А там оказались университетские легкоатлеты с особой программой. Тренеры, видимо, решили, что футболки мои по праву и я из какой-то сборной. Не спросили, к счастью». Так она «вступила в атлеты», сдала нормативы не хуже других, начала сама ходить в зал и бегать по утрам, доехала до соревнований в Германии: «Ну короче, с тех пор я на спорте».

А Млада однажды заняла первое место на забеге, куда её взяли в последний момент. Она начала бегать в апреле, на июнь запланировала первую десятку, а накануне увидела по пути небольшой фановый забег. Все места были раскуплены, но это её не смутило: «Я недолго думая написала организаторам: если вдруг нужна участница в женский забег, имейте в виду. И меня встроили в группу».

Итог: первое место. «До сих пор одно из самых ярких и смешных воспоминаний. Мы все были просто большие дети, которые с восторгом соревнуются и шутят».

Второе дыхание: что изменил спорт

Самое интересное начинается, когда спрашиваешь не «что спорт дал», а «что поменял».

У Алексея Лосева два таких открытия, и оба выросли прямо из его гонок. Первое — про то, как браться за неподъёмное: «Сложную задачу начинаешь решать, сделав один шаг». Тот самый шаг из лагеря волонтёров, перенесённый в кабинет. Второе он усвоил на финишном отрезке, когда силы кончились и в одиночку он уже не укладывался в лимит: «Я зацепился за группу других участников, вцепился зубами и „рюкзаком“ продолжил с хорошим темпом». Так была закрыта сложнейшая гонка его жизни — не в одиночку. Отсюда вывод: «Сверхдостижений можно добиться только с командой единомышленников».

О том же, но со стороны футбольного поля, говорит Алексей Озеров. «Спорт научил меня командной ответственности. Неважно, кто сыграл лучше, если в итоге вы проиграли. На работе это очень помогает: ты не разграничиваешь зону на свою и чужую, а фокусируешься на общем результате. Это качество я и в других очень ценю».

Млада вынесла из спорта другое — отношение к темпу: «В работе есть соблазн требовать от себя и команды одинаково высокой скорости всё время. Но в спорте так не бывает: есть дни, когда ты летишь, а есть дни, когда главная задача — не сломаться и сделать работу достойно».

Ещё одно важное качество, которое она нашла — спокойствие к ошибкам, своим и чужим: «Один сложный день не определяет человека, команду или весь проект. Иногда это просто сложный день. Выдохнули, разобрали, пошли дальше».

Есть у бега и совсем прикладная польза — он «разгружает» голову. «В процессе голова освобождается от мыслей и проблем, ты как ребёнок находишься в потоке. А вот по завершении, на перезагрузившуюся голову, частенько приходят новые мысли», — говорит Алексей Озеров.

Млада, кстати, тоже отмечала похожее: спорт выключает лишний шум — «сначала ты занят дыханием, пульсом или тем, чтобы не получить по лицу на спарринге, а потом обнаруживаешь, что внутри стало тише».

Финиш: разные награды

А вот на финише наши герои расходятся — и это, пожалуй, то самое честное и неожиданное.

Для Алексея Озерова главное — эйфория: «Обычно я страдаю с первого до последнего километра, но на 70–80% дистанции накрывает адреналин и особое чувство, когда кажется, что можешь абсолютно всё. Вот это я люблю больше всего».

Алексей Лосев тоже говорит об эйфории от достижения результата, но про финиш стокилометрового трейла говорит почти без слов: «Эмоции сложно описать. Ты отдал себя всего».

Млада на том же финише чувствует другое и подбирает неожиданное для человека со штангой и боксёрскими перчатками слово — умиротворение. «Это не всегда эйфория с фанфарами. Иногда это тихое ощущение: «Я справилась». И оно мне очень дорого».

А у Сайыыны награда вообще не про себя: «Я восторгаюсь людьми — их силой воли, умением жить эту жизнь. Общие тренировки, соревнования или просто молчаливый бег к финишу, когда знаешь, что в этот момент мы все вместе абсолютно счастливы. Наши бегущие сердца бьются в унисон».

Почему RUNIT by AGIMA

Любопытно, что почти никто из них не говорит про секунды в протоколе.

«Это возможность увидеть коллег с другой стороны, позитивный формат и классная программа», — говорит Лосев, которому есть с чем сравнивать. Озеров привязан к фестивалю историей: здесь он начинал и здесь же хочет взять первый полумарафон. Колесова не скрывает мотивации и формулирует её очень обаятельно: «Меня привлекают коллеги. Они заманивают вкусняшками и пивом, и я не против — побегу с ними куда угодно, сколько угодно, возможно даже в +30. Фестиваль даёт почувствовать наше единство».

Млада поделилась своим взглядом на то, зачем такие фестивали нужны вообще: «Это не только про дистанцию или результат. Это про людей, энергию и ощущение общего движения: каждый бежит свою историю, но при этом чувствует себя частью чего-то большего». Спорт она называет очень честным языком — рядом могут оказаться люди с разным темпом и подготовкой, но всех объединяет простое «мы берём и делаем».

RUNIT by AGIMA пройдёт 5 июля в московском Мещерском парке. В программе — дистанции от детских 200 метров до полумарафона 21,1 км, командные зачёты и эстафеты, а после финиша — фестиваль с музыкой, фудкортом и зонами для своих.

Вместо вывода

Я попросил героев закончить фразу «бег научил меня тому, что…».

На мой взгляд, у Млады получилось мудро: «Устойчивость важнее героизма: не каждый день обязан быть победой, зато каждый может стать шажком вперёд».

А у Алексея Озерова парадоксально-честно: «Научиться бегу невозможно».

Практически гимн получился у Сайыыны Колесовой, им и хочется завершить эту статью: «Бег научил меня тому, что я могу бегать, могу бегать хорошо, быстро и долго. Я могу всё. Я могучий человек!»

В ноябре 2022 года у сооснователя и тогдашнего CEO GitLab обнаружили остеосаркому — редкую форму рака костей. Шестисантиметровая опухоль росла из позвонка T5 в верхнем отделе позвоночника. После хирургии, лучевой терапии и жёсткой химиотерапии рак вернулся в 2024 году — и стандартные методы лечения были исчерпаны.

Тогда Сид решил перейти в Founder Mode — режим глубокого личного вовлечения основателя, о котором писал Пол Грэм. Вместо того чтобы делегировать решения врачам и ждать, Сид погрузился в каждую деталь диагностики и лечения — так же, как когда-то погружался в детали GitLab.

— Сид Сийбрандий — сооснователь GitLab (IPO в 2021, полностью удалённая компания без единого офиса)

— В 2022 году диагностирована остеосаркома позвоночника, в 2024 — рецидив после исчерпания стандартного лечения

— Собрал команду учёных и врачей, создал 10+ персонализированных терапий, прошёл экспериментальное лечение в Германии

— Результат: доля T-клеток в опухоли выросла с 19% до 89%, рак не обнаруживается

— Основал Even One Ventures с 7 биотех-стартапами для масштабирования персонализированной онкологии

— Стал сооснователем Kilo Code — open-source ИИ-агента для программистов ($8 млн инвестиций, 1,5 млн пользователей)

От подводных лодок до крупнейшей удалённой компании

Сид Сийбрандий (Sid Sijbrandij) — голландский предприниматель, который начал карьеру в компании U-Boat Worx, строившей частные подводные лодки. В свободное время он учил Ruby и читал Hacker News — там и нашёл open-source-проект GitLab, созданный украинским разработчиком Дмитрием Запорожцем.

Как рассказывает журналист Эллиот Хершберг, однажды вечером Сид опубликовал ссылку на бета-версию hosted-варианта GitLab на Hacker News, пока готовил блинчики с подругой Карен. Пост попал на главную, за три часа зарегистрировались более 150 человек. Сид больше не спустился на кухню — Карен принесла блинчики наверх.

В 2015 году GitLab прошёл через Y Combinator. К октябрю 2021 года компания вышла на NASDAQ. Сегодня GitLab — одна из крупнейших полностью удалённых компаний мира: более 2500 сотрудников, ни одного физического офиса, а внутренний GitLab Handbook на 3000+ страниц стал легендой в мире бизнеса.

Диагноз: 6 см опухоли в позвоночнике

18 ноября 2022 года, после двух недель болей в груди, Сид оказался в больнице. Аневризму исключили, но нашли шестисантиметровое образование на позвонке T5. Диагноз — остеосаркома, редкая для 45-летнего мужчины форма рака костей.

Началось агрессивное лечение. Хирург удалил поражённый позвонок и зафиксировал позвоночник титановой рамкой. Затем — стереотаксическая радиотерапия (SBRT), несколько курсов химиотерапии и протонная терапия. Химия была настолько тяжёлой, что потребовались четыре переливания крови.

Это уничтожило меня. Моё сердце стало менее гибким, у меня анемия. Я стал глупее — так влияет системная химиотерапия на мозг.

Единственное отступление от стандартного протокола — Сид использовал экспериментальную терапию от Shasqi, стартапа его знакомого по Y Combinator Хосе Мехиа Онето. Shasqi применяет клик-химию (за неё дали Нобелевскую премию 2022 года) для точечной активации химиотерапии непосредственно в опухоли — вместо того чтобы отравлять весь организм. Для Сида подали индивидуальную заявку IND (Investigational New Drug) в FDA — и она была одобрена за 48 часов.

Два года регулярные проверки подтверждали ремиссию. Но в 2024 году снимки показали рецидив. Рак вернулся.

Founder Mode: «Стало моей работой — сохранить себе жизнь»

Медицинская команда развела руками: стандарт лечения исчерпан, подходящих клинических испытаний нет. В конце 2024 года Сид передал пост CEO GitLab Биллу Стэйплсу и перешёл на позицию Executive Chair: «Я хочу больше времени на лечение рака и здоровье».

До этого Сид управлял GitLab в Founder Mode, а своё лечение — в Manager Mode, делегируя решения врачам. Пришло время перевернуть это, пока не стало поздно. Три принципа нового подхода:

1. Максимальная диагностика. Делать каждый доступный тест так часто, как возможно. Ни одна единица информации не слишком мала — как в GitLab Handbook
2. 10+ персонализированных терапий. Раз готовых лекарств нет — создавать их совместно с учёными и компаниями на основе данных диагностики
3. Терапии параллельно, не последовательно. Не ждать, пока рак начнёт прогрессировать, а тестировать несколько гипотез одновременно и эмпирически измерять ответ

Сид нанял Джейкоба Стерна — бывшего директора по продукту пространственной транскриптомики в 10x Genomics (ранее — Palantir, BCG). Стерн фактически стал «CEO лечения Сида»: координирует диагностику, общается с больницами и исследователями, ищет новые терапевтические возможности.

Я понял, что этот парень живёт на тридцать лет в будущем. Это было самое впечатляющее применение нашей технологии, которое я когда-либо видел.

Команда также включает частные медицинские сервисы (Private Medical, Pathfinder Oncology), клинический и научный консультативные советы. Документ «Sid Health Notes» — подробный лог каждого медицинского взаимодействия — вырос до 1000+ страниц только за 2025 год.

Арсенал: диагностика, ИИ и 25 ТБ данных

Диагностический стек Сида — пять направлений, каждое из которых выходит за рамки стандартной онкологии:

• Секвенирование одиночных клеток (10x Genomics) — показывает, какие гены активны в каждой отдельной клетке опухоли и какие T-клеточные рецепторы присутствуют. Это позволяет подбирать иммунотерапию под конкретную опухоль
• Bulk ДНК/РНК секвенирование — общая картина мутаций: какие гены сломаны, какие сверхактивны
• Тесты на минимальную остаточную болезнь (MRD) — сканируют кровь на следы опухолевой ДНК. Работают как «детектор дыма» — улавливают рецидив задолго до того, как опухоль видна на снимках
• Органоиды — 3D-модели опухоли, выращенные из клеток пациента в лаборатории. На них можно тестировать лекарства, не подвергая пациента риску
• Патологические окрашивания — подтверждение геномных гипотез на образцах ткани

Отдельное оружие — ИИ. На OpenAI Forum в марте 2026 года Сид и Джейкоб рассказали, как используют ChatGPT: загружают результаты сканов, анализов крови и тканей, чтобы строить связи между данными, отслеживать изменения и искать новые варианты лечения.

Все данные Сид опубликовал на сайте osteosarc.com — в духе «радикальной прозрачности» GitLab. Доступны: секвенирование одиночных клеток, bulk РНК-секвенирование, интерактивная микроскопия высокого разрешения, таймлайн лечения и 25 ТБ данных в публично читаемых бакетах Google Cloud. «Если вы найдёте мишень, на которую может воздействовать ваша наука, — свяжитесь со мной», — пишет Сид.

Прорыв: экспериментальная терапия в Германии

Анализ одноклеточных данных показал ключевую находку: многие гены с наибольшей дифференциальной экспрессией были маркерами фибробластов (клеток, которые в норме участвуют в заживлении ран). Опухоль Сида научилась использовать механизм заживления ран для собственного роста — как рана, которая никогда не заживает.

Параллельно медицинская команда нашла экспериментальную терапию в Германии, нацеленную на ген FAP (Fibroblast Activation Protein) — один из тех самых фибробластных маркеров. Как говорит Сид: «Я готов говорить с кем угодно, ехать куда угодно и быть там в любой момент».

Лечение — радиолигандная терапия: молекула-«наводчик» (лиганд) находит раковые клетки, а прикреплённый к ней радиоизотоп уничтожает их. Сначала — «холодный» изотоп для визуализации: опухоль Сида засветилась на снимке, подтвердив, что лиганд попадает в цель. Затем — «горячий» изотоп Лютеций-177 (Lu-177). Этот же изотоп используется в прорывном препарате Pluvicto от Novartis для рака простаты, но с другим лигандом-наводчиком — под другую мишень.

После инъекции Сид провёл два дня в карантине, отслеживая уровень радиоактивности ручным монитором. В отличие от химиотерапии, радиолигандная терапия оказалась несравнимо легче — излучение концентрировалось на опухоли, а не разрушало весь организм. После карантина Сид устроил дегустацию вин в честь события.

Результат: с 19% до 89% T-клеток

Опухоль уменьшилась настолько, что стала операбельной. После операции — контрольный анализ иммунных клеток в опухоли. Результат:

Доля T-клеток среди инфильтрирующих иммунных клеток выросла с 19% до 89%. Комбинация из чекпойнт-ингибитора (лекарство, которое «снимает тормоза» с иммунной системы), неоантигенной пептидной вакцины, онколитического вируса и радиотерапии запустила противоопухолевый иммунный ответ на полную мощность.

Рак Сида — не обнаруживается. Но команда продолжает работать под девизом «Stay Paranoid»: готовит персонализированную мРНК-вакцину (подобную тем, что Moderna тестирует для меланомы) и разрабатывает клеточные терапии с генетическими логическими вентилями — молекулярными «if-else», которые убивают клетку только при наличии нескольких сигналов одновременно, снижая риск атаки на здоровые ткани.

7 биотех-стартапов для масштабирования

Опыт Сида — не просто личная история спасения. Он масштабирует свой подход через Even One Ventures — венчурный фонд с девизом «Patient First», основанный в 2025 году. Портфель — 7 биотех-компаний:

• Bulsara BioWorks — разработка противоопухолевых препаратов, восстанавливающих функцию генов-супрессоров опухолей (основана в 2025 году в Сан-Франциско)
• Arden Bio — биотехнологии для персонализированной медицины
• Echo Immune — иммунные технологии
• Invocata — терапевтическая разработка
• Kernis Health — здравоохранение
• Ranata Therapeutics — новые терапевтические подходы
• Valius Sciences — научные решения (последняя инвестиция — март 2026)

Главный вопрос: может ли всё это стать доступным не только миллиардерам? Сид формулирует проблему в числах: «Стоимость одобрения лекарства — около $1 млрд (по некоторым оценкам, до $4,4 млрд для онкологии). Стоимость дозирования одного человека персонализированной терапией — $1 млн. Этот разрыв — максимальный за всю историю. И он продолжает расти, потому что создавать новые лекарства становится всё проще, а стоимость клинических испытаний только растёт».

Сид также управляет Open Core Ventures — венчурным фондом для open-source-компаний (10+ стартапов) — и Sijbrandij Foundation, которая поддерживает новые подходы к лечению рака.

Kilo Code: энергия, которой не должно быть

Один из самых поразительных фактов в истории Сида: параллельно с борьбой за жизнь и запуском биотех-фонда он стал сооснователем ещё одной технологической компании.

Kilo Code — open-source ИИ-агент для программирования, который позволяет использовать любую модель (OpenAI, Anthropic, Google, Mistral, Meta Llama, собственные) без привязки к вендору. Компанию основал Ян Пауль Посма, а Сид присоединился как сооснователь в 2025 году. К декабрю 2025 года Kilo привлёк $8 млн посевных инвестиций от General Catalyst, Cota Capital и других.

В феврале 2026 года вышел Kilo CLI 1.0. Цифры: 1,5 млн пользователей и 6 трлн токенов в месяц через интеграцию с OpenRouter. Подход повторяет философию GitLab — открытый исходный код, вендор-нейтральность и «радикальная прозрачность».

Для IT-аудитории Kilo Code — отдельная интересная история. Но в контексте поста он говорит о другом: у человека, пережившего рак позвоночника, четыре переливания крови и рецидив, хватает энергии запускать стартапы и привлекать инвестиции. Это, пожалуй, самый убедительный аргумент в пользу того, что Founder Mode работает.

Что это значит для будущего онкологии

Главное возражение на историю Сида очевидно: это доступно только богатым. И это правда — сегодня. Но Эллиот Хершберг проводит аналогию с Мэджиком Джонсоном.

В 1991 году баскетболист объявил о ВИЧ-инфекции — тогда это звучало как приговор. Благодаря раннему доступу к прорывным антиретровирусным препаратам Джонсон жив и здоров. Те терапии теперь доступны миллионам людей. Между ВИЧ и раком есть принципиальное различие: антиретровирусная терапия — один класс лекарств для всех, а онкология требует индивидуального подхода. Но технологии делают персонализацию дешевле: стоимость геномного секвенирования упала с миллиардов до менее $1000 за 20 лет.

Персонализированные мРНК-вакцины, CAR-T терапия, CRISPR для индивидуальных пациентов (первая персонализированная CRISPR-терапия была применена к ребёнку в Филадельфии в мае 2025 года) — всё это уже работает в отдельных случаях. Вопрос — как масштабировать.

Будущее уже здесь — оно просто неравномерно распределено.

Выводы

История Сида Сийбрандия — это история о том, как инженерный подход, упрямство и готовность разобраться с нуля могут изменить траекторию смертельной болезни. Он перенёс удаление позвонка, четыре переливания крови, рецидив — и в ответ собрал команду, создал терапии, которых не существовало, открыл свои данные исследователям и основал 7 компаний, чтобы этот путь стал доступнее для других.

Да, Сид — миллиардер с ресурсами, недоступными большинству. Но технологии, которые он использовал, дешевеют экспоненциально. И каждый раз, когда он пробивает очередную бюрократическую стену — будь то получение собственных тканей из больницы или одобрение экспериментальной терапии через FDA — он прокладывает дорогу для следующих пациентов.

Как сам Сид говорит: «Я — Kool-Aid Man, пробивающий стену». И судя по результатам — стена поддаётся.

Источники: Century of Biology, Sid's Substack, sytse.com/cancer, OpenAI Forum, CNBC

Также подписывайтесь на мой ТГ, который я почти не веду.

Однажды, в самом начале карьеры, когда я была молода и горяча, мы пилили приложение. Большое, серьёзное, адски сложное и практически неподъёмное. Сидели до ночи, заливались литрами кофе, выходили в выходные и на ноябрьские праздники, чтобы на руках пронести первый релиз — сдобренный молитвами и нашими слезами.

Я помню, как сейчас, ту прекрасную зимнюю пору: готовилась к демо. Последняя попытка. Последний шанс выйти в прод до нового года. Коллеги из других команд уже ушли на новогодний корпоратив — пить, курить и веселиться. А мы узким кружком готовились к демонстрации. Часики тикали, всё почти готово. Я открываю финальную вкладку… и у меня схлопывается интерфейс в ошибку 500, приложение встаёт колом — ни туда, ни сюда.

Мы выкатываем глаза, разработчик начинает исправлять дефекты наживую, а минутная стрелка стремительно приближается к началу демо.

Пока все собираются, я начинаю тираду в духе: «Добрый день, здравствуйте, дорогие коллеги. Мы очень рады представить вам наш мертворождённый релиз…»

На фоне вижу, как разработчик машет руками и показывает пальцами вверх: он починил, всё будет хорошо.

Я радостно показываю новый функционал, который, вообще-то, был хорош — действительно годный для старта, чтобы опробовать и понять: надо/не надо. Мне он нравился от начала и до конца. Всё шло гладко, я подробно рассказывала про каждую кнопочку, вкладочку и ссылку — всё будет ровнее ровного.

И тут я понимаю… О боже. Холодный пот выступает на лбу, когда я осознаю, что в тестировании бэкенда я совсем забегалась и даже не открывала ту злополучную вкладку, которая может схлопнуть приложение.

Нет.

В ней не пророс буйным цветом дефект регресса. Она не тестировалась вообще.

Никогда.

Ошибка 500 не была случайностью. Она была слепым пятном, про которое в спешке я забыла!

Господь. Я была плохой девочкой и тестировала без документации и тест-кейсов. Но обещаю, что это мой последний провал (ха-ха — нет). Обещаю потом всё задокументировать (нет). Обещаю аккуратно ввести рабочие планы (всё ещё нет).

Я взмолилась (всем известным богам) и в частности своему разработчику, который стоял за моей спиной, пил кофе и следил за демо. Мне было страшно и стыдно; с трясущимися пальцами я медлила открыть ту самую вкладку.

Кажется, мозг отключился. Я уже приготовила монолог: «Мы так задумывали — чтобы приложение умирало между запросом и ответом. Так вы сможете сделать себе чай, пока серверы проходят свой персональный краш-тест.»

Быть опозоренной перед всеми: заказчиками, пользователями, инфобезой, командой разработки. Я ощутила как над моей головой нависла секира невидимого палача, чтобы одним рывком – точным и расчетливым – перерубить мою карьеру на корню. Я была готова выкладывать свое резюме на hh под бой курантов.

И вдруг кружок загрузки завертелся — вкладка открылась.

За моей спиной аналитик и разработчик дают друг другу «пять» и чокаются кружками мерзкого американо, потому что молоко скисло ещё вчера.

Мы справились. За час мы пролетели через все эмоциональные качели: провал — успех — осознание приближающегося конца — смерть — и снова успех.

Не помню, напились ли мы после того рабочего дня или залипали в стену до новогодних праздников. Кажется, мой мозг заблокировал те воспоминания, которые случились именно тогда.

Хочу отметить: потом мы долго и скрупулёзно доводили процессы до ума, чтобы уже не бегать с горящей задницей перед релизом.

Да, мы бегали.

Да, у нас были провалы.

Да, у нас были дефекты в проде.

Очень много «да». Я складываю руки в молитве за каждый такой провал и верю, что мне ещё много чему предстоит научиться. И да — я облажаюсь еще раз. Я в этом уверена и с какой-то тёплой надеждой жду момента, когда снова придётся преодолеть очередную катастрофу.

К чему это я? Приближается горячий сезон, и каждый из нас готовится к нему. Не знаю, как вы, но мои единственные планы на высокий сезон — это скидки на Алиэкспресс и попытка ухватить навесной унитаз по вопиюще низкой цене. Я слишком долго пила антидепрессанты, чтобы работать в таком режиме в свои 27.

Никто не вспомнит, как ты задерживался на работе. Тебя заменят другим человеком, и никто не поставит памятник (разве что ты сам соберёшь его из гор пластиковых кофейных стаканчиков).

sorry not sorry

Хочу поддержать каждого, кто проходил через подобное. У меня нет слов, чтобы описать, сколько боли и нервов было потрачено тогда, и сколько трудностей ждёт нас впереди.

Если вы дошли до этого места — спасибо вам. И помните: всё обязательно получится (или не получится). Не теряйте веры. Не теряйте надежды. Продолжайте учиться и совершенствоваться.

Будущее не будет радужным и безоблачным — на самом деле, никогда не будет.

Но я верю в вас. Я учусь на своих провалах и катастрофах. Я знаю, что иногда была не права и по-старинке остаюсь идиоткой время от времени (уже меньше, но всё ещё бывает).

Дата последнего обновления: 17.02.2026

Tproger — медиа про IT и людей в нём. Мы рассказываем обо всём, что связано с программированием и технологиями. Наши читатели — люди, которые работают в IT или хотят попасть в эту сферу. У них разный уровень подготовки: одни — студенты курсов, другие — сеньоры и лиды.

Мы создаём среду для полезного и дружелюбного общения. И строим площадку, на которой люди и бренды обмениваются знаниями, рассказывают о проектах и достижениях, налаживают новые связи. Поэтому написать статью на Tproger может каждый.

При оценке контента пользователей и компаний на Tproger мы руководствуемся этой Редполитикой.

Какие принципы мы соблюдаем

Правда

Мы проверяем все факты, о которых пишем в статье, и подкрепляем тезисы исследованиями, экспертными мнениями, статистикой. Если говорим о законе, даём ссылку на закон или комментарий к нему. Если ссылаемся на информацию из СМИ, ставим ссылку на публикацию, из которой бралась информация. Если берём комментарии из форумов и соцсетей — ставим ссылки на посты.

Мы не утаиваем информацию по теме, если она кажется нам неудобной. Мы не присваиваем себе чужие мнения. И если увидели в чужом тексте мнение, которым хочется поделиться с читателями, упоминаем имя автора и даём ссылку на источник.

Мы не пишем о том, в чём не уверены, или что не проверили сами.

Если вы написали тезис, но не можете его доказать — удалите его из текста.

Наглядность

Реальные примеры и код, ссылки на официальную документацию и репозитории цепляют читателей. Поэтому всё, что можно подкрепить примером, мы подкрепляем примером. Если мы можем вставить схему — вставляем схему.

Так не надо

Имя переменной должно быть коротким и понятным:

А вот так можно

Имя переменной должно быть коротким, но информативным, например:

Если вы пишете про код — добавьте код.

Уважение и забота

Мы уважаем и любим своих читателей. И хотим, чтобы им было комфортно у нас на площадке. Поэтому следуем этим правилам:

• Обращаемся к читателю на вы.

• Говорим с читателем, как с другом или коллегой.

• Не общаемся с читателем, как с глупым или ленивым.

• Не думаем и не делаем выводы за читателя. Не пишем, как он должен думать, что он должен хотеть, что он должен делать.

Так не надо

У этой IDE настолько омерзительная цветовая гамма, что вы точно закроете её через пять минут.

А вот так можно

В отзывах на эту IDE все говорят, что цветовая гамма так себе. Я проверил, мне и правда было больно смотреть. Вот скриншот в доказательство.

Мы не тратим время читателя, пишем понятно и по сути.

Так не надо

Разработка программного обеспечения — дорогое удовольствие. Процесс этот должен быть максимально эффективным на всех этапах, от постановки задач до сопровождения продукта, иначе он становится экономически невыгодным. Он, этот процесс, не прост и чреват дорогостоящими ошибками, хотя и сулит выход бизнеса заказчика на новый уровень. Именно здесь кроется ответ на вопрос «зачем» в отношении ООП. Для эффективного (читай — экономически выгодного) преодоления сложностей разработки ПО.

А вот так можно

ООП делает разработку ПО эффективнее и выгоднее. В статье объяснили почему.

Про что пишем

Технические статьи. То, что помогает нашим читателям развивать хард скилы: программирование, системное администрирование, вёрстка, дизайн, UI/UX, тестирование, управление разработкой.

Софт скилы и собственное развитие. То, что помогает жить, социализироваться, развиваться как профессионалу и личности. Например, тайм-менеджмент, решение конфликтов, развитие коммуникативных навыков.

Менеджмент и управление командами. Нас читают тимлиды, менеджеры — те, кто строит команды, руководит проектами. Для них мы рассказываем, что делать, когда горят дедлайны или половина команды пропала в середине с проекта.

Новости. Мы пишем про события, которые считаем действительно важными для нашего сообщества и хотели бы обсудить с читателями.

Интересы читателей. То, что не связано с программированием напрямую, но может принести пользу читателям. Например, что почитать/посмотреть/послушать по IT, как подобрать рабочее кресло, как не убить зрение, что подарить айтишникам и техогикам на день рождения.

Мы точно откажем в публикации

Редакция не публикует материалы, которые:

• маскируют потенциально незаконные, неэтичные или репутационно рискованные практики под форматы «обзора», «топа» или «подборки», в том числе в псевдоаналитическом или сравнительном виде;
• могут быть интерпретированы как инструкции по обходу законодательства РФ, академических, профессиональных или корпоративных норм.

Любой материал должен:

• сохранять редакционную ценность и экспертный характер;
• соответствовать действующему правовому полю РФ;
• не подрывать доверие к изданию как к профессиональному IT-медиа.

Недопустимыми к публикации являются материалы, содержащие:

1. Академическое мошенничество и манипуляцию показателями оригинальности, уникальности или заимствований в академических и профессиональных системах проверки, включая поощрение или нормализацию плагиата, подмену самостоятельной работы и нарушение образовательных норм (например, «нейросеть для написания дипломного проекта», «бот для сдачи экзамена»).
2. Манипулятивные заголовки и формулировки, использующие оценочные или обещающие характеристики (например, «проверенные», «гарантированные», «лучшие»), а также обещание результата («для заработка», «для сдачи»).
3. Обзоры, фактически являющиеся инструкциями, в том числе: пошаговое использование ИИ или цифровых сервисов для подмены человеческой деятельности; демонстрацию готовых шаблонов обхода требований и систем контроля (антиплагиат, автоматическая проверка знаний, контроль качества); нормализацию недобросовестного поведения и действий.
4. Обход сервисных, технических или правовых ограничений, в том числе под видом кибербезопасности. Это включает анонимизацию, сокрытие цифровых следов, использование технических средств обхода ограничений, включая системы антиплагиата, блокировки и фильтры, прохождение автоматических проверок и аналогичные практики.
5. Финансово и юридически рискованные темы, включая быстрый заработок, пассивный доход, схемы монетизации, инвестиции, трейдинг, арбитраж, ставки, гемблинг, серые ниши под видом IT-инструментов.
6. Данные, предполагающие генерацию готового результата, заменяющего ответственность и самостоятельную деятельность человека.
7. Советы по массовым накруткам (отзывы, рейтинги, трафик).
8. И иные материалы, посвящённые темам с повышенным юридическим, финансовым или этическим риском (включая азартные игры, биржи, анонимизацию и манипуляцию проверочными системами), если они не рассматриваются исключительно в аналитическом или технологическом контексте.

Редакция оставляет за собой право отклонить материал без предложения доработки и без объяснения причин, если сочтёт его публикацию потенциально рискованной для репутации или правового положения издания, даже при наличии дисклеймеров и формулировок «в ознакомительных целях».

Мы также откажем в публикации или попросим внести правки, если в статье будут:

• Построчный перевод материала из зарубежного источника;
• Рекламные ивенты от пользователей, которые не представляют компанию;
• Использование чужих идей, изображений, текста без указания источников;
• Нецензурная лексика;
• Порнографический и прочий запрещённый контент;
• Любые политические лозунги и комментарии;
• Призывы к насилию, разжигание межнациональной розни и другие проявления нетолерантного отношения (в том числе любые формы кибербуллинга);
• Упоминания запрещённых или признанных нежелательными на территории РФ организаций без соответствующих отметок;
• Очернение репутации, прямые оскорбления физических и юридических лиц;
• Недостоверная информация и фейки.

Tproger придерживается принципов оригинальности контента и не публикует материалы, ранее размещённые на других платформах без значительных доработок или эксклюзивных дополнений.

Все статьи проходят проверку на плагиат. Если уровень оригинальности ниже 85%, редакция вправе:

• Отказать в публикации.
• Предложить переработку с конкретными правками.

Мы не публикуем рекламу в статьях от участников сообщества

Под рекламой мы подразумеваем:

• прямое или нативное продвижение брендов или продуктов;
• упоминание бренда или продукта в профиле автора;
• добавление гиперссылок на ресурсы брендов или продукты;
• ссылки на продукты в интернет-магазинах и на маркетплейсах.

Если ваша цель — продвинуть компанию или продукт, обратите внимание на наши платные услуги. Или сразу напишите на почту sales@tproger.ru.

Исключения

• персональные блоги автора на крупных ресурсах;
• ссылки на личные проекты;
• некоммерческие чаты и группы в соцсетях, которые не продвигают компании, услуги или мероприятия;
• книги на одном из официальных книжных ресурсов вроде ЛитРес, OZON, Amazon;
• проекты на краудфандинговых площадках Kickstarter и Boomstarter при условии, что упоминается реальный проект.

Каждая версия Редполитики считается действительной с момента её публикации. Некоторые из старых материалов сайта могут не соответствовать текущей Редполитике, но это не значит, что её можно обойти.

Если заметили нарушения редакционных правил — напишите на experts@tproger.ru.

Внимательно выбирайте сферу

Прежде всего подберите нишу, в которой хотите реализоваться. Ищите по таким критериям:

• мало известных и коммерчески успешных российских проектов;
• продуктом бы часто пользовались;
• вы в состоянии такой проект создать.

Когда вы создаёте сервис с расчетом заработать, нужно учитывать сильных конкурентов. Чем больше на рынке аналогов — тем меньше вероятность, что ваш продукт вообще заметят. На рынке российских онлайн-досок, например, не так много известных проектов, чем мы и воспользовались.

Важно также не просто сделать качественный продукт, а сделать его удобным и востребованным. Так вы удовлетворите нужды пользователей и бизнеса, и продуктом естественно начнут пользоваться.

Прорабатывайте USP

USP — это уникальное торговое предложение. То, что «выделяет» продукт.

Чтобы создать свой USP, мы проанализировали конкурентов. Нам важно было понять, за счёт чего они выделяются на рынке, на какую целевую аудиторию направлены. Больших и известных онлайн-досок, на которых можно ориентироваться, две — Miro и FigJam:

• Miro, как самое популярное решение, оброс чрезмерным функционалом. Он уже давно ориентируется на Enterprise-сегмент, а не специализируется на определенной нише;
• FigJam — относительно новый продукт от Figma и больше ориентирован на продуктовые команды: разработку креативов, коллективный брейншторм.

Отталкиваясь от собранных данных, мы конкретизировали видение доски:

• это будет продукт для внутренних задач бизнеса — обучения и брифинга;
• интерфейсы неглубокие и интуитивно понятные — чтобы пользователь не терялся в функционале;
• в нём будет минимально необходимый набор шаблонов, чтобы сервис выглядел сдержанно, но при этом подходил для работы со всеми бизнес-задачами;
• но мы поработаем над удобством и мелкими механиками так, чтобы продукт ощущался приятнее аналогов.

Постройте план и поделите обязанности

Принято говорить об этапах разработки, MVP, выпуске продукта. Честно признаюсь — у нас такого планирования и деления работы не было. Мы брали наиболее важные задачи и добавляли в спринт. И по ходу разработки меняли приоритеты по необходимости.

На этапе планирования и составления плана работы рекомендую особенно уделить внимание нескольким деталям:

• подумайте над стеком технологий — исходите из скорости разработки, собственной экспертизы и требований к продукту;
• сформируйте представление о  «базовом»  функционале: что точно должно быть в вашем проекте;
• заранее думайте о масштабировании — архитектура должна быть разработана так, чтобы можно было расширять функционал продукта и безболезненно добавлять новые элементы.

Закончив задачу, мы переходили к следующей, наиболее приоритетной. Без составления подробных планов и дополнительного менеджмента тасков.

Поскольку нас было двое, то коммуникация и обмен информацией происходил крайне быстро. Мы поделили обязанности:

• Александр: фронтенд, WEB-редактор, протокол мультиплеера, UX/UI, Identity Service;
• Иван: бэкенд, инфраструктура, надёжность, данные;
• вместе: продвижение и нетворкинг.

А все трудности, с которыми сталкивались по ходу работы, обсуждали между собой. Сейчас, в МТС Линк мы работаем по методологии Agile: разбиваем работу на двухнедельные спринты. Если над одним проектом трудятся 6-10 человек — то такая методология замечательно работает. В противном случае, когда команда меньше, вы больше времени потратите на планирование задач, чем на сам продукт.

Работайте над узнаваемостью

Когда доской можно было пользоваться — реализованы фигуры, тексты, стикеры, перо и линии, — мы написали статью-обзор на онлайн-доску. Рассказали о ней и предложили людям попробовать, надеясь собрать фидбек от двух групп:

• пользователей — по поводу удобства виджетов и механик;
• крупных компаний — по поводу возможности использования в интересах бизнеса.

Работайте с критикой

Пользователи чаще всего позитивно реагировали на статьи. Как правило, просили что-то улучшить или добавить, обогащая бэклог.

Была, конечно, и откровенная критика: вы делаете то же самое, что Miro. Вы выглядите так же, как FigJam.

Не всё то, на что вам указывают пользователи, действительно является их потребностью или проблемой продукта. Например, оформление и цвета онлайн доски — не минус, это не мешает работе с сервисом. И менять дизайн сервиса «потому, что он напоминает аналог» вместо того, чтобы работать над его функционалом — трата времени.

Если пользователь сообщает, что в продукте встречается два типа шрифтов — с засечками и без — речь о плохом UX. А ещё это конкретное указание на недоработку: разные шрифты сказываются на читаемости текста. Получается, пользователь столкнулся с вполне серьёзной проблемой, которая сказывается на его опыте.

В работе с комментариями держите в голове: с технической точки зрения люди не всегда знают, что хотят, могут ошибаться. Но если они точно указывают на проблему — её нужно исправить.

Пишите большим компаниям

Мы общались с фирмами и предлагали пользоваться нашим сервисом. Поскольку у нас уже была реализована монетизация, мы предлагали компаниям бесплатный доступ к продукту на определенное время. Взамен просили обратную связь: что удобно, что плохо работало и нужно переделывать. Дальше анализировали и по необходимости расширяли бэклог.

Обратная связь от компаний — ценная информация. Поскольку они используют наш продукт в работе, то могут чуть полнее объяснить, какие бизнес-потребности не закрывает онлайн-доска. Чаще всего со стороны компаний были запросы на возможность экспортировать файлы и вопросы по безопасности. Жалоб на реализованные функции не было.

Поддерживайте связь с заинтересованными людьми

С МТС Линк мы начали общаться достаточно рано. В декабре 2022 года нам написал представитель МТС, с которым мы поддерживали связь. И в итоге мы заключили сделку, попав под крыло компании. Сейчас у нас уже свой отдел, в который добирается команда, и с которым мы продолжаем развитие Линк Доски.

Никогда не стесняйтесь самостоятельно писать людям из фирм в соцсетях, предлагать попробовать сервис. И не переживайте, что вам не отвечают — возможно, компании просто не нужен такой продукт. Зато если человек окажется заинтересованным, то велик шанс, что ваш продукт попробуют и дадут ценный отзыв.

Выкладывайтесь на все 100%

Когда что-то делаете — делайте это в первую очередь качественно. Ориентируйтесь на уровень успешных проектов.

Работайте с пользователями. У разработчиков замыливается глаз, а аудитория всегда подскажет сильные и слабые места продукта. Или чего в нём не хватает. И учитесь работать с негативными комментариями: если вы будете бояться критики, то не сможете получить ценную информацию.

Чтобы работа в команде была продуктивной, нужно найти для всех общий знаменатель с точки зрения знаний и постепенно расширять эту базу, чтобы лингвистам было проще общаться с ML-инженерами, а аналитикам с MLOpsa’ми. Причем хочется делать это так, чтобы всем в команде это было полезно и интересно. В статье я расскажу, как мы решали эту задачу.

Кейс 1: курс по машинному обучению

Началось все в 2020 году, когда я был единственным дата-сайентистом в одной команде. Ко мне часто обращались с вопросами про машинное обучение. Наши разработчики (крутые специалисты по C++, C# и веб-разработке на Python) спрашивали меня время от времени о том, как работают нейросети и чем они отличаются от других алгоритмов.

Тогда возникла мысль — а почему бы не пройти всем вместе какой-нибудь базовый курс по машинному обучению? Тогда коллеги гораздо лучше бы понимали, какие задачи и какими инструментами я решаю, и увидели, где в их задачах мог бы пригодиться ML, что помогло бы дальше развивать эту область в нашем отделе. Сплошные плюсы, так что достаточно легко продал эту идею руководству, и мы приступили к делу.

В качестве материала мы взяли уже готовый курс — Practical Deep Learning for Coders от fast.ai. Казалось бы, то, что нужно — практический курс с необходимым количеством теории, специально нацеленный на разработчиков. В качестве формата выбрали так называемый «перевернутый класс»: когда готовые лекции смотрите в своем темпе и встречаетесь на семинарские занятия, где разбираете сложные части уроков, обсуждаете интересные моменты, а семинарист (то есть я) отвечает на вопросы.

В команде у нас в основном были люди, которые пишут на C++ и C#. На первом семинаре все в первую очередь обсуждали, как питонисты живут без типов и насколько изящно (или не очень) переопределен оператор деления в pathlib. В чате, где мы все координировались, перед вторым семинаром не появилось ни одного вопроса — а если нет вопросов, то и встречаться незачем. Не уверен, смотрел ли кто-то вообще третью лекцию. После нее (напомню, это был 2020 год) начался карантин и наши очные встречи закончились.

Зачем и как учиться на работе?

Для чего вообще профессионалы учатся на работе? В первую очередь, чтобы получать новые знания. Это нужно и чтобы решать задачи, в которых не хватает компетенций, и чтобы находить новые подходы к старым кейсам: например, если раньше мы деплоили сервисы на виртуалках, а теперь будем делать то же самое, но в Docker-контейнерах на кластере Kubernetes. Кроме того, люди могут учиться просто потому, что им это нравится, а компания это поощряет, или потому что у них синдром самозванца и они не чувствуют себя спокойно, если не изучили за этот месяц ни одной новой технологии.

При этом форматы обучения могут быть разные: от поездки на конференцию и уже упомянутых онлайн-курсов до хакатонов и научно-исследовательских семинаров. Одни лучше подходят для индивидуального развития, а другие для совместного обучения.

Здесь хочется отметить, что учиться вместе это не то же самое, что учиться всем одновременно. Если каждый отдельно прочитает книгу, это не то же самое, как если собираться и вместе обсуждать ее главы. На мой взгляд, с точки зрения организатора, разница между индивидуальным и совместным обучением в первую очередь заключается в целях, которые мы преследуем.

В индивидуальном обучении главный результат — это получение знаний и навыков и, возможно, индивидуальная мотивация (к примеру, если отправить человека в командировку на профессиональную конференцию).

Совместным обучением можно достичь и иных целей. Это может быть и тимбилдинг, когда все в одно время собираются и вместе читают статьи (возможно, с пиццей). Или ощущение, что мы работаем в R&D и занимаемся чем-то наукоемким — вместе изучаем что-то новое, находясь на острие знаний. В процессе мы также погружаемся в проекты друг друга и обмениваемся нашей уникальной экспертизой. Наконец, можно развивать культуру дискуссии: обсуждение статей, например, позволяет более безопасно обдумывать и критиковать идеи, чем когда речь заходит о коде коллег.

Но кросс-функциональность команды накладывает определенные требования к выстраиванию совместного обучения. Представьте команду исследователей, которая занимается компьютерным зрением, допустим, улучшением алгоритмов распознавания лиц. Для них таким совместным форматом может стать чтение статей c state-of-the-art в той теме, которая им интересна. Например, чем YOLOv8 отличается от предыдущего или додумался ли кто-то приделать модные диффузии к распознаванию лиц.

Когда у всех разная область экспертизы, задача становится нетривиальной. Допустим, у в команде нас есть:

• NLP-исследователь. Ему может быть не очень интересно разбираться в Kubernetes и слушать про лучшие практики в Docker.
• Data Scientist, который больше общается с бизнесом и занимается поддержкой цикла проекта. От одного словосочетания «гиперболические эмбеддинги» (обсудить которые до появления мощных языковых моделей любили NLP’шники) его начинает клонить в сон.
• MLOps, на плечах которого ML-инфраструктура. Слушать про бизнес-темы, в частности, про то, что такое AI Canvas и как он помогает в разработке проекта, ему не очень интересно.

Очевидно, что собрать их в одной комнате, чтобы вместе узнать что-то новое и помочь начать говорить на одном языке, не так просто.

Почему онлайн-курс не удался?

Вернемся к разбору первого кейса и ответим на вопрос: почему не получилось?

На самом деле, главная ошибка — неверно поставленная цель. Я увлекался нейросетями, для меня цель была — поделиться со всеми знаниями. Но какая была цель для команды? Узнать побольше про новую технологию — звучит здорово, но недостаточно мотивирующе. Особенно когда твоя основная работа — писать высокопроизводительный низкоуровневый код.

Кроме того, был выбран неподходящий формат. Лекции длительностью под два часа (пусть на них и было выделено время) легко оставить на последний момент, тогда обязательно появляется срочная рабочая задача или незапланированная встреча. Кроме того, если человек, профессионал с отличным фундаментальным образованием, заранее посмотрел вводную лекцию по новому предмету, зачем ему ждать неделю семинара, если он вполне может сам разобраться?

Кейс 2: исследовательский семинар

В одной из наших ML-команд есть традиция исследовательских семинаров, зародившаяся еще в 2012 году. Коллеги собираются вместе, выводят формулы, читают достаточно насыщенные статьи, например, вот такие:

Примерно раз в две недели кто-то добровольно вызывается прочитать статью, которая ему нравится, и поделиться новыми знаниями. Все собираются, слушают и задают вопросы.

Когда появилась наша (тогда еще отдельная) ML-команда, мы подумали, что неплохо бы присоединиться к этому формату и посмотреть, что получится. К сожалению, люди вызывались рассказывать про статьи редко, а те, кто вызывался, часто не успевали подготовить материал, и семинары постоянно переносились, что немного расстраивало коллег из первой команды.

Кроме того, выяснилось, что мы предпочитаем разные статьи. Ребята из нашей команды предпочитали статьи про конкретные инструменты для определенных задач (например, про SHAP), а коллеги — более фундаментальные и менее непосредственно применимые. В итоге у них возникало ощущение, что из-за нас научный семинар превращался в научпоп.

Наконец, зарождался семинар как очное мероприятие, где рассказчик стоял перед слушателями и выводил формулы на доске. С появлением удаленки и гибридного формата (а также более удобных корпоративных мессенджеров) возникало ощущение, что хотя все и подключены, по-настоящему присутствует и слушает только часть аудитории, а остальная отвечает на сообщения и пишет код на соседнем мониторе.

Мы снова задались вопросом, почему все сломалось. Для первой команды, которая проводила семинары с 2012 года, как мне кажется, основная цель — это тимбилдинг: собраться вместе, повыводить формулы, почувствовать, что команда занимается фундаментальной наукой и находится на острие темы искусственного интеллекта. Мы будто ожидали закрытия какой-то другой потребности (конкретные применимые знания), что плохо сказывалось на мотивации.

Другая проблема — слишком мягкое администрирование. Вызываешься добровольно, если хочешь, можешь перенести; не успел — ничего страшного. Сам формат тоже вызывал вопросы: семинар проводился в пять вечера в пятницу, не лучшее время для требующей концентрации математики.

Администрирование и формат, на самом деле, не очень серьезные преграды для успеха, если люди реально замотивированы прийти. Но если мотивация не очень высокая из-за того, что цель не совсем ясна, происходят сбои.

Кейс 3: книжный клуб

Иногда все может пойти не так с самого начала. Например, однажды сотрудница предложила устроить книжный клуб. Идея такая: выбираем книжку (пускай, с кабанчиком), берем по главе раз в две недели, читаем и очно или онлайн обсуждаем. Мы создали в корпоративной вики страницу, начали выбирать книгу… В итоге на этом пункте мы застряли, и встреча книжного клуба так и не состоялась.

Почему?

Во-первых, не была объяснена цель: зачем мы собираемся? С одной стороны книги читать приятно и полезно, мы все образованные люди, нам положено читать. Но какие задачи это поможет нам решать никто не объяснил. Инициатива хоть и была одобрена, не получила процессной поддержки со стороны менеджмента, и в результате комбинации этих факторов затухла.

Кейс 4: Friday Wins&Fails

Еще одна коллега пришла с идеей рассказывать про проекты с точки зрения бизнеса. Называлось это Friday Wins&Fails. Идея была такая: раз в несколько недель кто-то вызывается и проводит в пятницу небольшую презентацию об удачном или неудачном опыте. В этот раз цель была понятная — показать, что даже исследовательские проекты не существуют в вакууме, а имеют заказчиков, метрики успеха и необходимость об этом думать.

После двух встреч желающие выступать закончились. С одной стороны, сказывалось отсутствие администрирования, с другой — коллизии с научным семинаром, который тоже был в пятницу.

Основные ошибки

Я рассмотрел четыре неудачных кейса. В чем же были ошибки:

• Невнятная цель. Попытка запустить обучение ради наличия обучения.
• Отсутствие хотя бы легкого принуждения и правильного подхода к управлению процессом обучения.
• Неучтенные особенности удаленного или гибридного формата. Когда проводится семинар на 50 минут, где один человек выступает, а после все обсуждают, достаточно отвлечься на десятой минуте на что-то в другом окне, чтобы потерять нить обсуждения и больше в семинаре не участвовать или находиться формально.
• Недостаточная релевантность для минимум половины участников.

Кейс 5: снова онлайн-курс

Все-таки запрос от команды был: на ретроспективе накопились карточки о том, что надо вместе в каком-то формате поучиться. Команда поставила мне задачу, и мы взялись за нее, исходя из опыта предыдущих кейсов.

Мы декомпозировали задачу на две части:

• найти такой контент, который будет относительно релевантен всем, то есть все смогут из него почерпнуть что-то интересное;
• сделать все хорошо с точки зрения формата и организации.

Начали с целеполагания.

Чем мы занимаемся? Берем задачу, анализируем данные, создаем ML-систему и поставляем клиенту. Человек, который общается с заказчиком, занимается статистикой и анализирует метрики, должен взаимодействовать с тем, кто непосредственно обучает модель. А тому, кто ее разрабатывает и выбирает подходы, нужно взаимодействовать с MLOps’ом, который это выкатывает и обеспечивает мониторинг метрик, который должен быть удобен первому человеку. То есть нам нужно надежно делать весь цикл и говорить друг с другом на одном языке.

Исходя из цели «говорить на одном языке» мы и выбирали материалы. В итоге сошлись на бесплатном курсе Full Stack Deep Learning. Он посвящен тому, как на практике вести ML-проекты от поиска идеи до мониторинга, а также используемым для этого инструментам.

При анонсировании мы делали упор на заявленной цели, а дополнительной задачей поставили говорить о том, в каких проектах и что именно мы можем применить. Мы хотели оживить обсуждение вокруг наших проектов, применимости (или наоборот, неприменимости) в них индустриальных практик, научиться активнее делиться опытом и предлагать друг другу новые идеи.

В качестве формата снова выбрали перевернутый класс, но на каждый семинар выбирался ответственный, который кратко (на 20 минут) подсвечивал основные моменты в лекции через призму тех задач, с которыми встречаемся мы. Расписание и список рассказчиков с темами были заранее зафиксированы в вики. После рассказа каждый по очереди должен был за 2-5 минут поделиться своими соображениями о материале. Обсуждения вместе с идеями, что где можно попробовать или сделать лучше, и соответствующими action items фиксировались на отдельной странице.

В результате получилось и обогатить багаж знаний, и обменяться опытом, и даже получить немного тимбилдинга (обсуждения некоторых идей и инструментов продолжались и после семинаров за чаем). Кроме того, каждый, даже тот, кто в добровольном формате предпочел бы отмолчаться, смог высказаться и поделиться своими мыслями.

В самом первом курсе я не собрал обратную связь, и потому до сих пор гадаю, правильно ли я выявил причины неудачи. Поэтому в этот раз мы собрали конкретный фидбэк, где оценивались материал и формат:

Видно, что даже если сам материал был не очень интересным, возможность обсудить на его основе нашу работу и процессы были восприняты положительно. Были, конечно, и пункты, которые можно было улучшить:

• видно, что не всем материал показался интересным и релевантным;
• некоторые жаловались, что раз в неделю смотреть лекции и приходить на семинары — слишком часто;
• не всегда удавалось модерировать обсуждение: если человека зацепила тема, даже после предупреждения «у тебя есть пять минут» он мог проговорить и 25;
• некоторые хитрили и не смотрели лекции, а ждали пересказа и потом просто давали свой отзыв на его рецензию.

Тем не менее благодаря такому формату нам удалось собраться командой, поговорить на прямо относящиеся к работе профессиональные темы, погрузиться в проекты друг друга и начать обсуждать наши подходы, что позже отмечали и на ретроспективе.

Подводя итоги

Можно вывести ингредиенты успеха для совместного обучения в команде:

• Целеполагание. Нужно понять, чего вы хотите добиться, организуя совместное обучение. Мало поставить цель, важно еще и донести ее до команды и убедиться, что она ее приняла. Без этого едва ли получится достичь нужного уровня мотивации и вовлеченности.
• Формат. Важно продумать формат с учетом факторов гибридной или удаленной работы, других регулярных задач и прочих возможных ожидаемых и неожиданных проблем вроде потенциальной загруженности.
• Администрирование. Даже самой классной и ответственной команде иногда нужен волшебный пинок, который заставит их все-таки прочитать материал и посмотреть семинар. В самом мягком варианте — заранее назначенные ответственные и встреча в календаре.
• Ритм. Очень важно, чтобы встречи происходили с заранее обговоренной периодичностью, чтобы поддерживать привычку и не терять мотивацию.
• Релевантность. Материал должен быть релевантен рабочим задачам, которые выполняют участники. Если им кажется, что это не так (а вы уверены, что материал полезный), их нужно в этом убедить.
• Планирование. Лучше все шаги, встречи и даже сбор фидбэка продумать заранее. Если начать с мыслью, что «как-нибудь разберемся», любые потенциальные проблемы могут выбить из ритма.

Мы продолжаем совершенствовать процессы обучения и развития нашей команды, придумывать новые форматы и всячески экспериментировать. Если вам хочется взяться за такие эксперименты или у вас уже есть целый чемодан рабочих практик, приходите работать к нам в «Лабораторию Касперского». Мы нанимаем тимлидов и руководителей более высокого уровня и рады тем, кто готов руководить кроссфункциональными командами.

Как всё начиналось

Как и у большинства разработчиков ПО, мои обязанности были довольно предсказуемыми. Я получал задачу с фиксированными сроками выполнения или сам решал, когда могу её сделать, согласовав с менеджером. Дальше спокойно писал код, регулярно ходил на дейли, единственные вопросы, которые у меня возникали — как лучше выполнить ТЗ, оптимально реализовать алгоритм или запрос в СУБД. А в должности ведущего разработчика вместе с этим распределял задачи между джунами и мидлами, общался с аналитиками и решал другие вопросы, связанные с реализацией системы для проекта.

Как известно, в обязанности технического менеджера проектов входит планирование задач команды, управление сроками и бюджетом проекта, а также контроль качества выполняемой работы. Нельзя сказать, что я очень стремился перейти в эту должность. Это гармонично случилось само собой. В КРОК есть внутренний фреймворк для разработки веб-приложений — XFW3. За первые пару лет работы в компании я оказался одним из основных хранителей компетенций по нему. В итоге мне предложили новую роль технического менеджера для развития внутреннего продукта, а позже и для внешних проектов. К тому времени мне и самому уже порядком надоело кодить, захотелось расширить кругозор, научиться новому.

Оказалось, что стать техменом в 38 лет — это, вероятно, как родить первенца в таком возрасте. Появилась масса вопросов, задач и проблем, о которых я не подозревал, хоть и считал себя уже зрелым и опытным специалистом. Выяснилось, что общаться с людьми и выстраивать работу команды — это ничуть не менее сложная задача, чем разработать алгоритм размещения контейнеров на судне, настроить ядро Linux под работу на 486 промышленном процессоре, или написать фреймворк для веб-приложений. Неопределённость и вероятность стали не изолированными математическими понятиями, а новой реальностью. Появилась ответственность не только за модуль в программе, но и за успех всего проекта. Тогда я понял, что мне ещё многому нужно научиться.

Я учился общаться и искать компромиссы

На одном из первых пресейлов требовалось сделать коммерческое предложение для конкурса в очень короткие сроки. Техническое задание конкурса было крайне размытым, я не понимал, как на основании такого минимума информации составить КП.

Из-за этого я нервничал: как же так, ещё вчера я был ведущим разработчиком и пилил сложные системы, а сегодня не понимаю, как написать ТЗ! По привычке думал: если поставили задачу, а сотрудник не выполняет её в срок, то к его компетенциям могут возникать вопросы. К такому я не привык. Нервозности добавляла мысль, что на решении для КП будут завязаны условия потенциального контракта и работа всей команды.

Оказалось, требованиями и ожиданиями можно и нужно управлять. Можно обсуждать дедлайны и в некоторых случаях даже двигать их, если аргументировано и своевременно донести свои опасения и предложения до руководителей и менеджера клиента. Например, можно позвонить ему и сообщить: «В этих условиях я не могу дать решение в указанные сроки. Мне нужно больше информации».

Ещё лучше — организовать встречу с потенциальным заказчиком и задать уточняющие вопросы. Если встретиться не получается, то можно написать КП с допущениями, предположениями и ограничениями. И с учётом этого рассчитать трудозатраты, стоимость и сроки.

Планировать рабочие встречи и свои задачи

В первое время сильно удручало, что на мои срочные и «суперважные» вопросы я не мог получить ответ сразу. Казалось, что мои проблемы никого не интересуют и никто не горит желанием помочь, а значит, моя работа не особенно нужна.

Потом понял: у менеджера много встреч по разным проектам, и он не успевает вдумчиво отвечать в это время. Поэтому нужно правильно выбирать окошко для вопросов. В идеале — делать отдельную встречу для обсуждения. Чтобы она прошла эффективнее, лучше заранее подготовиться:

• сгруппировать вопросы,
• проработать варианты ответов,
• продумать возможные решения для разных вариантов.

Причём в процессе подготовки часть вопросов обычно решаются сами собой.

Мне помогли курсы и семинары по тайм-менеджменту. Навык управления своим временем здорово уменьшает процент суеты и нервозности и одновременно с этим добавляет структурности и предсказуемости в работе над проектом.

Оценивать будущий проект и не поддаваться давлению

Классическая обязанность технического менеджера — оценить длительность и стоимость проекта. В первые месяцы работы это было для меня настоящим вызовом, я сильно переживал, что неправильно посчитаю трудозатраты или не смогу верно распределить ресурсы.

Будучи на должности разработчика, я всегда оценивал сроки выполнения задачи по себе. Но как быть, когда неизвестно, какой именно разработчик будет выполнять задачу? А если их много? Если занизить сроки, то сделать мы ничего не успеем и понесём финансовые потери. В то же время заложить слишком большой запас тоже тревожно, так как заказчик может решить, что мы пользуемся его ресурсами, и уйти к другой команде.

Однажды по неопытности я поддался давлению со стороны менеджера клиента. Он настаивал, что проект необходимо максимально удешевить. Тогда я подсчитал всё максимально оптимистично и без учёта рисков.

В итоге проект был выполнен в срок и без превышения бюджета. Но спасло его тогда только одно — я досконально знал фреймворк, на котором мы разрабатывали, и максимально декомпозировал задачи для разработчиков. А в особенно сложных модулях пришлось пару раз кодить самому. С одной стороны, проект успешно завершился, с другой — мне не удалось в полной мере добиться управленческого успеха.

Вывода сделал два: нужно знать и уметь применять разные методики оценки и быть уверенным в своей оценке, чтобы отстоять её перед коллегами-менеджерами, перед тем как отправлять КП заказчику. Такой подход позволит не ввязываться в авантюры и делать проекты спокойно и с плановой рентабельностью.

Доверять команде и позволять ей выполнять свою работу

Мне пришлось останавливать себя, чтобы не пытаться объяснять разработчикам, как им работать. По привычке я хотел сам придумывать алгоритмы и оптимизировать код. Но нужно было учиться отдавать задачи под ответственность команды и разработчиков. На первых порах это было очень сложно.

Я быстро понял, что невозможно всё делать самому. Да этого и не нужно. Важнее помогать в развитии компетенций каждого члена команды. Необходимо было научиться разбираться в уровнях квалификации разработчиков, чтобы понимать на каком шаге развития они находятся, и давать им подходящие задачи. Ведь даже у разработчиков с одинаковым грейдом может быть разный опыт в конкретной предметной области или технологии. Постепенно я учился (и учусь до сих пор) работать с персоналиями, выявлять сильные и слабые стороны, стимулировать развитие в нужном для проекта направлении.

Работа с людьми стала для меня самым непривычным опытом

Когда я был разработчиком, то с людьми почти не взаимодействовал. Моим основным «коллегой» был компьютер — большую часть рабочего времени я писал код. Дозированного общения с менеджером мне вполне хватало, а с коллегами взаимодействовал в основном по техническим вопросам.

Но на позиции технического менеджера пришлось подключать больше внутренних ресурсов, учиться гасить конфликты (а лучше — не допускать их возгорания), не реагировать остро на ошибки коллег.

Важным навыком оказался процесс обмена обратной связью с ребятами из команды. Большую роль играет способ выражения своих мыслей. Например, если оперировать фактами без явного указания действующего лица, то разговор будет более конструктивным и позитивным.

Не «Ты допустил ошибку», а: «Здесь допущена ошибка» — почувствуйте разницу.

Отдельно пришлось учиться взаимодействовать с эмоционально сложными людьми. Несмотря на то что большинство коллег исключительно позитивные и профессиональные люди, иногда в командах встречались и токсичные ребята, и те, кто считают себя всегда правыми и не воспринимают других подходов, кроме своего. Те, кто не хотят выполнять поставленную задачу, а начинают спорить, чтобы уйти от сути вопроса. Я выработал такой способ общения со сложными собеседниками:

• внимательно слушать;
• игнорировать намёки на грубость и попытки уйти от темы;
• переводить разговор в конструктивное русло.

То есть ставить акцент не та том, кто виноват, а на том, что делать; концентрировать внимание собеседника на общей задаче и способе её решения.

Другой интересный опыт был, когда я подключился к горячему спору разработчиков, забыв про свою роль технического менеджера проекта. Мне это казалось рабочим моментом, в бытность разработчиком таких случалось много. Но когда через пару месяцев я собирал обратную связь от сотрудников, выяснил, что коллегам кажется, будто их ругают, если в спор включается менеджер. Пришлось воспитывать в себе спокойствие, чаще слушать, чем говорить. А если говорить, то выбирать правильную интонацию: спокойную, уверенную и позитивную.

Как мне работается сейчас

За годы работы я уже привык к постоянному общению с людьми, набил руку оценивать проекты, научился планировать время на встречи и личные задачи.

Теперь появляются новые сложности и вызовы — приходится работать в режиме мультитаскинга. К примеру, сейчас стартуют сразу два проекта, а через месяц ещё два. К ним нужно подготовиться: завести Jira, собрать команду, провести вводные встречи. Параллельно идёт пресейл, где я выполняю оценку, считаю бюджет, сроки, ресурсы. Вдобавок приходится следить за текущими проектами: это регулярные встречи, разбор возникающих проблем. Задачи у меня постоянно разнотипные, а значит, есть риск потерять концентрацию, могут вылезать ошибки. Я люблю разнообразие в работе, но иногда наступает «перебор», включается режим бешеной гонки.

Так, я начал ценить не саму задачу, а условия работы над ней. Когда можно выделить пару часов на кейс и спокойно составить ресурсный план или погрузиться в анализ ТЗ. Я понял, что нужно оттачивать новый навык — учиться делегировать задачи младшим менеджерам или ведущим специалистам в проектах.

Я считаю, что принял верное решение, перейдя из разработчиков в технические менеджеры. Меня увлекает выстраивать работу команды перед стартом проекта, планировать задачи, погружаться в новую предметную область. На начальных этапах интересно знакомиться с командой, узнавать людей, организовывать их взаимодействие, наблюдать, как «машина разработки ПО» начинает разгоняться. В финале проекта приятно видеть сплочённую команду, которая выдаёт качественный программный продукт, и осознавать, что в общем успешном результате есть и моя заслуга.

Полученный опыт по преодолению всех трудностей помогает мне не только в работе, но и за её пределами — ведь в жизни тоже нужно уметь общаться и находить общий язык с людьми.

К тому же я вижу для себя и другие области, в которых есть чему поучиться. Например, управление более крупной группой проектов, участие в комплексных высокобюджетных проектах, менторство и наставничество, развитие и укрепление навыков общения и деловых переговоров. Мне интересно осваивать новые области в управлении проектами по разработке ПО, а накопленный опыт разработчика отлично помогает в этом процессе.

Одной из таких историй является идея, которая началась как пет-проект, но в конечном итоге переросло в научное исследование с удивительными результатами. Название этого исследования – “Application of the ‘Banchenko Dream Synchronization Mnemonics Method’ for Joint Synchronization of Dream Elements (including Lucid Dreams) within the ‘Blokhin Dream Network Concept’ and Analysis of Results based on the ‘Kapustin Dream Match Search AI Model’“.

Эта удивительная история демонстрирует, как страсть к программированию, исследованиям и научной любознательности могут привести к инновациям.

Автор: Капустин Михаил, CTO представляющий компанию ASRP (Advanced Scientific Research Projects & Association of Sleep Research Projects).

Идея, рожденная из страсти к исследованиям

История началась с пет-проекта, идея которого казалась смелой и несколько необычной. Основатели проекта решили исследовать сон и возможность синхронизации сновидений между разными людьми.

Их гипотеза была неоднозначной и даже эксцентричной. Они предположили, что использование теории мемов и тег-мемов в сочетании с механизмами синхронизации ритмов мозга может привести к синхронизации сновидений у участников, включая случаи осознанных сновидений.

От пет-проекта к научному моделированию

Поначалу это казалось идеей, которая останется в рамках любительского интереса. Однако смелость и научная любознательность исследователей не знали границ.

Они разработали новую компьютерную модель “Kapustin Dream Match Search AI Model” для идентификации соответствий между снами на основе искусственного интеллекта. Эта модель стала ключевым элементом их исследования.

Для более подробного ознакомления с принципом работы модели можно ознакомиться с ранее опубликованной статьей “Как ИИ помогает изучать осознанные сновидения“.

Гипотезы и результаты

Исследователи сформулировали несколько гипотез.

Первая из них была не направленной и предполагала, что синхронизация сновидений через общие синхронные действия и нейропроцессы приведет к более высокой степени схожести в содержании индивидуальных снов по сравнению с случайными совпадениями.

Вторая гипотеза предполагала, что сон с синхронизированным содержанием будет демонстрировать более высокое количество взаимосвязанных тем, символов и переживаний между участниками, что указывает на уровень взаимосвязи выше случайных паттернов.

Искусственный интеллект и анализ снов

И вот, исследование началось. Участники были подвергнуты синхронным действиям, а их сновидения ежедневно анализировались. Результаты оказались захватывающими. Первая не направленная гипотеза подтвердилась – сон действительно синхронизировался между участниками, включая случаи осознанных сновидений.

Но настоящим открытием стала вторая гипотеза. Когда компьютерная модель была применена к анализу синхронизированных сновидений, она продемонстрировала статистически значимое увеличение точности. Это означало, что искусственный интеллект способен распознавать совпадения между снами с высокой точностью, открывая новые возможности для изучения мира снов.

Пример данного исследования также подчеркивает важность пет-проектов и стартапов для программистов. Можно начинать с маленьких идей, но, как видно из этой истории, они могут перерасти в научные исследования и привести к инновациям, которые меняют наше представление о мире. Программисты, увлеченные научной любознательностью и страстью к исследованиям, могут сделать революционные открытия, даже начиная с самых скромных идей.

Выводы

Исследование “Application of the ‘Banchenko Dream Synchronization Mnemonics Method’ for Joint Synchronization of Dream Elements (including Lucid Dreams) within the ‘Blokhin Dream Network Concept’ and Analysis of Results based on the ‘Kapustin Dream Match Search AI Model’” превратилось из необычного пет-проекта в научное открытие с потенциалом для дальнейших исследований в области сновидений и искусственного интеллекта.

Эта история является примером того, как страсть к программированию, науке и научной любознательности могут привести к настоящей инновации, даже если начать с самых скромных идей. Нет предела тому, что можно достичь, когда вам увлеченно и интересно.

Как я выбрал именно IT и попал в «Сириус»

Впервые я столкнулся с ИТ в девятом классе. Мы с одноклассниками решили сделать простой бот для ВК. Изначально функционал был до банального прост — Q&A по заранее заданным условиям, баловство. Однако потом мы добавили туда маршруты транспорта по городу, погоду, расписание на неделю. Мы закончили разработку за два-три месяца, но я так увлёкся, что продолжил развиваться в этом направлении.

В мае того же года во время сдачи экзаменов я узнал, что у нас в Ульяновске есть компания, которая занимается аутсорс-разработкой. В ней проводили бесплатные курсы по Python и веб-разработке, я решил попробовать. Там я познакомился с ментором, благодаря которому ещё сильнее проникся IT. Я показал ему свои проекты, попросил обратную связь, и мы стали плотно общаться. Он подсказывал идеи для новых проектов, помогал работать над ошибками.

Примерно в это время я понял, что мне интересна backend-разработка. А если добавить к ней Data Science, то можно делать действительно масштабные проекты, которые приносят пользу людям. Поэтому я начал активно погружаться в специфику этих направлений и пополнять портфолио.

Уже во время учёбы в колледже научный руководитель предложила поучаствовать в «Больших вызовах». Это Всероссийский конкурс научно-технологических проектов для старшеклассников и студентов, которые занимаются научной или исследовательской деятельностью. Придя однажды в колледж, мы не могли попасть на пару около 40 минут, потому что завхоза не было на месте. Тогда мне и пришла идея для конкурса — проект «Умные двери» — что-то вроде замков Xiaomi Aqara, которые не зависели бы ни от кого, кроме самих преподавателей. Я разработал MVP и отправил заявку. Конкурентов было много, но мне удалось пройти в финал.

Благодаря участию в конкурсе я попал в «Сириус». Это образовательный центр научного и технического творчества для одарённых детей и молодёжи со всей России, в котором можно поработать над бизнес-кейсами крупных компаний. Чтобы попасть на проект, предстояло пройти многоступенчатый отбор (региональный и финальный) и иметь хорошие результаты выступлений либо на этапах всероссийской олимпиады школьников, либо всероссийского конкурса научно-технологических проектов. Под второй пункт подходило моё участие в «Больших вызовах».

Позже идея проекта «Умные двери» выросла в систему безопасности для образовательных учреждений: множество дверей, связанных в одну сеть. Я собирался заняться этим основательно, открыть стартап, но понял, что без поддержки реализовать его будет трудно — уйдёт слишком много времени, усилий и финансов.

Над каким проектом мы работали

В «Сириусе» я работал над NLP (Natural Language Processing) проектом от Газпромбанка — автоматизированной системой анализа отзывов на основе ИИ. Мы собирали отзывы обо всех крупных банках России с наиболее известных ресурсов, обучали несколько моделей машинного обучения и разрабатывали веб-приложение для нашего сервиса.

В проекте я участвовал как fullstack-разработчик и дата-сайентист. Делал юзер-интерфейс, который позволял конечному пользователю обращаться к AI-моделям. В основе проекта лежала микросервисная архитектура: в одном контейнере — интерфейс с сайтом, а в двух других — модели классификации категории отзыва и регрессии для предсказания оценки.

Мне удалось поработать с большим набором табличных и текстовых данных, узнать про различные подходы к работе с текстовыми данными, векторизацию TF-IDF, word2vec, fasttext, библиотеки градиентного бустинга CatBoost и LightGBM.

На весь проект у нас ушёл 21 день, причём 10 из них мы собирали отзывы. Источников данных было несколько, так что мы поделились на группы, каждая из которых собирала свои данные. Асинхронно собирать мы тогда не умели, в итоге делали синхронно, обработав более 600 тысяч данных. Для работы с источниками применяли различные подходы: где-то хватало парсинга страницы по запросу, а где-то приходилось применять Selenium из-за сложного API и JS-скриптов. Также на некоторых сайтах стоит защита от сбора данных, поэтому мы использовали прокси.

Собранные отзывы мы загружали в CSV-файлы, в которых данные хранятся через запятую. Затем обрабатывали их в Pandas — Python-библиотеке для обработки огромных массивов данных.

В процессе разработки возникла проблема: отзывы разных банков перемешались. Мы это поняли уже во время обучения модели. Хотя она и не была привязана к конкретному банку, это повлияло на раздел отзывов на сайте. Тогда я сделал быстрое решение — поменял банки между собой, а когда дорабатывали проект — всё-таки пересобрал отзывы.

После «Сириуса» мы обновили сайт и сделали его лучше. У нас было три основные вкладки: поле для ввода отзыва, отзывы с сайтов и статистика. В последней были красивые графики по банковским данным — их мы решили убрать, потому что не смогли бы адаптировать на фронтенде. На вкладку с отзывами добавили фильтры: по количеству поставленных звёзд, по сайту, с которого брались отзывы, и по категориям.

Ещё сделали интерактивный круг, который выставлял рейтинг. По мере заполнения до пяти звёзд он окрашивался градиентом от красного до зелёного. При его разработке не обошлось и без забавных багов: если рейтинг был выше пяти, счётчик начинал бешено крутиться.

На смене в «Сириусе» в сильной и увлечённой команде мы смогли решить интересную бизнес-задачу для банка за относительно короткий срок. Приятно быть причастным к большим проектам крупного банка.

Чем я занимаюсь сейчас

После смены в «Сириусе» со мной связался наставник, с которым мы работали над NLP-проектом, и предложил присоединиться к команде Газпромбанка. Так я начал работать в Центре Технологий Искусственного Интеллекта ГПБ. Мы занимаемся внедрением технологий искусственного интеллекта в банке, с помощью ИИ-алгоритмов повышаем точность решений по кредитам, боремся с мошенниками, улучшаем клиентский опыт и автоматизируем банковские процессы.

Сейчас мы разрабатываем AI бота-помощника для сотрудников, в основе которого лежит языковая модель. Любой сотрудник сможет использовать его для повседневных задач: сгенерировать письмо, найти важную информацию или что-то посчитать.

Я занимаюсь обработкой приходящих данных — отвечаю за то, как работать с запросами пользователей, как их хранить и, главное, как на них отвечать.

Без сложностей не обходится. Для хранения данных я использую Postgres — это привычная технология, я работаю с ней и в пет-проектах. Но мы планируем заменить её более продвинутым решением. Смотрим в сторону Elasticsearch — инструмента, с помощью которого можно хранить, искать и анализировать большие объёмы данных. Порог входа у него высокий, а чтобы развернуть полный ELK-стек из Elasticsearch (для хранения данных), Logstash (для логов), Kibana (для администрирования) и обеспечить его бесперебойную работу — нужно познать дзен.

Самое простое решение в подобных ситуациях: пойти к коллеге, если он работал с таким стеком. Либо разбираться самому, загуглив или написав в нашего же бота.

Работая над проектом, я почувствовал, что вношу вклад в развитие компании. Когда руководство заинтересовано в инновациях, тебе дают «зелёный свет» в реализации новых и смелых идей.

Что делать, чтобы строить карьеру в сфере ИТ

Нужно постоянно работать над ошибками. Недавно на локальном проекте я заметил, что некоторые кейсы повторяются. Например, в Django — это веб-фреймворк для разработки на Python — есть сериализаторы, чтобы приводить данные к единому типу и формату. По умолчанию они возвращают ID записью, но иногда нужно, чтобы возвращался, к примеру, юзернейм. Задача была для меня нетипичная, пришлось лезть в Google, читать кучу статей. Но потом я набил руку и сейчас делаю это без подсказок.

Для тех, кто только знакомится с Python, советую книгу Марка Лутца «Изучаем Python» — сам начинал с неё.

С новыми технологиями я знакомлюсь на кейсах — так информация всегда лучше усваивается. Например, гуглю статьи, стараюсь повторить успешные решения других проектов. Недавно для проекта понадобилась асинхронная библиотека aiogram — пошёл о ней читать.

Ещё обязательно открываю документацию. Но не каждый джун может разобраться в ней самостоятельно: иногда нет фрагментов кода, чтобы проиллюстрировать пример, просто сплошная портянка текста. Я, например, долго бился с одной документацией: есть функция, куча аргументов, а описания нет. Вроде понятно, что передавать их можно по названию, но в некоторых случаях переменные назывались просто A, B, C, приходилось догадываться.

Бывает, что документации в принципе нет на сайте, зато она есть в коде, и найти её там не так уж просто.

И, конечно, нельзя забывать про пет-проекты. У меня их много, но даже базовые вроде интернет-магазина, сайта с рецептами, скриптов для ВК, например, для работы с Марусей, уже можно положить в портфолио на GitHub и показывать будущим работодателям. Конечно, чем грамотнее сделан проект и чем больше у него звёзд на GitHub, тем выше вас оценит будущий техлид. А если это опенсорс-проект даже с небольшим комьюнити, то шанс получить полноценный оффер в компанию стремительно растёт.

Подытожу

Чтобы построить карьеру в IT с первого курса института или колледжа достаточно сфокусироваться на базовых действиях:

• Заниматься практикой

Для этого можно разрабатывать пет-проекты и участвовать в мероприятиях: стажировках и хакатонах. Это поможет получить реальный опыт в индустрии, поработать в команде, проверить свою стрессоустойчивость и изучить новые технологии.

• Участвовать в OpenSource-разработке

На GitHub можно найти много небольших опенсорс-проектов, которым нужна помощь в разработке. Поучаствовав в этом, вы не только наберётесь опыта, но и добавите полезную строчку в резюме о том, что вы гордый контрибьютор проекта на N-ую аудиторию. Кроме того, вы поможете комьюнити найти более правильный и приятный подход к использованию этого проекта.

• Работать в команде

Это отчасти относится к первому пункту. Вы сможете набраться опыта от коллег и овладеть современными методами работы в команде вроде Scrum и Agile. Такой опыт джуну получить непросто, а это сильно помогает в дальнейшей адаптации и в работе над боевыми задачами.

И конечно, искреннее желание расти и развиваться в том, что вы делаете, в хороших компаниях не остаётся незамеченным.

Однако в управлении Microsoft были и крупные ошибки, которые стоили компании первенства по капитализации среди конкурентов. К примеру, в 2023 году Apple обгоняет Microsoft аж на 500 миллиардов долларов.

В этой статье мы рассказали, какие ошибки совершал Билл Гейтс на протяжении своей карьеры, и как это сказалось на успехе Microsoft.

Спойлер: во всех бедах виноваты недальновидность и медлительность.

Билл Гейтс не учёл развитие интернета в своей стратегии

В 1995 году Билл Гейтс опубликовал книгу «Дорога в будущее», в которой он предсказывал развитие технологий в ближайшие годы.

Во многом предсказания Гейтса сбылись: он писал о том, что персональные компьютеры будут всё доступнее, а мультимедиа — фото, видео и аудио — будут охватывать всё большее пространство.

Также он писал о том, что IT будет плотнее внедряться в бизнес и улучшать его, и IT-отделы появятся чуть ли не в каждой компании. Спустя 30 лет мы видим, что всё случилось именно так.

Однако в первой редакции книги Билл Гейтс откровенно игнорировал интернет. Он либо не считал, что интернет внесет значимый вклад в развитие IT, либо просто об этом не задумался.

В итоге Microsoft уступили долю рынка браузерам Firefox (Netscape) и Chrome. Они опоздали на рынок поисковых систем и, таким образом, уступили рынок Google. Ещё они провалили попытку создания социальных сетей.

Спустя год, в следующей редакции “Дороги в будущее”, в книге уже появились упоминания о том, что интернет станет главной площадкой для обмена знаниями и общения. Также Гейтс предсказал появление социальных сетей и их бешеную популярность.

Игнорирование интернета повлияло на стратегию Microsoft, и, если бы Гейтс сделал на него своевременную ставку, компания могла быть куда успешнее.

Билл Гейтс не стал развивать мобильную ОС

Гейтс признаёт, что Microsoft не стала разрабатывать собственную ОС для смартфонов только из-за его собственного провального менеджмента.

К примеру, iPhone от Apple был представлен публике в июне 2007 года, а первый смартфон на базе Google Android был представлен чуть больше года спустя, в сентябре 2008 года. Windows Phone 7 выпустили только в октябре 2010 года, через три года после успеха Apple.

Из-за этого промедления Microsoft не смогла создать анти-iPhone, и нишу заняли Android. Теперь Apple и Android занимают 99,9% рынка.

Гейтс, сожалея, говорил, что если бы Microsoft вовремя вступила в гонку, она была бы не просто лидирующей компанией на рынке, она была бы “the company”.

Он сделал своим преемником Стива Балмера

Стив Балмер — бывший гендиректор корпорации Microsoft. Он присоединился к Microsoft в 1980 году и работал с Биллом Гейтсом. В 2000 году он стал генеральным директором Microsoft и занимал эту должность до 2014 года.

Пока Балмер руководил компанией, под его началом были выпущены Windows XP, Vista, Windows 7 и 8, пакеты офисного ПО Microsoft Office 2003 и 2007, консоль Xbox, поисковая система Bing, смартфоны Windows Phone и облако Microsoft Azure.

Кажется, что под его руководством вышло множество замечательных продуктов, но у Балмера были и крупные промахи.

К примеру, именно под шефством Балмера Microsoft поздно включилась в производство смартфонов, из-за чего компания понесла огромные финансовые убытки и репутационный ущерб. Смартфоны от Microsoft были неудобными и постоянно лагали, а сам рынок мобильных устройств уже был поделен между Apple и Google.

Когда в 2007 году Балмера спросили, что он думает об iPhone, тот рассмеялся журналистам в лицо, иронично спросив: “500 долларов за телефон?”.

Ещё при гендиректоре Балмере компания не выпустила ни одного нового успешного продукта. Хотя Office 2003 и 2007 были неплохими, они не были инновационными продуктами: офисное ПО просто эволюционировало. Windows XP и 7 были сверхпопулярными, но их успех нивелировали провалы Vista и 8.

Microsoft при Балмере не смогла занять отрасль облачных технологий и проиграла конкурентам вроде Amazon Web Services и Google Cloud Platform. Как и в случае смартфонов, Azure была запущена слишком поздно, чтобы занять свою нишу на рынке.

Заключение

Медлительность действительно губит Microsoft. Теперь уже сложно представить, каким был бы мир, если бы Билл Гейтс вовремя ворвался на рынок браузеров и социальных сетей или если бы компания своевременно осознала потенциал смартфонов.

С одной стороны, винить в этом можно не Гейтса или Балмера, а размеры Microsoft: в большущей корпорации внедрять новые технологии гораздо сложнее, чем в стартапах.

С другой стороны, Apple и Google уже были технологическими гигантами, но они рискнули захватывать новые области рынка. Microsoft всегда пыталась зайти на рынок, который уже осваивается.

Вкупе с неудачными решениями это оборачивалось катастрофами: например, Балмер решил запретить устанавливать приложения не от Microsoft на Windows Phone, и в итоге компания не смогла обеспечить пользователей ПО.

Однако это не значит, что Microsoft не успешна: её капитализация составляет 2,5 триллиона долларов, и этого удалось добиться благодаря покупке технологий у других компаний.

Вывод, который можно сделать из этой истории: не обязательно быть новатором, чтобы добиться успеха. Иногда достаточно быть хорошим инвестором.

На это Джефф ответил: «Разработал Chrome OS. До сих пор неизвестен.»

Мы решили разобраться, кто такой Джефф Нельсон, как строилась его карьера, как он придумал Chrome OS и почему он всё-таки остался неизвестным разработчиком.

Карьера до Google

У Джеффа есть профиль на Linkedin, в котором указано, что он учился в Университете Аризоны, в которой получил степень бакалавра по математике в 1993 году, а в 1994 году получил степень магистра в прикладной математике.

В 1999 году Нельсон попытался устроиться в компанию Илона Маска Х Commerce, когда та была предком PayPal, а не Твиттером. Разработчик признается, что это интервью было одним из самых странных в его жизни.

Тогда в Х работало около 10 человек, и все, кто его собеседовал, интересовались только soft skills. Даже руководитель инженерного отдела не знал программирования и долго извинялся за то, что не разбирается ни в Java, ни в С++.

Из-за того, что Илон Маск был единственным бэкендером в компании, именно он проводил техническое собеседование с Джеффом.

Маск задал всего два вопроса. Первый: “Кем вы видите себя через 5 лет?”. Джефф ответил, что хотел бы находиться на руководящей должности. Второй: “Есть ли вопросы ко мне [Илону Маску]?”. Тогда Нельсон и Маск долго говорили о рисках бизнес-модели X Commerce.

В итоге Нельсону предложили оклад в 90 тысяч долларов и акции компании. Разработчик отказался: зарплата была гораздо ниже рынка.

После этого он ушёл работать в eBay, в которой наш герой руководил проектами стоимостью в 200 миллионов долларов и которая выкупит PayPal в 2002 году.

В том же 1999 году Джефф дважды пытался устроиться в Google через “ярмарку вакансий”. Он стоял в очереди из соискателей, после чего интервьюер задал ему загадку, на решение которой было дано 30 секунд. Джефф дважды провалился, и дважды его резюме отправлялось в папку “НЕ ЗВОНИТЬ”.

В том же продуктивном и весьма неуспешном году Нельсон даже написал книгу “Programming Mobile Objects with Java“. Правда, на Amazon у неё всего одна оценка, и та негативная — ему поставили две звезды из-за фактических ошибок в тексте.

Работа в Google и разработка Chrome OS

В eBay Нельсон проработал до 2006 года, после чего всё же попал в Google. Как и на прежнем месте, он стал одним из руководителей компании.

Всего через год он придумал Chrome OS. Проблема заключалась в том, что компьютер Джеффа постоянно тормозил, из-за чего разработчик загорелся идеей создать свою ОС.

Разработка Chrome OS велась до 2008 года, после чего Нельсон представил бета-версию операционной системы руководству. Директорам проект понравился, поэтому они выкупили его у разработчика. В 2012 году Нельсон получил патент на Chrome OS, который, вероятно, приносит разработчику приличные выплаты по сей день.

Нельсона спрашивали, почему он не создал независимую ОС без привязки к Google, ведь у него есть явный талант, и он мог заработать на своём творении гораздо больше. Он ответил, что поступил так, поскольку у Google уже были крутые веб-разработки, в отличие от никому не известной новой ОС.

У Google были инфраструктура веб-приложений, браузер Chrome и рекламная бизнес-модель, а также огромная существующая клиентская база, которую можно было использовать. Джеффу попросту пришлось бы заново разрабатывать Adwords, Writely и Chrome. Кроме того, сама Chrome OS была экономически выгодна именно компании Google.

За время работы Джефф стал крупным специалистом в Big Data, машинном обучении и облачных технологиях. Среди преимуществ Google он отмечал лидерство компании в ML и советовал сотрудникам использовать это, чтобы научиться как можно большему.

Однако у работы в Google были и прозаичные недостатки. Несмотря на то, что Google рисуют как компанию мечты, в действительности всё не так: здесь работают всё те же люди с политическими амбициями, безалаберностью и ленью.

Также Нельсон жаловался на то, что руководство было практически недосягаемо для сотрудников, из-за чего процессы в компании постоянно затягивались. Кроме того, в Google не уделяли должного внимания Chrome OS, которого та, по мнению Джеффа, заслуживала.

Разработчик занимался и другими задачами, например, созданием веб-сервисов Google Apps, но постоянно просил перевести его на полноценное управление Chrome OS, которую он сам и создал. Конфликт достиг апогея, и Джефф Нельсон обнаружил себя покидающим двери Google.

Карьера Джеффа Нельсона после ухода из Google

О том, где трудился Нельсон после Google, мы не знаем. В профиле на Linkedin указано, что сейчас он работает CTO в стелс-стартапе — такие компании умышленно избегают общественного внимания.

В неизвестности Джеффа Нельсона виноват… сам Джефф! Он ничего не рассказывает о том, где работает сейчас, что нового он разработал и каких успехов добился. Большая часть его публичной деятельности так или иначе связана с Chrome OS, даже в ответах на Quora.

Зато Джефф активно ведёт соцсети — вот его профили на Quora, в Twitter, в Tumblr и Google+. Ещё у него есть веб-сайт, на котором можно увидеть его многочисленные публикации в научных журналах.

Заключение

IT — не тот рынок, на котором можно стать суперзвездой. Особенно без всякого пиара и маркетинга. Не отчаивайтесь, если вы достигли невероятных высот, но не станете всемирно знаменитым, это нормально.

Но если всё же очень хочется, попробуйте стать мемом в интернете.

Но Twitter — не первая и не самая обидная ошибка в карьере Маска. Рассказываем обо всех провалах на пути предпринимателя, после которых, тем не менее, ему удалось оправиться и достичь успеха со SpaceX, Tesla и Neuralink.

1. Маска не взяли на работу в Netscape
2. Его уволили с поста директора собственной компании
3. Маска снова уволили с поста директора. Теперь из PayPal
4. В России Илону Маску плюнули на ботинки, когда тот пытался купить ракеты
5. Ракеты SpaceX постоянно взрывались

Маска не взяли на работу в Netscape

В 1995 году Илон Маск получил научную степень в Университете Пенсильвании и решил найти постоянную работу. Маск знал, что интернет изменит мир, поэтому хотел устроиться в единственную интернет-компанию — Netscape.

Сперва вчерашний студент отправил письмо руководству Netscape с просьбой принять его на работу. Ему никто не ответил. После этого он приехал в офис компании и ждал в вестибюле несколько часов, но к нему никто не подошёл.

Сам Маск признавался в Clubhouse, что сотрудники Netscape не виноваты: он сам был слишком застенчив, чтобы заговорить с кем-то.

Его уволили с поста директора собственной компании

Нет, пока мы не добрались до PayPal. Это история компании Global Link, которую Илон основал со своим братом Кимбалом. Ребята занимались разработкой программного обеспечения для газет и журналов.

Сперва компания была электронной версией телефонного справочника, которую братья разрабатывали по ночам. Днём они выгружали сайт на рабочий ПК, который служил сайту сервером. Соединение устанавливалось через дешёвый модем.

Жить Илону и Кимбалу приходилось прямо в офисе. Денег у них почти не было, поэтому на еде они экономили, а мылись в общественных душевых.

В 1996 году компания внезапно получила 3 миллиона долларов инвестиций от компании Davidow Ventures, которая вмешалась в бизнес-процессы. Одним из решений было увольнение Илона Маска с поста гендиректора и назначение Ричарда Соркина.

За Маском, впрочем, сохранились места исполнительного вице-президента и технического директора.

В 1999 году компанию продали. Илон Маск получил 22 миллиона долларов, а Кимбал — 15 миллионов.

Маска снова уволили с поста директора. Теперь из PayPal

Пожалуй, это самая известная обида Илона Маска за всю его карьеру. Компания PayPal появилась в результате сращения банка X.com, который принадлежал Маску, и Confinity — стартапа Питера Тиля.

Неизвестно, что стало реальной причиной увольнения. Часто используется расплывчатая формулировка “не сошлись во мнениях относительно будущего PayPal”.

В 2000 году, когда Маска уволили с поста директора, тот даже не находился на работе. Он был в свадебном путешествии.

Илон при этом остался акционером компании. В 2002 году PayPal продали eBay, и предприниматель получил свою долю в 250 миллионов долларов.

В России Илону Маску плюнули на ботинки, когда тот пытался купить ракеты

В 2001 году Маск впервые задумался о колонизации Марса. Первоначальная задумка была в том, чтобы запустить в космос ростки растений и высадить их на планете под крышами теплиц. Илон хотел проверить, при каких условиях возможно поддерживать жизнь на Марсе.

Найти нужные растения ­— не проблема. Предпринимателю нужны были ракеты. Маск решил, что будет выгодно купить ракеты в России, где они стоили бы гораздо дешевле, чем в США.

Всё, что мы знаем о поездках Маска в Россию, описано в статье бывшего заместителя главы NASA Лори Гарвер «Побег от гравитации: мои поиски трансформации NASA и запуска новой космической эры».

Гарвер рассказывает, что предпринимателя подвёл его нон-конформизм: тот приходил на встречи в неофициальной одежде, проявлял неуважение к традициям и вёл агрессивные переговоры.

К примеру, в Роскосмосе, по словам Гарвер, Илону Маску предложили купить одну ракету за 8 миллиардов долларов. Для запуска нужны были три ракеты. Тогда Маск предложил купить две ракеты за ту же цену. Его предложение, мягко скажем, не оценили.

Главного конструктора с российской стороны так раздражали манеры Илона и его “бредовые” идеи, что тот плюнул предпринимателю на ботинки. Об этом инциденте так же рассказывает соучредитель SpaceX Джим Кантрелл.

После этого Маск сбежал с переговоров, сел в самолёт и прямо в полёте набросал бизнес-план SpaceX.

Ракеты SpaceX постоянно взрывались

SpaceX всё же оказалась востребованной: Илон Маск договорился о сотрудничестве с NASA, и вместе они разработали ракеты серий Falcon и Dragon.

В 2006 году должен был случиться первый запуск ракеты Falcon-1. По словам “должен был” можно догадаться, что запуска не случилось — ракета взорвалась.

Спустя год SpaceX доработала Falcon-1 и предприняла ещё одну попытку запуска. Всё тщетно.

В 2008 году SpaceX ракету попытались запустить в третий раз. Илон Маск был настолько уверен в успехе, что погрузил на борт несколько дорогих спутников. Dragon-1 снова взорвалась.

Заключение

Илон Маск привык ошибаться, и это нормально. История показывает, что он смог справиться со всеми вызовами: он нашёл свою нишу в SpaceX, которая поначалу казалась всем безнадёжной, сумел заключить контракт с NASA и всё же запустил ракеты, которые поначалу взрывались.

На момент написания статьи Маск — богатейший человек мира с состоянием в 192,3 миллиарда долларов. Его история учит одному: не сдавайтесь. Даже если вам плюнули на ботинки.

Некоторое время я учился в Красноярске, в КГПУ им. В.П. Астафьева — педагогическом вузе, на факультете истории и обществознания. Впервые я заинтересовался программированием еще в середине одиннадцатого класса, но по-настоящему серьезно я начал осваивать его лишь после поступления в университет.

Стимулом к самообразованию стало осознание того, что сулящая мне преподавательская карьера не прельщает меня от слова «совсем». Чтобы вы понимали, это осознание пришло ко мне после первой же недели учебы на истфаке. Я понял, что программировать мне нравится гораздо больше, и что в сфере IT я вижу куда более серьезные перспективы.

Прим. пред.: Это — статья из цикла о том, как наши читатели нашли первую работу в IT. Вы можете написать такую же статью! О том, как поделиться своим опытом, написали здесь.

Как искали первую работу в IT?

Спустя около полутора лет самообразования, незадолго до летней сессии я решил, что называется, «на шару» зарегистрироваться на HeadHunter’е, оформить резюме и попробовать разослать отклики в красноярские компании.

Сказать по правде, я не надеялся на что-то серьезное, поскольку кто возьмет сотрудника без коммерческого опыта, еще и с непрофильного вуза? Но с другой стороны, я ничего бы не потерял от того, что просто разослал отклики на сайте. «Ну, была ни была» — рассудил я, после чего откликнулся на все доступные мне вакансии и стажировки.

К моему удивлению, спустя несколько дней мне стали предлагать разные позиции, в том числе по IT. Среди всех вакансий мне удалось два раза получить приглашение на собеседование, одно из которых я сумел успешно пройти. Собственно, в этот момент началась моя карьера, а обучение в вузе — прекратилось, поскольку оно потеряло всякий смысл.

Как прошло собеседование? Что оказалось сложнее всего?

Как я уже говорил ранее, собеседование прошло успешно, хоть и не без мандража. Мне пришлось приложить немало усилий для того, чтобы убедить руководство компании в том, что из меня вырастет матерый разработчик, заставить увидеть те самые «горящие глаза».

Сложнее всего было осознавать, что я не обладаю какими-то серьезными навыками, опытом, и не было никакого портфолио. А самым прискорбным был тот факт, что я даже на половину не сделал тестовое задание, которое мне высылали по электронной почте до собеседования.

Но на мое счастье, работодатель таки разглядел огонь в глазах, и мне дали шанс. Пусть и с долгим испытательным сроком, с невысокой оплатой, но все же начать карьеру в IT и приобрести столь необходимый коммерческий опыт, технические знания и навыки.

Какая была ваша первая работа и сколько вы получали? Что вам понравилось в ней, а что — нет?

Это красноярская консалтинговая фирма Profit Lab, которая специализируется на сопровождении строительных компаний. После испытательного срока я стал получать зарплату в размере около 18 000 ₽, в последние месяцы работы там я стал получать 21 000 ₽.

Мне нравилось то, что там были в большинстве своем не самые простые, но посильные мне задачи, в которых требовалось уделять много внимания UI / UX. Работы было много, и в силу этого я довольно быстро вырос до уровня Junior, приобрел ценные навыки и стаж, которые впоследствии стали основой для дальнейшего профессионального развития.

К сожалению, как я упоминал выше, специализация компании лежит за пределами IT-сферы. Вероятно, в силу этого руководство этой компании воспринимало IT как второстепенный придаток к бизнесу, и отношение к разработчикам было соответствующим.

В комбинации с отсутствием сильных технических кадров это приводило к негативным последствиям, которые очень больно били по рабочим процессам, заработной плате, и, само собой, взаимоотношениям. В конце-концов, это и побудило меня и всех моих коллег-программистов покинуть эту компанию.

Будь у вас сейчас такая возможность, какой один самый главный совет вы бы дали себе в тот момент?

Делай то, что должен — бери удачу за причинное место, и не вздумай ее отпускать.

До того, как получить оффер в SpaceX, Кайрен целый год подавал отклики на вакансии. Всего он получил 95 отказов и всего три предложения на полный рабочий день.

Мама подростка рассказывает, что Кайрен с самого детства показывал незаурядные способности. В два года он уже говорил полными предложениями, а врачи отмечали, что его интеллектуальный и эмоциональный интеллект зашкаливает.

Двухлетний мальчик учился в египетской школе, когда началась арабская весна. В один из дней он подговорил одноклассников начать марш под лозунгом «Свободный Египет, демократия сейчас».

Тогда врачи пришли к выводу, что уровень IQ Кайрена выше, чем у 99,9% населения Земли. При этом мать ребёнка отметила, что Кайрен отлично социализировался, в отличие от многих детей-вундеркиндов.

В 10 лет Кайран поступил в Лас-Позитас, общественный колледж в Ливерморе, в этом же году он прошел стажировку в Intel Labs в качестве научного сотрудника по исследованию ИИ.

В 11 лет Кайран перешел в Университет Санта-Клары, где стал изучать компьютерные науки и технику. Выпускной мальчика должен состояться 17 июня.

Меня зовут Виктор Яблоков, я руковожу всей В2В-разработкой в Kaspersky и имею на своём счету без малого 100 патентов. В этой статье расскажу о том, какую роль патенты играют в современном IT, какую пользу они приносят айти-специалистам и их компаниям, а также почему подавать патенты через компанию в нашей сфере логичнее, чем быть гением-одиночкой. Все, кто интересуется IT-изобретениями и патентами на них, залетайте под кат!

Рассказывать буду, конечно, основываясь на собственном опыте. В Kaspersky я работаю уже почти 19 лет. С недавнего времени стал руководителем Управления базовых технологий и департамента разработки корпоративных продуктов, а прежде долгое время занимался мобильной разработкой. В какой только роли себя ни пробовал — тестировал, дизайнил интерфейсы, писал тексты, занимался поддержкой продуктов. Вырос до ведущего разработчика и ушёл в менеджмент. Управлял группой, отделом, затем возглавил всё направление Mobile Products Development. И за это время подал через компанию 107 патентных заявок. А самих патентов получил на текущий момент 98.

Буду честен, есть тут один нюанс. Патент действует в рамках отдельного государства. То есть одну и ту же технологию можно запатентовать в России, Европе, Соединённых Штатах, Китае и др. Соответственно, если считать только уникальные заявки, их будет 46. А 98 — это с учётом «дублей» на разных территориях. Но даже такие маленькие детали способны играть огромную роль, и ниже я объясню почему.

Скромное обаяние патентов

Вообще, для тех, кто работает в айти, вполне логично интересоваться патентами. Ведь патенты — результат научной и исследовательской деятельности, которой мы, по сути, занимаемся на работе. Для неё важны технический бэкграунд и склад ума, которыми овладевает подавляющее большинство технических специалистов, пока их готовят в вузах.

Сам я начал заниматься наукой в университете. Учился на мехмате МГУ, занимался фундаментальными исследованиями, защитил кандидатскую. И будучи аспирантом, работал в компании, которая одной из первых в стране занялась мобильной разработкой и думала о привлечении инвестиций (год был 2002 или 2003). А в будущем, возможно, и о продаже. А один из важных плюсов для стартапов в такой ситуации — как раз наличие запатентованных технологий. И компания искала, что бы уникальное запатентовать.

Я оказался одним из сотрудников, которые активно контрибьютили. Мы тогда работали с маломощными телефонами. Экраны крохотные, 60 на 80 пикселей. И вот на таких девайсах мы хотели запускать игры. Использовать для этого классический движок с десктопа невозможно, просто не хватало ресурсов. Требовалось что-то уникальное, векторное, простое, что можно загрузить в память такого телефона.

Так вот, мой первый патент — как раз такой движок для 3D игрушек по типу Wolfenstein. Затем была ещё пара патентов в соавторстве. Так, можно сказать, я и вошёл во вкус.

Гимнастика ума и бизнес-вектор

Это, на мой взгляд, первичная для специалиста польза от работы над патентами. Казалось бы, материальные поощрения можно получить и работая над другими задачами. Но исследования для патентов не только развивают мозг, они добавляют особое удовлетворение от своего достижения. Что не сам с собой думаешь, какой ты молодец, а получаешь подтверждение этому; когда у тебя действительно свежий алгоритм, новая система или метод, которым до тебя никто не пользовался.

Кстати, во многих компаниях с патентами действует палочная система. Мол, хочешь стать экспертом — у тебя должны быть патенты. Причём где-то вообще есть график патентовать хотя бы одну технологию каждые несколько лет. Я считаю, что эта система в корне неправильная, потому что такой подменой понятий причиняется вред и бизнесу, и сотруднику. Руководитель может защитить интеллектуальную собственность и заложить новый вектор развития компании, а он зачем-то неволит и мучит эксперта ради мифических экспертных «лычек»!

Это может не ощущаться, но в работе мы каждый день творим, создаём технические новшества. С одной стороны, эти инновации могут только казаться инновациями, а на самом деле их кто-то до нас уже придумал. С другой, иногда их реально можно превратить в патент. Однако превращение происходит далеко не всегда, потому что у человека зачастую просто нет цели запатентовать что-то своё, новое, «самопридуманное». Зато такая нужда есть у компаний. Им как раз необходимо защищать свою интеллектуальную собственность. Соответственно, компания зачастую даёт толчок, необходимый, чтобы превратить свежую идею в полноценное запатентованное изобретение.

Во-первых, провести всю работу, превратить идею в качественную заявку, а потом в полноценный патент — сложная работа. Чуть позже я распишу её этапы. А пока отмечу, что у нас в Kaspersky этим занимается целое управление по защите интеллектуальной собственности и команда экспертов — на процесс оформления уходит около года. Для одного человека это огромные хлопоты.

Во-вторых, патент получают, чтобы застолбить за собой интеллектуальную собственность. Соответственно, если ты хочешь запатентовать свою технологию, тебе надо будет доказать, что именно ты её придумал. Загвоздка в том, что человеку нужно будет продемонстрировать, что он додумался до технологии сам. Не подсмотрел случайно на работе что-то, что его вдохновило или натолкнуло на похожее решение, а именно придумал всё с нуля от и до. А это редкая ситуация на самом деле. Почему?

Потому что, в-третьих, в айти не патентуют приложения. Патентуют технологии: системы, способы и так далее. Доказать стопроцентное их авторство очень нелегко.

И, наконец, в-четвёртых, зачем же тратить год, патентуя какой-нибудь алгоритм? Очевидно, чтобы потом с ним что-то сделать. И вот тут мы подходим к тому факту, что в одиночку сделать что-то классное с технологией тоже сложно. Нужна команда, деньги, офис, далее по списку.

Тот самый Александр Белл, запатентовав телефон, быстро создал свою компанию. Она сейчас известна под именем AT&T и обеспечивает мобильной связью всю Америку. Успешная компания, бесспорно. Но на каждую такую историю успеха одиночки с патентом, который организовал корпорацию, десятки, если не сотни неудач. Даже конкретно в секторе IT есть лишь считаные случаи яркого успеха.

Вот и выходит, что игра в гения-одиночку просто не стоит свеч. А ещё подача патента через компанию — это гарантия, что твоя идея будет использована в реальных продуктах, а не просто останется на бумажке.

Патент, который смотрел в будущее

Как я уже заметил, в патентной сфере важно думать на несколько шагов вперёд, предугадывать развитие компании и индустрии. 25 лет назад «Лаборатория Касперского» была известна своим антивирусом, и тогда все наши патенты касались антивирусных технологий, антивирусного движка. Но мы выросли, стали секьюрити-вендором в широком смысле, вышли на множество смежных рынков… А этому, в свою очередь, способствовало то, что в R&D-департаменте делали прототипы, технологии, движки для этого будущего роста и патентовали идеи, которые принесли пользу спустя много лет. И я тоже в этом участвовал.

Заявку на мой первый патент в Kaspersky подали в 2010 году. Наша команда делала самый базовый антивирус под мобильники. Это был KAV Mobile для Symbian (есть, кто помнит такую ОС? ?) и Windows Mobile. Естественно, вставал вопрос: куда развивать продукт? Мы пытались понять, что будет с мобильниками через три, пять, десять лет, прикидывали модели угроз будущего. Кто будет атаковать, кого, как, с какой целью?

В те годы уже был спам эсэмэсками. Но телефонные мошенники нынешнего типа, которые звонят жертвам, не были так распространены. Как и мессенджеры, разрешённые и запрещённые: Telegram, WhatsApp, Viber, Teams, Squadus и прочие. И вообще, смартфоны были слабо распространены, а интереса к киберпреступности с мобильниками почти не существовало. Но в целом было ясно, что после нежелательных СМС повалят и звонки. А потом могут появиться и мобильные мессенджеры, и в них тоже появится спам и мошеннические звонки. И тогда мы запатентовали антиспам для мобильников: технологию защиты, основанную на автоматическом сборе и анализе пользовательского фидбэка в реальном времени (Больше деталей можно узнать в патентной публикации US9361605.)

При этом в те годы мы не реализовали её в полном объёме. В продукте остался банальный антиспам с пользовательскими чёрными и белыми списками. Но мы описали технологию достаточно чётко на перспективу, задумали, что в дальнейшем будут экспертная система, облако и так далее.

В итоге примерно пять лет назад на основе этой технологии появился Kaspersky Who Calls. За счёт того, что несколько спецов тогда на ранних этапах спрогнозировали развитие угроз в будущем, запатентовали идею и реализовали минимальный продукт, компания смогла развить и создать крутое решение.

Совершенно уверен, что без того самого патента 2006 года решение не появилось бы. Ведь с того момента на рынок пришли конкуренты, у них были свои идеи, возникал вопрос интеллектуальной собственности и нарушения прав, а патент напрямую помог Kaspersky сохранить технологию.

Как заявка превращается в патент

За минувшие 20 лет — с момента, как я начал подавать заявки на патенты, — этот процесс вообще не поменялся. И, скорее всего, не поменяется в ближайшие десятилетия, потому что едва ли как-то радикально поменяется патентное право. В целом всё зависит только от компании. Помогает ли она сотруднику расширять компетенции или нет (а чем у сотрудника выше компетенции, тем выше у него шанс выдать какую-то новую крутую идею); поощряет ли разрабатывать идеи в рабочее время (ведь, по сути, ты решаешь рабочие задачи, которые стоят перед компанией, но не везде это понимают) и так далее.

У нас в «Лаборатории Касперского» сотрудники обычно мыслят категориями: «Сделал что-то новое? Надо запатентовать!» С нашего внутреннего сайта скачивают заявку на две странички А4 и заполняют. Пишут, что они сделали: описывают саму технологию и известные аналоги, как эту технологию развивать, где применять. Дальше они показывают это своему руководителю. Как правило, это руководитель отдела или направления, у которого уже много опыта работы с патентами. Руководитель оценивает описанную технологию и даёт заключение: перспективно её использовать в продуктах Kaspersky, или нет.

Здесь нет никакой спешки. Что не востребовано компанией в текущем портфеле, то или передаётся в Kaspersky Product Studio, или патентуется с очень низким приоритетом. Или, бывает, не патентуется вовсе. Например, если идея не нова (ведь на рынке работают и другие компании, и на момент рассмотрения заявки уже известны похожие публикации, другие патенты, рецензии, научные статьи и т. д.). Либо инновация не соответствует нашему продуктовому портфелю и в обозримом будущем не будет перспективна. Или если понятно, что в эту сферу компания не пойдёт. А вот если менеджеры и эксперты считают, что технологию можно использовать, что у неё есть перспективы, то она идёт в работу. И попадает в…

Управление по защите интеллектуальной собственности

Управление не только поясняет сотрудникам, как подать заявку на патент, но и рассказывает, какие риски есть при нарушении чужой интеллектуальной собственности. А главное — именно на стороне этой команды проходят самые сложные этапы превращения идеи в патентную заявку, которая затем становится патентом. Потому что мы, создатели, никак не ограничены в написании заявок: описал по шаблону технологию, как ты её видишь, — и всё. А дальше, после апрува от менеджмента и экспертов, происходит встреча с ребятами из управления. И начинается обсуждение. «Что первостепенно? Что опционально?» «Как технологию можно расширить?» «В каких продуктах её применить?»

Я сперва недоумевал, зачем коллегам всё это. Но суть вопросов становится ясна, уже когда подаёшь второй, третий, а то и пятый патент, словом, когда прошёл весь цикл. Потому что затем описание технологии анализируют, раскачивают, челленджат во всех направлениях. Сперва в диалоге с тобой. А потом они всю эту информацию переваривают внутри и выделяют ключевые признаки твоей заявки. После это начинают изучать через Роспатент и другие ресурсы, какие подобные изобретения уже запатентованы. Ищут. Пишут. Запрашивают. Получают большой объём информации — десятки, может быть, сотни публикаций и патентов по ключевым словам и признакам. Как я уже отмечал, если делать это самостоятельно, могут уйти месяцы и даже годы на один патент.

Анализ на чистоту и новизну — ключевой момент, определяющий будущее заявки. Иногда алгоритм уже описан. Тогда тебе приносят выжимку и говорят: «Извини, всё придумано до тебя». Важно понимать, что это не приговор — ты можешь на этом этапе доказать, что описано не то же самое, или уйти от уже существующей формулы к чему-то более оригинальному, чтобы работать дальше. Но бывает, что, не копируя уже запатентованную разработку, нельзя сохранить качество и пользу от продукта — тогда лучше оставить эту идею. Скопируешь чужой алгоритм — дело дойдёт до суда — ты проиграешь (и компания вместе с тобой).

Если анализ успешно пройден, коллеги формируют заявку, затем автор идеи её вычитывает и либо утверждает, либо вносит правки, либо расширяет заявку. Всё.

Кстати, описание — совершенно стандартная часть заявки, которая при первом прочтении немножко пугает — язык там довольно специфичный. Когда я вычитывал первую заявку, хотел половину откомментировать с примечанием: «Что-то непонятное написано». На самом деле абсолютно все патенты написаны по стандартному шаблону. И некоторые части фраз и логика, по которой описывается изобретение, в них повторяются.

Заключение

Гениев, которые в одиночку изобретают колесо, придумывают что-то совершенно новое и уникальное, всегда было крайне мало. Даже тому же Беллу воплотить идею телефона в жизнь помог Томас Ватсон, опытный электрик-проектировщик. А сейчас, в эпоху сверхсложных технологий, представить себе успешного изобретателя-индивидуалиста вообще сложно.

Пожалуй, все патенты в нашей компании, в том числе мои, — результат прежде всего командной работы. Я могу быть автором идеи. Но частичку души в то, чтобы эта идея стала полноценной запатентованной инновацией, вкладывают десятки сотрудников. Их перспективы и знания и превращают заявку в крутой патент. И в «Лаборатории Касперского» есть вакансии для сотрудников, которые готовы присоединиться к нам и воплощать свежие идеи в жизнь, превращая будущее в настоящее патент за патентом (в том числе и в моём департаменте Core Technologies and B2B Development, где прямо сейчас мы ищем C++ разработчиков). Процесс найма у нас максимально упрощён — так что уже через пару дней сможете увидеть, как наши патенты реализованы изнутри ?

А если вдруг вы не до конца уверены в своих силах, то можете сперва проверить свои знания C++ в нашей игре про умный город.

Думаю, подход к патентам, схожий с нашим, используют и другие компании. Но наверняка у каждой есть какие-то особенности. Так что делитесь в комментариях историями о том, чем ваш подход отличается и на что вы делаете особый акцент при разработке заявки на патент. Также интересно будет узнать, какие любопытные и необычные изобретения запатентовали вы — сами или через компанию. И, конечно же, жду от вас вопросов, рад буду ответить.

Реклама АО «Лаборатория Касперского» LjN8KJ51M

Музыкальный старт

Я с детства учился музыке. Сначала была музыкальная школа, потом музыкальное училище при Московской консерватории, а потом и сама консерватория. Пока был в училище, успел отслужить в армии — конечно же, в военном оркестре.

По образованию я артист оркестра и преподаватель игры на валторне. Собственно, я и начал работать в симфоническом оркестре уже на втором курсе консерватории. Проработал там семь лет — до 2021 года.

Я хорошо учился, мне нравилось работать, так что планов менять профессию не было. Но чуть позже появилась проблема: из-за травмы губы я больше не мог играть. Пытался вылечиться, полноценно вернуться в музыку, но ничего не получалось. После полугода таких попыток я понял, что придётся что-то менять.

Как пришёл к программированию

Мой отец работает программистом, и когда я стал думать, что выбрать вместо музыки, его совет был очевиден. В целом, меня всегда тянуло в андроид-разработку — я всё время менял прошивки на своих телефонах и чинил смартфоны друзей. В общем, я начал смотреть курсы: немного на YouTube, чуть больше на Udemy, и пытался применить новые знания на практике.

Первым проектом стало приложение — детская раскраска. Мне хотелось сделать что-то интересное и полезное для обучения. Раскраску я делал три месяца и по итогу залил в Google Play.

А дальше я стал находить заказчиков на фрилансе. Всё изучал самостоятельно: Android, IOS, дизайн, веб, фронтенд. В 2019 году один из таких фрилансов для компании RuCode перетёк в полноценную работу, которую я совмещал с оркестром. К тому времени у меня в портфолио уже было около 20 проектов, из них 10 — опубликованных в магазинах Google Play и AppStore.

Как пришёл в Яндекс Практикум

В RuCode я был единственным Android-разработчиком, и мне не хватало общения с крутыми программистами. Хотелось обмена опытом, и я стал подыскивать курсы. В то же время я всегда любил Яндекс и пользовался его продуктами, поэтому обратил особое внимание на Практикум.

Среди остальных альтернатив я остановился на курсе по алгоритмам. Я бы выбрал курс по мобильной разработке, но его не было, хотя алгоритмы мне тоже оказались нужны — пару раз я заваливал собеседования на вопросах по ним.

Я боялся, что программа Практикума будет базовой, как у многих курсов для новичков: я её легко пройду, а пользы не будет. Оказалось, наоборот. Более того, многие студенты даже не закончили курс,— настолько было сложно.

Могу сказать, что по итогу я усвоил не всё. Поначалу пытался проходить материал от корки до корки, но потом навалились дела, и я старался уже хоть как-то закончить курс. Решил, что через время пройду его заново, если понадобится. В Практикуме курс остаётся в доступе пожизненно, и к нему можно всегда вернуться.

Самым интересным на курсе был процесс получения знаний: ты что-то учишь, потом начинаешь понимать, а затем применять на деле. Например, была одна сложная задача на разность треш-индексов: нужно было найти n-ую минимальную разницу между числами. Наивные решения не подходили, потому что на большом количестве входных данных они не проходили по таймауту. Для правильного решения нужно было использовать рекурсию. Эту задачу я запомню на всю жизнь, потому что решал её неделю. Чтобы найти ответ, пришлось перебрать сотню вариантов.

Ещё на курсе мне понравилось живое общение с преподавателями. Нас собирали небольшими группами и давали задания, максимально приближенные к реальным. Потом на собеседованиях мне попадались похожие задачки.

Самым сложным было совмещать две работы и учёбу. До августа 2021 года я работал в оркестре и приходил домой примерно в три часа дня. Потом до трёх ночи я работал для RuCode, затем пять часов спал, и на следующий день — по новой. Это продолжалось два–три года, а в последний год надо было ещё успевать находить время на Практикум.

Поиск работы

Когда я только шёл на курс, у меня была мысль: а вдруг я смогу попасть в Яндекс? Я выбрал Практикум не ради этого, конечно, но саму мысль отогнать было сложно. Поэтому я попробовал отправить отклик на одну из вакансий. Мы тогда как раз прошли программу по трудоустройству, составили резюме, натренировались на тестовых собеседованиях.

Из Яндекса ответили приглашением на интервью. Сначала было собеседование с HR-специалистом , потом два технических и, наконец, оффер на позицию мобильного разработчика.

К собеседованиям я готовился основательно — кстати, у Яндекса есть страничка для подготовки соискателей. Там были примеры непростых задач, которые могут попадаться на собеседованиях — их я и решал. У меня уходил целый день на пару задач, и я морально готовился к очень сложному собеседованию. Но в реальности всё оказалось чуть проще, хотя, конечно, были и вопросы, на которые я не ответил или мог бы ответить лучше.

Стоит сказать, что за то лето я прошёл где-то десять собеседований, и меня были готовы брать на работу в несколько мест: Сбербанк, ВТБ, Андерсен. Но самое главное: я смог решить все задачи по алгоритмам на собеседованиях! Самая сложная из них была как раз на собеседовании в Яндекс: пришлось не только полагаться на свои знания, но и импровизировать.

Мобильная разработка в Яндексе

Я работаю в Авто.ру с августа. Я всегда любил машины и пользовался этим приложением, но даже не думал, что когда-нибудь буду к нему причастен. В Яндексе работают очень сильные программисты, и благодаря этому я постоянно расту: задаю вопросы, узнаю новую информацию.

Сначала я выполнял мелкие задачи по UI-частям приложения. Я занимался онбордингом — специальными экранами для знакомства новых пользователей с приложением, а именно делал сложные и красивые анимации. Сейчас на моих плечах больше ответственности. За мной закреплено направление c2b Android — сюда входит то, что касается продаж машин от клиентов дилерам. В данный момент это выкуп: перед тем как разместить объявление, пользователю предлагают поучаствовать в выкупе от дилеров. Я занимаюсь внедрением этой функции в приложении для Андроида.

Если бы меня спросили, как попасть на работу в Яндекс, я бы предложил взять курс в Практикуме. Существует также Школа мобильной разработки Яндекса, там хорошо готовят мобильных разработчиков, и многие мои коллеги как раз оттуда. При этом надо постоянно заниматься самообразованием и изучать что-то новое. В моём случае мобильную разработку я изучал самостоятельно, но Практикум дал уверенность, подтянув мои знания по алгоритмам.

Когда я устроился в Яндекс, то окончательно уволился из оркестра и пока не знаю, когда вернусь в музыку. Но творческий бэкграунд помогает мне в дизайне: могу понять, где красиво, а где — не очень. И, конечно, мой долгий путь в музыке натренировал мою усидчивость и усердность, а это важно и в программировании.

Мне нравится моя работа. Особенно тот факт, что можно сидеть дома, делать приложение, которым люди реально пользуются, и зарабатывать деньги. Это необычное чувство. Сейчас я хочу по максимуму обучиться в Авто.ру, понять проект и вырасти до синьора. Работа в Яндексе — это огромное количество перспектив.

В 2017 году мне казалось, что всё плохо, будущее неизвестно и надо начинать всё с нуля. Теперь я вижу, как всё сложилось достаточно хорошо. И если бы не было тех моих проблем, возможно, я бы не занялся программированием. Так что всё было не зря.

Тем, кто, как и я в 2017-м, хочет поменять профессию, я советую не бояться. Главное — грызть гранит знаний и стараться правильно использовать время: его у вас объективно меньше, чем у тех, кто начал программировать в раннем возрасте. И если кажется, что ничего не получается, не спешите сдаваться — попробуйте приложить ещё чуть-чуть усилий. Следующий шаг может оказаться трамплином.

Через три года вместе со своей семьёй я переехал в Испанию по программе студенческой резиденции. Здесь изучал язык и работал администратором в бизнес-школе, а потом стал гидом по Каталонии. Этот период длился с 2017 по 2020 год.

Начался ковид, и я понял, что работа гида нескоро будет так же востребована. Стал искать другие варианты: изучал Форекс, потом SMM, попробовал Python на бесплатных курсах — хватался за всё подряд. В итоге к лету 2020-го понял, что тестирование мне подходит больше всего: прежде всего тут были технические аспекты, которых мне не хватало в работе гида. И мне могли пригодиться навыки «жизненного» тестирования: предугадывание потребностей и испытание гипотез на себе.

Обучение на ручного тестировщика

Я стал искать общую информацию по тестированию. Я не смотрел какие-то подробные видео и не проходил бесплатные курсы — хотелось получить всё сразу и системно. Знакомые порекомендовали курс от Практикума — и я остановился на нём, потому что у меня Яндекс был на слуху.

В итоге с июня 2020 года я четыре месяца учился на курсе «Инженер по тестированию». Не скажу, что мне было сложно: помогали тренажёры, приближенные к практике.

Самым трудным было начать первый проект, когда получаешь задание, но у тебя нет какой-то базы и опоры, как в упражнениях. Ты вроде бы владеешь всеми знаниями, а как приступить к работе, не понимаешь. Но когда наконец приступаешь, всё становится понятно.

На курс я пошёл с конкретной целью: сразу после него выйти на работу. И обучение с этой задачей справилось: когда я сдал диплом, у меня сложилось общее представление о профессии, сформировались нужные навыки, а главное — я мог понимать, чего от меня хочет работодатель и о чём говорят коллеги. Это именно то, что мне было нужно.

Кстати, я не отказался от мысли, что, может быть, в будущем, когда всё уляжется, снова буду работать гидом. Но уже не постоянно, а на выходных — больше для души и перезагрузки.

Первая работа в тестировании

На курсе «Инженер по тестированию» была программа по трудоустройству. Ещё до окончания учёбы там было несколько вариантов компаний, готовых брать студентов. Я прошёл несколько собеседований и остановился на Teachbase — платформе для организации онлайн-обучения. Правда, я устроился не совсем на тестировщика, а в техподдержку с функциями тестирования.

Почему выбрал именно их? Меня очень заинтересовала идея проекта, хотелось работать поближе к сфере образования, к тому же произошёл мэтч: понравились сотрудники, которые проводили интервью, общая схема работы и ценности компании.

В итоге ещё до окончания курса я начал работать. Особенно интересно было консультировать корпоративных клиентов — компании, которые приходили организовывать на нашей платформе обучение. Моя работа там как раз выпала на подъём онлайн-образования, так что у нас добавлялось много функций и появлялось больше клиентов.

Примерно через полгода после окончания обучения в Практикуме я перевёлся в Teachbase в команду тестировщиков. Опыт работы в техподдержке мне сильно помог: я уже знал проект со стороны клиентов и разработчиков. Я спокойно адаптировался к новым задачам и приступил к работе: сначала я тестировал продукт Teachbase, а потом — дочерние проекты компании.

Попытка изучения React

Я не хотел ограничиваться навыками тестировщика, поэтому, когда уже освоился в профессии, решил пойти в IT дальше. Параллельно изучал фронтенд — читал про HTML, CSS и Javascript, вроде в чём-то разобрался. Так я решил изучить React. Практикум как раз запускал бета-версию курса-интенсива по этой библиотеке.

Я заинтересовался, прошёл входное тестирование и попал на курс. Но через некоторое время понял, что на данный момент для меня это слишком сложно — начал выполнять задания и осознал, что тут ничего не выйдет без более глубокого понимания разработки.

У других студентов будто бы уже были какие-то схемы и методы для других языков, и им просто объясняли, как сделать то же самое на React. Мне не хватило базы, так что я принял поражение. А на полноценный курс по разработке с нуля пойти не было возможности.

Возвращение к тестированию и обучение на автоматизатора

С программированием не сложилось, так что я решил перейти в среднюю область — автоматическое тестирование. Пошёл по уже привычному пути — в Практикум на курс «Автоматизатор тестирования на Java». Небольшая проблема была в том, что Java я не знал вообще.

В Python или Javascript я немного разбирался, а тут был тёмный лес. Язык оказался интересный, но сложный. Он строго типизированный: например, если ты сделал переменную строкой, так просто это не изменить. И в принципе в нём действуют более сложные правила, когда из-за малейшей ошибки код не работает. А ещё тяжелее синтаксис: в том же Python ты как будто пишешь по-английски, а в Java это не так.

Учиться было непросто. Я работал в Teachbase, брал подработки, проводил время с детьми и параллельно учился. Всё шло по кругу: днём основная работа, вечером дополнительная работа и учёба, плюс забирал младшую дочку из школы и водил на секции. Жил в таком режиме с сентября по ноябрь, но потом отказался от дополнительной работы, и стало чуть проще.

Ещё до окончания обучения я стал искать работу тестировщиком в Барселоне — хотелось работать в международной компании и хотя бы время от времени видеться с коллегами. В итоге нашёл работу через знакомых и с января 2022 года тружусь на российско-швейцарскую компанию с офисом разработки в Барселоне.

Обучение на автоматизатора я закончил и сейчас укладываю в голове полученные знания. На моей текущей работе мы пока только начинаем внедрять автоматизацию UI. Начинать будем с Cypress Javascript, но общие принципы автоматизации аналогичны Java.

Напоследок: советы тестировщикам

Начинайте с ручного тестирования. Можно освоить алгоритмы автоматического тестирования и с нуля, но вы не будете понимать, что тестировать. Вам буквально понадобится обычный ручной тестировщик с опытом, который стоит рядом и направляет вас. Только изучив ручное тестирование, вы поймёте все процессы и сможете их грамотно автоматизировать.

Лучше всего сначала поработать ручным тестировщиком, а потом расти до автоматизатора в рамках одной и той же компании. Так вы будете уже знакомы с архитектурой приложения и сможете проще влиться в работу.

Приходите на курсы, чтобы понять принципы работы в команде. Освоить навыки ручного тестирования можно и самому — в интернете море информации. Но для тестировщика особенно важно понимать, как работать в команде, как устроены проекты и как именно идёт работа. На хороших курсах как раз происходит такое обучающее погружение в проект.

Есть ещё вариант со стажировкой. Можно бесплатно освоить технические навыки тестирования, а потом стажироваться и научиться работать в команде. После этого уже можно устраиваться на настоящую работу.

Автотестирование возможно изучить самому, но с курсами это сделать проще. Если вы уже знаете процессы как ручной тестировщик, то освоить инструменты для автотестирования можно и самостоятельно. Я пошёл на курс потому, что мне были важны строгие дедлайны и системность. Также хотелось получить больше знаний по архитектуре приложений и видам автотестирования.

Параллельно с обучением автотестированию прочтите хотя бы одну книгу по программированию. Хотя бы «Java для чайников», чтобы лучше понимать, что вообще происходит. Ещё советую книгу «Чистый код» — читать её тяжело, но можно хотя бы просто ознакомиться. Там написано много полезного об именовании переменных, удалении лишнего кода и прочих вещах. В Практикуме это объясняли, но параллельно подкрепить знания книгой было полезно.

Учите английский. Почти все полезные материалы по тестированию написаны на английском. Кроме того англоговорящие люди имеют больше шансов заинтересовать работодателей.

Не становитесь тестировщиком, если вам это не нравится. Были моменты, когда хотелось всё бросить — настолько было сложно. И только страсть к тестированию и обучению давала мне мотивацию двигаться дальше.

Учёба: первые шаги человека, который ничего не знал о программировании

Меня с детства интересовали компьютеры и техника, но сначала я не втянулся в программирование. В пятом классе мы изучали Turbo Pascal, и тогда это показалось мне скучным. Куда больше нравилась звукорежиссура: на всех школьных концертах и мероприятиях я сидел за микшерным пультом, помогал со звуком и светом.

После школы я даже получил техническое образование по специальности «слесарь механо-сборочных работ», но потом понял, что не хочу развиваться в этом направлении, и пошел учиться на педагога.

После обучения я работал в разных местах, но в конце концов устроился в школу педагогом-организатором — это такой человек, который помогает с организацией концертов и воспитательной работой в школе. Через некоторое время я понял, что педагогика не увлекла меня окончательно и бесповоротно — это всё ещё была не та работа, на которую я бы с радостью вставал каждое утро.

Я работал в школе с 9 до 16 часов, а после приходил домой усталый, и сил на полноценное обучение чему-то новому особо не было. К тому же я не знал, что именно изучать, и где-то полгода ходил и думал над этим. Читал статьи про разработку и айти, но почти ничего не понимал.

Программирование меня заинтриговало: создавать сложные цифровые продукты, которыми пользуются тысячи людей, делать так, чтобы приложения и сайты работали. Но тогда всё это казалось мне какой-то магией, я даже не знал, как к ней подступиться.

Однажды я просто взял и набрал в поисковике «как стать программистом». Так я наткнулся на онлайн-курсы «Яндекс.Практикума».

До этого я не рассматривал программирование всерьёз, ведь думал, что для этого нужно быть мегамозгом, гениальным и вообще иметь высшее техническое образование. А ещё считал, что никто не возьмёт меня без опыта. Но я прочитал отзывы выпускников и увидел, что после 7–10-месячного курса многие находили реальную работу в айти-индустрии.

Тогда я заинтересовался и решил попробовать.

Но оставалась одна проблема — я всё ещё работал в школе. Я проводил в ней почти весь день и не был уверен, хватило бы у меня сил на учёбу. В «Практикуме» говорили, что на обучение надо выделить около 20 часов в неделю (спойлер — в итоге мне потребовалось чуть больше 30), но и это было для меня слишком большой нагрузкой.

И тут «на помощь» пришла пандемия. Сначала я заболел ковидом и оказался заперт дома на два месяца. Ничто не отвлекало меня от учёбы, и я смог начать заниматься. Через два месяца я вышел на работу, но из-за пандемии в школе отменили массовые мероприятия, так что загрузка была небольшая, и я смог продолжить полноценно учиться.

Как я учился на разработчика и написал свой Инстаграм

Я прошёл в «Практикуме» 10-месячный онлайн-курс для фронтенд-разработчиков. Он начинался с бесплатного 20-часового вводного курса по основам HTML, CSS, JavaScript. Потом шесть недель более расширенно изучали HTML и CSS — в том числе сложные сетки и адаптивную вёрстку.

Программа курса базовая, но обширная и довольно сложная. Сначала мне было легко, но на пятый месяц, когда мы дошли до JavaScript, пришлось попотеть. На JavaScript ушло аж 12 недель, затем столько же — на React и основы бэкенд-разработки. И пять недель на дипломный проект —  сделать Кинопоиск на минималках (фронт + бэк).

Всё это время я каждый день занимался по видеоурокам и разрабатывал в тренажёре учебные проекты. Например, одним из заданий было создать мобильное приложение, по функциональности схожее с Инстаграмом. Нехилая задачка для новичков, не правда ли?

Сначала я просто копировал код из тренажёра, пытался разобраться, для чего нужны все эти функции и кнопки, но не очень понимал, как сделать что-либо самому. Только во время работы над дипломным проектом ко мне постепенно пришло осознание того, что я могу сам написать любую нужную функцию, появилась свобода мышления.

Диплом я сдал одним из первых, и меня пригласили в программу трудоустройства выпускников «Практикума». Там мне помогли составить резюме, рассказали, что нужно говорить работодателям на собеседованиях, дали доступ к чату с партнёрскими вакансиями. Там я нашёл проект на фриланс и два месяца занимался им, параллельно продолжая учиться.

Я был замотивирован своими успехами, втянулся в разработку и захотел изучить её со всех сторон — не только фронтенд, но и бэкенд — и работать fullstack. В «Практикуме» мы проходили основы бэкенда и писали его на JavaScript, но там преподавали базовые знания, а мне было важно копнуть глубже. Так что в свободное от работы время я обучался более сложным темам самостоятельно по курсам Udemy.

Занимаясь фрилансом и изучая бэкенд, я продолжал почитывать партнёрский чат «Практикума» и искать работу на полный день. За два месяца я получил три оффера и в итоге остановился на Почтатехе и его буткемпе — программе стажировок для начинающих разработчиков.

Буткемп Почтатеха: целая команда стажёров, и все (почти) — без диплома программиста

Буткемп — модное название обычной стажировки: работаешь три месяца, и, если всем всё нравится, тебя берут в штат. Я попал в Почтатех вместе с другими стажёрами — их туда набирают не постоянно, а раз в сезон.

У всех, кроме одного, не было диплома программиста и высшего образования в сфере айти. Все мои коллеги по стажировке — педагоги, юристы, банкиры и управленцы, которые решили сменить специальность и прошли базовое обучение по разработке.

Это были ребята разного возраста — например, 50-летний бэкендер Геннадий, который до этого никогда не работал в айти и, как и я, просто прошёл курс. Он пробовал множество профессий, изучал несколько языков — в том числе японский — и в итоге пришёл в разработку.

Нас поделили по направлениям — фронтенд, бэкенд, тестирование и дизайн. Не хватало только аналитика. Я выбрал роль фронтендера. У каждого направления был свой наставник — тимлид из Почтатеха. Моего звали Александр Малышев — привет тебе, Саша, если читаешь это!

Сначала мы познакомились с наставниками и нашим agile-коучем Антоном. Потом распорядок дня был такой: в 11 утра — ежедневная летучка, на которой мы обсуждали свои планы. Затем садились писать код. Его ревьюил Саша Малышев, он же отвечал на все мои вопросы, которые возникали по ходу дела. Позже к нему присоединился senior-разработчик по имени Сергей Ведьмак ?

Во время стажировки я разрабатывал интерфейс для HR-портала Почтатеха. Кроме того, мы много учились. Каждую неделю нам устраивали воркшопы по scrum — о том, что такое PBR, как проводить ретроспективы и так далее. У нас в команде не было scrum-мастера, и Антон спросил, кто хочет временно взять на себя эту роль.

Я выдвинул свою кандидатуру и все три месяца, пока продолжался буткемп, отвечал за scrum. Проводил ретроспективы, вместе с Антоном придумывал, как ускорить разработку нашей команды, наладить коммуникацию между фронтендом и бэкендом.

Было весело, потому что я ежедневно видел плоды своих трудов, понимал, что создаю реальный работающий продукт. Это невероятно мотивирует. Поэтому, когда стажировка закончилась и мне предложили продолжить карьеру в Почтатехе, я без сомнений согласился.

Работа в Почтатехе

Сейчас я разрабатываю UI для сервиса курьер-хаб Почты России.

Если конкретнее, я работаю в команде по  автоматизации курьерского сбора и доставки посылок. Это те вещи, которые напрямую влияют на то, насколько комфортно и приятно клиентам будет пользоваться услугами Почты.

Например, одна из наших  задач — уменьшить временной период доставки отправлений и сделать так, чтобы люди могли выбирать удобные короткие интервалы. Не просто «с 16 до 20 часов», а конкретное время — например, 17:30. Очень греет душу мысль, что благодаря нашей работе кому-то станет проще жить и не придётся ждать курьера, отменяя все свои планы.

Изначально я выбрал Почтатех, потому что там предлагали лучшие условия по графику работы, зарплате, предоставляемой технике. С тех пор ничего не изменилось — я всё так же полностью удовлетворён всем этим.

Конечно, не всё идеально — например, я бы хотел, чтобы в наш соцпакет добавили курсы английского. Но всё это мелочи, ведь глобально я вижу, что могу здесь расти. Вместе с магистром фронтенд-гильдии (Сашей) мы разработали мой индивидуальный план развития — то, что мне надо сделать, чтобы стать крутым разработчиком. Да, придётся потрудиться, прокачать свои скиллы, пройти ещё пару курсов, но оно того стоит.

А самое главное — я нашёл себя и до мурашек кайфую от нынешних задач. И в первую очередь меня привлекает не уровень зарплаты (который выше учительского, конечно) или возможность работать удалённо, а то, что я занимаюсь любимым делом.

Что бы я посоветовал тем, кто хочет стать разработчиком и «вкатиться» в айти без опыта

1. Выбирайте язык программирования, который востребован в айти-индустрии. Сейчас самые популярные — Java, JavaScript, Python, Go.
2. Пройдите обучение. Это можно сделать самостоятельно, но лучше выбрать онлайн-школу, ведь если у вас нет наставника, не всегда понятно, усвоили ли вы материал. А на курсах рядом всегда есть человек, который проверит, правильно ли вы написали код. Кроме того, почти все онлайн-курсы предлагают для своих выпускников возможности по трудоустройству. Изначально я относился к этим обещаниям скептически, но в итоге почти все, кто со мной учился, нашли работу в айти.
3. Ищите стажировки и буткемпы — например, они регулярно проходят в Почтатехе, Яндексе, Сбере и других крупных компаниях.
4. Используйте все возможности для того, чтобы заниматься реальными проектами. Создавайте приложения и сайты на курсах, стажировках, просто с друзьями, ищите задачи на фриланс. Всё это в итоге пойдёт в портфолио.
5. Если что-то не понимаете, пытайтесь сами искать информацию. Когда у меня ступор, я ищу на YouTube видео других программистов на нужную тему или гуглю ошибку. Обычно это помогает, ведь тысячи людей по всему миру работают над тем же, что и вы. Также можно зайти на сайт Stack Overflow — им для решения проблем пользуются все разработчики.
6. Наконец, главное — усердно работайте, и у вас всё получится. Если пройти курс и заниматься полгода-год, найти работу в айти вполне реально. Но это должно быть вам действительно интересно, иначе просто не будет мотивации продолжать. А если она есть, то, как показала практика, переобучиться на разработчика никогда не поздно — даже в 50 лет ?

Удачи!

Почему я решила сменить профессию

По образованию я инженер безопасности дорожного движения. После университета два года работала по специальности: проектировала дороги, парковки, светофоры. Потом мужа пригласили работать в Швецию, и мы переехали.

Я очень люблю свою профессию и хотела продолжить работать по ней в Швеции. Но когда началась пандемия, муж предложил мне освоить программирование, которым занимается сам. Вообще оно всегда меня привлекало, просто я не относилась к этим мыслям серьёзно, а тут решила попробовать.

Нужно было выбрать: фронтенд или бэкенд. Фронтенд казался мне более творческим направлением, а мне не очень хорошо даётся визуализация. Зато просчитывать и искать логику — это моё. Я чистый инженер, поэтому выбрала бэкенд.

Как я училась и какие были сложности с Java

Я решила начать с Java, поскольку это один из самых популярных языков: на нём часто строится бэкенд и многие приложения. Подумала, что если разберусь, как работает объектно-ориентированное программирование в Java, то изучить дальше С#, Kotlin или Python не составит труда.

Я посмотрела разные онлайн-школы, а муж как опытный программист помог с окончательным выбором. Он оценил содержание курсов и выбрал тот, который охватывал все актуальные подходы и фреймворки и давал, по его мнению, только нужные для начинающего разработчика навыки. Среди них были Spring Framework и Spring Boot, обучение работе в средах разработки, таких как IntelliJ IDEA, работа с базами данных в целом и в конкретных программах, например в PostgreSQL.

Сейчас я понимаю, насколько важен баланс между обучением конкретным фреймворкам и азам программирования. Нужно не только уметь пользоваться инструментами, которые позволяют компилировать короткий код, но и знать из чего он состоит. Поэтому, с одной стороны, нужно уметь пользоваться популярными программами, ведь нужно с чего-то начинать. А с другой — понимать суть подходов, потому что инструменты для работы постоянно меняются.

Процесс обучения в онлайне я воспринимаю как стопроцентное самообразование. Платформа даёт чёткий план и учебные материалы. — это 20%. Остальные 80% зависят от меня.

В начале было сложно. Объектно-ориентированное программирование, на котором строится Java,  давалось мне с трудом. Было сложно научиться мыслить объектами и классами и понять, как это работает. Например, было задание по организации работы библиотеки, где посетитель может брать и возвращать книги. В ней были классы «посетитель» и «книга». Я упортно пыталась задать классу «посетитель» переменную «взял книгу» и долго не могла осознать, что переменная не может принадлежать обоим классам.

Поэтому я долго сидела над заданиями: чертила схемы взаимодействий на листке бумаги, смотрела примеры решений и пробовала снова и снова. Просто, чтобы осмыслить совершенно новую информацию, требуется время. Когда она не укладывается в голове, нужно переключиться на другие задания или дела, а потом вернуться и попробовать снова.

Только постоянная практика на аналогичных заданиях, помогают постепенно нарабатывать опыт и понимание. У меня на это ушло 3–4 месяца. А чтобы быть уверенной, что я всё поняла, я вернулась в начало курса, пересмотрела все материалы, ещё раз их законспектировала и только потом продолжила. А уже когда разбираешься в основах, стало проще: знания нарастают как снежный ком, и это затягивает.

Первый опыт работы

В конце обучения студентам моего курса предложили поработать в благотворительном проекте. Нужно было делать веб- и мобильное приложение для Первого московского хосписа, которое бы помогло систематизировать работу с документами и упростить передачу информации между сотрудниками и волонтёрами. К разработке привлекали опытных IT-специалистов, преподавателей и студентов Нетологии. Идея мне очень понравилась, и я согласилась, не раздумывая. Тем более, это была отличная возможность попрактиковаться и получить опыт в реальном проекте.

Вдвоём с ещё одним студентом мы работали над backend-частью. Реализовывали функциональность приложения: хранение, передачу и изменение информации в базе данных. Ещё в нашей команде были наставники. Они курировали работу и предлагали архитектурные решения, а мы уже реализовывали их с технической точки зрения.

Моей задачей было дать пользователю возможность получить информацию через поиск новостей. Чтобы, когда он кликает на кнопку «получить новости», на бэкенд шёл соответствующий запрос и приложение выдавало нужную информацию. Здесь очень пригодилось умение использовать PostgreSQL и вообще всё, что я изучала по базам данных. Я уже умела пользоваться системой и понимала, как в ней будут передаваться и храниться данные по заданным мной классам. Это очень облегчило работу.

Конечно, невозможно заранее освоить все инструменты. Приходится постоянно осваивать что-то новое. Для этого достаточно обратиться к официальной документации. Правда, она не всегда бывает переведена и к тому же часто оказывается чересчур сложной. Я в таких случаях ищу короткие видео-объяснения на YouTube, не длиннее 15-минут. Это даёт общее понимание, и дальше становится проще разбираться.

Ещё одной из задач в проекте было прописать проверку авторизации пользователя — так, чтобы данные мог получить только зарегистрированный в системе персонал. С механикой я уже была знакома по дипломному проекту. В нём я писала backend-часть для облачного хранилища, и у меня была похожая задача — проверять при введении логина и пароля, существует ли такой пользователь. Вот как это было реализовано:

После школы я поступил в Пермский национальный исследовательский политехнический университет (тогда — Пермский государственный технический университет) на очное отделение математического моделирования систем и процессов. Потом перевёлся на дистанционное (это в середине нулевых появились зачатки онлайн-обучения) и сменил специальность на «Сети, связи и системы коммутации».

На четвёртом курсе ушел из университета: тогда я уже начал работать, и было проблематично совмещать это с учёбой, да и специальность была совсем другой. В общем, решил, что мне не нужно высшее образование, и сконцентрировался на работе.

Тогда я работал в милиции участковым (официально — помощником, но с первого рабочего дня — и. о. участкового): составлял административные протоколы, собирал материалы для уголовных дел, ловил злодеев и разбирался с домашними дебоширами.

На несколько месяцев переходил в службу по борьбе с незаконным оборотом наркотиков и поставил своего рода личный рекорд: семь выбитых дверей за вечер — ловили наркопотребителей и их дилеров. Это была интересная работа, но я никогда не знал, каким будет день и когда он закончится. В итоге я проработал в милиции чуть больше трёх лет.

Потом я стал заниматься туризмом: с нуля создал пару турагентств, объездил много стран. Перед тем как поехать в самостоятельный отпуск, я успел шесть раз «отдохнуть» в инфотурах по работе. Но в 2013 году бизнес пришлось закрыть из-за роста курса валют и моей недальновидности. Я хотел расшириться, но неправильно рассчитал средства и возможности. Из-за скачков курса мне приходилось доплачивать за путёвки клиентов из своего кармана, поэтому от туризма пришлось отказаться.

И тогда началась журналистика. Вообще, первые заметки я публиковал ещё в 2006 году, когда учился в вузе, в журнале «Выбирай». Вернулся к этой профессии спустя семь лет — в 2013-м пошёл на местный телеканал «Ветта» и проработал там до марта 2019 года. А после телевидения стал собственным корреспондентом информагентства Ura.ru в Пермском крае.

Я очень люблю журналистику, но решил с ней завязать, потому что на неё уходит слишком много времени. Рабочий день — с 9:30, а то и раньше, а заканчивается всегда по-разному. Мне хочется уделять время семье, и я понимаю, что работа в рамках спринтов мне импонирует больше. Как журналист я не могу сделать всю работу с утра и вторую половину дня посвятить саморазвитию, не могу распланировать своё время — новости не заканчиваются по сигналу.

О каждой из профессий я думаю с теплотой и небольшой ностальгией, но при этом точно не жалею о своих решениях. Некоторые эпизоды из работы милиционером вспоминаются с улыбкой — можно потравить байки, детям рассказать. Но если бы я тогда не решил уйти, у меня не было бы того, что есть сейчас. Я бы не попал в туризм, не объездил бы столько стран. А если бы не ушёл из туризма, не попал бы в журналистику, у меня не появилось бы столько новых контактов.

Сейчас — очередной переломный момент. Это не просто какая-то новая страница, а целый разворот. Но бояться не стоит: новое — это всегда интересно.

Почему выбрал разработку

Я с детства любил программировать. Интерес пришёл в 2001 году, когда впервые познакомился с компьютером — это был девятый класс в лицее. Уже через полгода участвовал в олимпиадах, а в 11-м классе сдавал экзамен по информатике, и там была разработка веб-сайта на HTML.

Примерно тогда же я создал первую компьютерную сеть в микрорайоне, подключив несколько соседних домов. Тогда интернет был по карточкам, и такая сеть стала реальным спасением. А я выступил в роли такого мини-провайдера, подтянул выделенную линию, ADSL-канал и раздавал интернет. Это были 2003–2005 годы — никаких онлайн-курсов, всё делал по книжкам и самоучителям.

Первый коммерческий сайт я сделал в 2006 году и получил за него 1000 долларов — для этого выучил PHP и MySQL. С тех пор периодически делал сайты на WordPress.

В прошлом году, когда всех перевели на удалёнку, я понял, что мир меняется, и мне тоже надо что-то менять. Решил восстановить и усовершенствовать свои навыки программирования. В июле 2020-го я стал искать курсы, но мне ничего не нравилось. В октябре натолкнулся на Практикум и прошёл бесплатный курс — вводное занятие по Python. Мне понравился язык, и я начал его активно учить.

Учёба в Практикуме

Я учусь сразу на двух факультетах: по бэкенду, где изучаю Python, и по фронтенду, где изучаю HTML, JavaScript и React.

В ноябре у Яндекса была акция Black Friday, и мне досталась скидка — не отказываться же от неё. Я сразу взял курс по веб-разработке, тем более, мне это было интересно. К этому времени я уже месяц занимался на курсе по Python, жаль, что скидку нельзя было распространить и на него.

Я совершенно не жалею, что выбрал оба курса. Времени хватало — знания прошлых лет помогали, а логика сохраняется из языка в язык. Я понял, что те знания, которыми я пользовался 10–15 лет назад, — как кнопочный телефон. Здорово, что я умею им пользоваться, но в современном мире у всех давно смартфоны. Я был приятно удивлён, когда увидел, насколько крутые возможности у фронтенда и до какой степени всё изменилось.

Самым сложным для меня стал этап тестирования — было слишком много информации, поэтому я с трудом понимал, как работает система. Правда, через пару месяцев я пришёл к младшей когорте помогать с юнит-тестами, и мне это очень помогло. В Яндекс.Практикуме «старшие» могут помогать «младшим» во время сложных спринтов. И в итоге я больше помог себе, пересматривал свой код и даже переписывал то, что было уже принято.

Больше всего понравилось проходить часть по DevOps — автоматическое развёртывание на сервере. Это когда ты пишешь код у себя в среде разработки, прописываешь алгоритм, как он должен работать, потом нажимаешь кнопку, и всё это подгружается на GitHub, потом на DockerHub и так далее. Код проверяется и исполняется — смотришь на это и чувствуешь себя волшебником.

Учебу я ещё не закончил — мне пришлось отложить диплом по Python из-за появившейся возможности устроиться на работу. Мне предложили участие в интенсиве перед трудоустройством, и я, конечно, согласился. Фронтенд тоже пока в процессе — я прошёл два этапа из пяти. Надеюсь, что в ближайшее время закончу оба курса и буду дипломированным специалистом.

Помимо этих двух курсов я ещё учусь в вузе — решил, что всё-таки мне нужно высшее образование, просто для себя. Сейчас я на третьем курсе в РАНХиГС на специальности «Государственное муниципальное управление».

Секретов, как всё успевать, у меня нет — просто старался. Иногда даже ссорился с женой, но в апреле убедил её тоже пойти в Практикум. Сейчас она учится на дизайнера интерфейсов, так что теперь не только я ночами сижу за компьютером.

Как искал работу

Весной в Практикуме стартовал карьерный трек. Я составил резюме и начал откликаться на вакансии, чтобы наработать опыт собеседований — тестовые задания старался не выполнять, потому что посчитал их тратой времени. У меня было два курса параллельно, работа — если ещё делать тестовые, то пришлось бы чем-то жертвовать. А на собеседованиях можно было просто проверить свой текущий уровень знаний.

В какой-то момент я даже получил два оффера, но отказался из-за маленькой зарплаты — предлагали 40 и 60 тысяч. Конечно, я готов был отступить от текущего уровня доходов на 15–20% с условием, что всё наверстаю через полгода, но демпинговать было нельзя: семья, ребёнок, ипотека.

И тут в карьерном чате скинули вакансию в «Барс-групп». Я отправил им резюме, прошёл техническое собеседование, и они предложили поучаствовать в их двухнедельном интенсиве. Я, конечно, согласился, и это было хорошей встряской — приходилось каждый день по четыре–пять часов после работы выполнять задания.

В Практикуме дедлайны были каждые две недели, а тут — каждый день. И то, что на курсах мы проходили год, здесь сжалось до 14 дней. Что-то приходилось экстренно вспоминать, что-то — узнавать с нуля. Но было интересно смотреть на происходящее с практической точки зрения: узнаёшь о технологии и сразу её используешь. Через два дня после интенсива я получил оффер.

Итого поиск работы занял три месяца. На работу вышел в конце сентября, а уже в ближайшие дни меня подключат к корпоративной системе и начнутся вводные лекции, чтобы я мог погружаться в экосистему компании. Пока даже не знаю, с чем предстоит работать, но точно надо будет многому научиться.

Совет тем, кто ищет работу и ходит по собеседованиям: не пытайтесь казаться теми, кем вы не являетесь. Если что-то не знаете, так и говорите: врать на собеседовании — глупо. Работодателю важно понять вашу логику мышления, чтобы принять для себя решение, подходите вы или нет.

Если чувствуете, что вам не хватает каких-то глубинных знаний, лучше устроиться в крупную компанию. Чем крупнее компания, тем лояльнее относятся к начинающим разработчикам. Они готовы к тому, что молодых специалистов надо выращивать и инвестировать в них. Стартапы же ждут, что к ним придёт тот, кто тут же примется писать хороший код. Для них джун может быть обузой.

Планы на будущее

Мне сложно говорить, что будет в будущем, — возможно, что через пять лет я снова сменю профессию. Но пока у меня есть финансовая цель: выйти на зарплату в 5000 долларов. Это вполне реально, и для этого не надо никуда переезжать — пандемия показала, что всё можно делать удалённо. Мои друзья и знакомые переходят на удалёнку, а их офисы переоборудуют под дата-центры.

Сегодня для работодателя уже непринципиально твоё местонахождение: можно находиться в Перми, Москве, Калининграде, за границей и выполнять одно и то же. Главное — стабильный интернет, компьютер и самодисциплина.

Список полезных материалов

Яндекс.Практикум — если что-то нужно вспомнить, то возвращаюсь к теории и перечитываю. Благо, после окончания курса доступ не закрывают и даже периодически обновляют информацию.

stackoverflow.com — в любой непонятной ситуации иду сюда. Тут почти всегда кто-то уже сталкивался с моей проблемой и предложил её решение.

django-rest-framework.org — скучновато, но полезно. Считаю, что документацию нужно читать в процессе работы. Не пытаться самостоятельно что-то решить, обладая базовыми знаниями, а посмотреть документацию, найти крутую фичу и понять, что всё можно было сделать в две строчки.

https://github.com/ilyachch/django-rest-framework-rusdoc — тоже документация, но очень много переведено на русский язык. Полезно просто перечитывать, как книгу, в свободное время.

https://gto76.github.io/python-cheatsheet — когда нужно быстро вспомнить, из чего Python состоит и чем обладает.

reactjs.org — документация на русском по React. Читать, когда есть время.

learndb.ru — очень удобный, на мой взгляд, тренажёр по SQL. Если хочешь вспомнить или освоить с нуля на базовом уровне — легко.

Для тех, кто не в теме, в двух словах объясню. Хакатон — это марафон для разработчиков. Вы собираете команду или работаете один (если правилами это разрешено). У вас есть 48 часов на решение задачи. О ходе работы отчитываетесь на чекпоинтах. Они нужны для того, чтобы помочь участникам и отсеять тех, кто идёт совсем не в том направлении. До дедлайна вы показываете своё решение жюри, которое его оценивает.

Я случайно наткнулся на объявление о том, что «Промсвязьбанк» организует хакатон. Целевая аудитория — frontend/backend/mobile-разработчики, бизнес-аналитики и дизайнеры. Было несколько задач, мне показалась интересной первая: разработать механизм исполнения операций для розничного банка в рамках микросервисной архитектуры. Рекомендуемый стек: kafka/kafka streaming, .NET, Java.

За решение задачи дают 375 000 рублей, что очень неплохо за 48 часов работы. Глаза загорелись: банковская задача, нормальные деньги и опыт нон-стоп работы в выходные — что может быть лучше?

Для участия в хакатоне по правилам была нужна команда минимум из 3 человек. Я зарегистрировался, добавился в чат в Telegram, написал, что ищу команду, и забыл.

Через день мне написал продакт-менеджер. Мы пообщались, он сказал, что хорошо понимает в предметной области. Мы договорились, что я буду архитектором-разработчиком, после чего я пошёл искать ещё двух человек. Написал знакомым: архитектору и софтверному инженеру. Они согласились войти в команду. Назвались мы SchrodingersSingleton.

Подробности в видео, ниже — текстовая расшифровка.

Суть задачи, которую мы решали

Нужно было реализовать исполнение банковских операций. Чтобы понять, о чём речь, откройте любой нормальный мобильный банк и попробуйте в нём что-то сделать с деньгами/кредитом/ипотекой или картой. Операцию можно откатить в любой момент. Откат может быть инициализирован как пользователем, так и сотрудником банка.

Также нужно реализовать генерацию форм на бэкенде. Пользователь открывает форму операции/услуги, фронт запрашивает API, API запрашивает нужный доменный сервис, он уже отвечает, какую форму надо отрендерить (все поля, валидация и так далее).

Презентация не очень понятная, деталей мало, объяснения абстрактные. В общем, всё, что нужно, чтобы включить голову. После объяснения задачи была Q/A-сессия, в рамках которой мы задавали экспертам вопросы в чате. Поскольку непонятно было примерно ничего, вопросы тоже были слабыми. Уточнили стек, узнали, что нужен движок дистанционного банковского обслуживания, а не информационная система процессинга, и разошлись.

День первый: проектирование решения

Хакатон начался. Итак, наша команда: продакт-менеджер, архитектор, софтверный инженер и я бездельник. Продакт пошел писать рыбы документов и накидывать схемы операций, а мы стали брейнштормить. На самом деле, был один главный вопрос: надо сделать именно движок без реализации сервисов процессинга или же надо реализовать/придумать сервисы процессинга вместе с движком? Обсуждение этого вопроса заняло около 6 часов. Только в час ночи мы решили, что будем делать движок и сосредоточимся на описании операции. Ещё нужно не забыть про возможность указывать в операции для каждого шага доменный сервис, который и делает этот шаг. Да, и про формы тоже нужно не забыть.

Общая архитектура стала понятна сразу. Есть Kafka — брокер. Вокруг него микросервисы. Микросервисы пишем, используя Java-фреймворк Quarkus, пакуем в Docker-контейнеры, образы собираем и деплоим при помощи GitLab CI. Событийно-ориентированная архитектура — сервисы генерируют события и реагируют на них. Для поддержки транзакционности возьмём за основу хореографическую сагу. Осталось только понять, как наложить её на пайплайны операций, сделать rollback и компенсацию операций. Откат в том числе нужен и для успешно завершённых операций.

Основная идея зародилась в первые же часы проектирования и не изменилась до сдачи решения. Мы берем JSON, берём паттерн DSL (Domain Specific Language), описываем пайплайн в виде JSON.

Почему JSON? Он быстрый, его все знают и умеют готовить, как люди, так и сервисы.

Почему DSL? Есть такой афоризм: любую проблему можно решить введением дополнительного уровня абстракции, кроме проблемы большого количества абстракций. Так вот, DSL — это универсальный способ описать любой уровень абстракции, не привязанный к предметной области или конкретной реализации.

День второй: выживают сильнейшие

В субботу мы занимались CI/CD, рисовали схемы в Miro, составляли документ, описывающий архитектурное решение (High Level Design). В 11:00 я прошёл первый чекпоинт. Рассказал про JSON, DSL и Quarkus. Этого хватило: эксперты поняли идею, им понравилось наше решение.

Затем мы продолжили работу. Начали реализовывать микросервисы и билдить нативные бинарники (представляете, GraalVM такое умеет!), чтобы не париться с Java в контейнере. Следующий чекпоинт был в 15:00. Я выкатил HLD, подробно описал механизм работы движка. Этого опять же хватило для попадания на следующий этап.

Последние 9 часов были самыми тяжёлыми. С архитектурной точки зрения всё было почти идеально. HLD готов, архитектура понятная и рабочая. Были даже 2 сервиса, которые получали пайплайн, генерировали события и отправляли в Kafka. Но других сервисов не было. Нужно было ещё сделать презентацию, оформить решение, записать видео с рассказом про решение, реализовать 3 сервиса и сделать фронтенд. А время уже 2 часа ночи.

Мы плюнули на бизнес-логику, сделали прототип с диким хардкодом всего, что должно было прилетать в сервисы на старте, и запустили. Наше решение работало, пайплайны прилетали, события генерировались.

В 3 часа ночи меня вырубило на пару часов прямо в кресле. Софтовик вообще не спал, остальные поспали от 2 до 4 часов.

День третий: подготовка презентации и защита проекта

Продакт сделал черновик презентации, я завернул его в мой любимый шаблон и добавил “мяса”, софтовик набросал общую архитектуру для презентации. Затем я за 15 минут сделал index.html, в котором при помощи хардкода на JavaScript DSL-форма была отрисована в виде HTML-страницы. Архитектор в это время дописывал код сервисов и сшивал решение. На Java он писал в третий или четвёрый раз в жизни, но это неважно.

За 5 минут до дедлайна по загрузке решений я заливаю ролик на YouTube, высылаю презентацию, докидываю документ HLD + файлы Miro. За минуту до дедлайна делаем последний коммит в репозиторий, высылаем ссылки, выдыхаем.

Через 3 часа стало известно, что мы прошли в финал, в котором нужно будет защитить свой проект. Я успешно объяснил решение, а на закрытии мы узнали, что наша команда SchrodingersSingleton заняла первое место в первом треке!

Впечатления от участия в хакатоне

Было сложно. Времени мало, надо правильно расставлять приоритеты. Мало сна, много кофе и никотина. Но оно того стоило, даже если бы мы не победили. Интересно было решать такую задачу.

У меня есть образование в сфере туризма, а также неоконченное техническое — в инженерно-строительном институте. Там я отучился всего один курс, и в моем становлении как программиста это образование особой роли не сыграло.

После учебы я устроился работать менеджером по продажам в банк, а потом занялся частной практикой: работал кредитным брокером. Дела шли неплохо, появились свободные деньги, и мы с партнером открыли небольшую пиццерию.

В какой-то момент я понял, что пиццерия отнимает очень много времени — гораздо больше, чем основной бизнес. Было время, когда мы с партнером работали по 18 часов в сутки. При этом прибыль с пиццерии была совсем небольшой, и это сильно демотивировало.

В то время я задумался о том, как развить этот бизнес, и остановился на продвижении в сети, а именно — создании сайта. Денег на это особо не было, поэтому я не стал обращаться к специалистам, а начал разбираться сам.

Делать типовой сайт с помощью конструктора не хотелось, и я начал знакомиться с WordPress. Вскоре «слепил» свой первый сайт. Тогда меня настолько затянуло веб-программирование, что на этом я не остановился и стал изучать все материалы, которые мне попадались. Читал специальную литературу, смотрел обучающие видео, ковырялся в плагинах. На первых порах мне все давалось довольно легко и меня затягивало все больше.

В 2015 году разразился кризис и мой кредитный бизнес сошел на нет. Я продал пиццерию и полностью сосредоточился на учебе. Начал проходить годовой курс в GeekBrains. Параллельно нашел работу в маленькой компании в качестве разработчика. Так в 33 года я начал карьеру в ИТ. В 2019 году попал на нынешнее место работы — в CUSTIS.

Тем, кто хочет попробовать найти себя в этой сфере, я советую на первых порах определиться с направлением. В этом лично мне помогли две книги. В первую очередь советую прочитать «Теоретический минимум по Computer Science» (Владстон Феррейра Фило). Если после знакомства с этой книгой вы не передумаете становиться разработчиком, рекомендую «Грокаем алгоритмы» (Адитья Бхаргава) для более глубокого понимая базы.

Дополнительно советую прочитать «Чистый код: создание, анализ и рефакторинг» Роберта Мартина. Эта книга будет полезна любому разработчику, независимо от выбранного направления.

Как только определитесь с направлением, попробуйте пройти первое «испытание». Например, для веб-разработки это будет создание сайта с нуля. Если вы сможете это сделать, то считайте, что вы уже разработчик.

Учиться программировать можно разными способами, тут каждый должен решить для себя сам, что ему ближе. Я выбрал онлайн-курсы, но знаю примеры, когда первые шаги делают и смотря видео на YouTube.

И последнее — не сдавайтесь! Я начал свой путь в ИТ после 30 практически с нуля. К тому времени у меня уже была семья и финансовые обязательства. У меня были сбережения, но я понимал, что они не вечные. Я работал и учился буквально днями и ночами: не хотелось обмануть свои и чужие ожидания. Только недавно я, можно сказать, задышал полной грудью. Было действительно тяжело, но моя история еще раз подтверждает, что тяжело — не значит невозможно.

Гараж в Пало-Алто и 538 долларов

В 1938 году Билл Хьюлетт и Дэйв Паккард оборудовали первый офис в небольшом гараже за домом семьи Паккардов, привлекли 538 долларов инвестиций, бросили монетку, чтобы выбрать порядок имен для названия будущей фирмы, и сели за разработку первого продукта. Им стал HP Model 200A — резистивно-ёмкостный аудиогенератор для проверки звукового оборудования.

В 1939 году студия Уолта Диснея заказала восемь генераторов следующей спецификации HP 200B. Их использовали для проверки звука в кинотеатрах перед показом мультфильма «Фантазия».

Через год HP переехала в арендованный офис, но про гараж никто не забыл. В 1980-е он получил статус исторического памятника Калифорнии № 976. А в 2007 его внесли в Национальный реестр исторических мест как «Родину Кремниевой долины».

Вторая мировая война и первый миллион долларов

Во время Второй Мировой войны Билл Хьюлетт отправился в Европу, где служил офицером в корпусе войск связи армии США. Он вернулся только в 1947 году. В это время Паккард взял на себя управление компанией. НР выполняла оборонные заказы государства и работала вместе с военно-морской научно-исследовательской лабораторией США над созданием противорадиолокационной техники и передовых взрывателей артиллерийских снарядов.

Оборонные проекты увеличили продажи, и в 1942 году компания заработала первый миллион долларов. В это же время она разработала план медицинского обслуживания и набор льгот для сотрудников и построила свой первый офис с открытой планировкой этажей.

Начиная с 1947 года Hewlett-Packard непрерывно росла и увеличивала ассортимент. К этому времени выручка превысила полтора миллиона. Три года спустя, когда начался корейский конфликт и производство электроники возросло.

Стремительный рост и «Путь НР»

1950-е годы стали в истории компании HP периодом сильного экономического роста. В 1951 году Hewlett-Packard изобрела высокоскоростной частотомер, в 1956 году — выпустила осциллограф. Эти разработки принесут Биллу Хьюлетту и Дэйву Паккарду первые миллиарды.

В 1957 году НР стали публичной компанией и начали продавать акции по 16 долларов за штуку. Всем сотрудникам также дарили акции после шести месяцев работы.

В период сильного экономического роста Hewlett-Packard создала «Путь НР» — философию управления компанией. Билл Хьюлетт и Дейв Паккард отошли от традиционной вертикальной структуры. Руководители направлений получили автономию и начали участвовать в разработке планов и постановке целей НР. Hewlett-Packard также стала первой компанией в Соединённых Штатах, предложившей сотрудникам гибкий график работы.

В 1958 году Хьюлетт и Паккард купили производителя графических регистраторов F. L. Moseley Company. В 1961 году приобрели компанию Sanborn. Впоследствии на их основе HP начнут полиграфический бизнес и производство медицинских инструментов.

Также 1961 году HP впервые зарегистрировалась на Нью-Йоркской фондовой бирже, и через год попала в список Fortune 500, заняв 460 место.

Время для всего мира и первый персональный компьютер

В 1964 году сотрудники НР посетили 18 стран, чтобы синхронизировать время с точностью до одной миллионной секунды по атомным часам HP 5060A. Так компания установила время для всего мира.

1966 году компания появилась группа HP Laboratories для исследований в области новых технологий. В этом же году HP Labs участвовала в разработке светодиодов и представила первый 16-разрядный мини-компьютер HP 2116A.

Спустя два года HP показала первый «персональный компьютер» HP 9100A. На самом деле, это был программируемый калькулятор, способный решать задачи в десять раз быстрее доступных тогда устройств. А «персональным компьютером» его назвали в рекламе.

В конце 1960-х годов Дэйв Паккард покинул HP, чтобы занять пост заместителя министра обороны Ричарда Никсона (он курировал разработку истребителей F-16 и штурмовиков A-10). Но в 1972 году он вернулся в компанию на должность председателя правления.

Первый ПК и доступные принтеры

В 1970-е годы компания занялась разработкой компьютеров. В 1971 появился калькулятор НР 9810А и серия НР 9800, пришедшая на смену НР 9100. Потом калькуляторы превратились в полноценные ПК и стали базой для разработки HP series 80. В это же время HP представила серию мини-компьютеров НР-3000.

В 1976 году инженер-стажёр Hewlett-Packard Стивен Возняк построил прототип компьютера Apple I и предложил его дизайн компании, но руководство отказало ему и предоставило все права на идею. Позже он присоединился к Стиву Джобсу и создал Apple Computer, Inc. (теперь Apple Inc.).

Спустя четыре года в истории компании HP появился первый настольный компьютер — НР-85, а вместе с ним и серия HP series 80. Модели были продвинутыми, но не поддерживали операционную систему IBM PC (она вышла в 1981 году и быстро захватила рынок). Следующим крупным прорывом стал сенсорный ПК HP-150, совместимый с MS-DOS. А позже появился HP Vectra — первый компьютер Hewlett-Packard, совместимый с IBM PC.

В конце 1980-х и 1990-е годы НР продолжила расширять линейку компьютеров и купила компании Apollo Computer в 1989 году и Convex Computer в 1995 году.

HP помогла создать новый рынок быстрой и недорогой печати, выпустив принтеры ThinkJet и LaserJet в 1984 годы. Позже появилась линейка цветных принтеров Deskjet, которая сделала цветную печать доступной для дома и малого бизнеса. В 1994 году HP создала первое офисное устройство «все в одном». HP OfficeJet мог печатать, копировать документы и отправлять факсы.

К началу 1990-х годов Билл Хьюлетт и Дэйв Паккард ушли из совета директоров и занялись благотворительностью. Компания продолжила выпускать технику и в 1995 году представила серию HP Pavilion и вышла на рынок домашних компьютеров.

В 1997 году HP стала одной из 30 компаний, входящих в промышленный индекс Доу Джонса. Через два года фирма выделила производство измерительных приборов, электронных компонентов и медицинского оборудования в Agilent Technologies в рамках самого крупного первичного публичного предложения в Кремниевой долине.

Новое тысячелетие и разделение компании

В 2001 году НР объединилась с Intel и создала архитектуру Itanium, которая повысила производительность компьютеров с 32 до 64 бит. В 2002 году компания приобрела Compaq Computer Corporation, крупнейшего американского производителя ПК и стала мировым технологическим гигантом, обслуживающим более миллиарда клиентов в 162 странах. Но слияние оказалось недостаточно выгодным.

Тем не менее, к 2007 году HP стала первой технологической компанией, которая получила более 100 миллиардов долларов выручки от продаж за финансовый год, а годом ранее обогнала по выручке IBM.

В следующие годы HP приобрела Electronic Data Systems, 3Com, Palm и Autonomy и вышла на рынки тестирования ПО, производства сетевого оборудования, а также карманных персональных компьютеров и смартфонов. Но в 2011 году компания заявила, что прекратила выпуск смартфонов и планшетов.

В это же время в история компании HP произошли крупные скандалы. В 2006 в компании началась утечка секретной информации, и руководство решило нанять независимых экспертов, чтобы следить за сотрудниками. Вскоре это всплыло в СМИ. Кроме того, в апреле 2014 руководство компании признало нарушение «Закона о коррупции за рубежом» и даче взяток Мексике, Польше и России. НР добилась внесудебного урегулирования дела и выплатила властям США 108 миллионов долларов.

В конце 2014 года руководство заявило, что планирует разделить компанию. Это произошло в 2015 году: Hewlett-Packard разделилась на HP Inc., которая производила персональные компьютеры и принтеры, и Hewlett Packard Enterprise, которая предоставляла продукты и услуги для бизнеса.

Книга состоит из десяти историй о проектах от топовых студий. Их ценность состоит в том, что в них показана игровая индустрия как она есть, без розовых очков. Мы знакомимся не только с успешными историями, но и с трудностями и провалами, с которыми пришлось столкнуться студиям в процессе разработки. Книга «Кровь, пот и пиксели» крайне рекомендуется к прочтению любому, кто хочет познакомиться с игровой индустрией поближе или уже находится в поисках работы. Она в художественной манере открывает изнанку рынка игровой разработки.

Предисловие

В предисловии Шрейер рассуждает о сложностях, с которыми сталкивается команда разработки, используя, как пример, всем известную игру про водопроводчика. В процессе он выделяет основные моменты, которые отличают разработку игр от разработки софта или медиаконтента.

Во-первых, это интерактивность. Игры нелинейны, игрок может пойти практически, куда угодно, обработка событий и перерисовка происходит множество раз в секунду в соответствии с действиями игрока.

Во-вторых, технологии постоянно меняются: с каждым поколением консолей игроки ждут совершенно нового опыта. При этом крупные проекты занимают от полугода до нескольких лет. Иногда это выливается в постоянные доработки, в отдельных случаях затягивая разработку на десяток лет, как было с Prey, или на более длительный срок, как в случае с Duke Nukem.

В-третьих, инструментарий: он постоянно меняется, команду нужно переучивать и адаптировать. При разработке серьезных проектов львиная доля усилий уходит на доработку уже готового инструментария или написание собственного, когда работа с готовыми инструментами вызывают дикую боль у разработчиков и геймдизайнеров.

В-четвертых, прогнозируемость: сложно предсказать, какой продукт будет коммерчески успешным, рынок стремительно меняется. Игры — это искусство, в котором тренды меняются каждый день, что подводит нас к пятому пункту.

В-пятых, пока не поиграешь, не поймешь, выпустил ты шедевр или очередную посредственность. С этим сталкиваются не только новички, но и опытные компании. Чем больше хитов ты выпустил, тем выше ожидания игроков. Репутация нарабатывается годами, но пара плохих продуктов может испортить ее в один миг и даже привести к закрытию студии.

Далее Джейсон Шрейер бросает нас в список проектов, у каждого из которых свои проблемы.

Pillars of Eternity

В первом проекте мы читаем о проблеме финансирования и методах ее решения. Разрабатывать игру на чистом энтузиазме — это классно. Но мотивация должна быть подкреплена финансово, иначе такой проект так и не увидит релиза.

Из собственного опыта могу отметить, что максимум три месяца люди способны работать на чистой мотивации. Дальше начинается работа из-под палки. Наш мозг так устроен, что его нужно постоянно поощрять, а лучшее поощрение в наших реалиях — это деньги.

В этой истории мы видим, как сравнительно небольшая компания решила эту проблему. Чтобы финансы не стали преградой, к выпуску игры мечты компания взяла заказ у Mail.ru и, кроме этого, запустила компанию на Kickstarter. Это позволило собрать рекордные 4 млрд долларов и реализовать игру с оригинальным видением авторов.

Uncharted 4

Следующая часть знакомит нас с проблемами, с которыми столкнулись разработчики поистине шедевральной игры от всеми любимой Naughty Dog. Речь идет о work-life balance, или балансе между личной жизнью и карьерой.

Каждый разработчик в игровой индустрии хотя бы раз сталкивался с таким термином, как кранч, когда для того, чтобы довести игру до завершения (а до него остается совсем немного времени), мобилизируются силы всех отделов. Разработчики сидят сутками, добавляя новый контент, дизайнеры судорожно рисуют новые иконки и персонажей, а тестировщики проводят ночи в офисе в поисках багов. И все это ради одного момента, когда игра отправляется в релиз и команда может выдохнуть, ожидая первые оценки игроков.

Diablo 3

Diablo 3 — еще один проект, который занял почетное место в зале славы. Но не всё было так радужно, когда игра только вышла в релиз. Игроки столкнулись с перегруженностью серверов и поломанным игровым балансом. Кроме этого, в игре был «обоз и маленький мешок» багов. Они были не только в самой игре, но и на аукционе, где предметы продавались за реальную валюту.

Для решения этого вопроса назначили Джона Мойскера. Он руководил выпуском глобального обновления, которое закрыло основные проблемы в игре и впоследствии в игровом аукционе. В результате аудитория начала возвращаться в проект. Благодаря Джону проект стал коммерчески успешным.

Witcher 3

Проект, который я никак не могу обойти стороной в этой статье — всеми любимый Ведьмак. В своем творении разработчики CD Projekt Red замахнулись на небывалые масштабы. Они поставили цель сделать игру больше, чем проекты конкурентов, при этом разработать мир, в котором игроку будет интересно на протяжении всего игрового процесса.

Квесты разрабатывались без готового видения конечного продукта, в то время как геймдизайнеры были заняты проработкой игровых механик, а левел-дизайнеры занимались постоянным расширением игровых локаций. Не обошлось и без кранчей, целью которых было сделать максимально наполненную игру. Не буду лишний раз упоминать, что игра получилась коммерчески успешной и стала синонимом хорошего RPG, а студия CD Projekt Red была отмечена на государственном уровне.

В заключение, расскажу о своей практике. У меня широкий опыт разработки обычного софта и мобильных приложений, но я нигде не ощущал такого драйва, который был в игровой разработке. Каждая игра по-своему уникальна, и команда оставляет в ней частичку себя. Это интересный, но сложный путь.

Если вы решили для себя, что хотите стать частью игровой индустрии, готовьтесь к бессонным ночам и переработкам на релизе продукта. Но, кроме этого, помните, что на этом пути вы обязательно встретите много классных специалистов, которые буквально живут своим делом и получают удовольствие от каждого дня, проведенного на работе.

Читайте книги, играйте в игры, разрабатывайте что-то свое и горите любимым делом! Всем успехов в начинаниях!

Может это будет и не самая короткая статья, но я хочу пройтись по всем пунктам от самого начала. Во-первых, моя мотивация. Я хотел работать в Google. Не в Amazon, не в Uber, не в Facebook, не в Microsoft. Только в Google. И дело не только в масштабе компании и большом количестве пользователей, но и в том, что каждый их продукт оказал невероятное влияние на мою жизнь.

У меня было несколько друзей в Google. Они сказали мне, что нужно хорошо разбираться в структурах данных и алгоритмах и много практиковаться. А затем получить рекомендацию для прохождения собеседования. Если кратко, то именно это я и сделал. А теперь перейдём к подробностям.

Я приступил к LeetCode в январе. На тот момент я не знал ни одного языка программирования и мне было немного боязно начинать заниматься этим в 26 лет, когда большинство одарённых начинают в 12. Тем не менее, с самого начала я был сильно увлечён статистикой и математикой.

С чего начать?

Итак, с чего я начал? Проходил множество онлайн курсов по: HTML (январь), CSS (январь-февраль), JS (февраль), React (июнь), AI/ML (апрель-май); в процессе написания проектов изучил C++ на YouTube-канале The Cherno (с января по настоящее время). Где-то в середине февраля я начал решать простые задачи на LeetCode, и это был полный провал. У меня уходило множество часов на решение простейших задач, я отправлял тонны неправильных решений. Однако я поставил перед собой определённые цели. Я планировал потратить половину марта на массивы, вторую — на строки, половину апреля — на связные списки, затем деревья и так далее. Я придерживался плана и продолжал безостановочно решать задачи и, к моему удивлению, к середине марта я уже вполне мог справляться с 3–4 задачами в день, в основном со средним уровнем сложности, а в редких случаях — даже с высоким. И вот мой первый совет: не ждите знака свыше, начинайте работать.

Я обогнал свой план по изучению каждой структуры данных за 15 дней и концу марта уже успел немного заняться связными списками, деревьями и графами. Мой второй совет: имейте план, но не стесняйтесь его перегонять. К апрелю я хорошо освоился на LeetCode (по крайней мере, мне так казалось) и решил к тому моменту порядка 80 задач.

На этом этапе я принял третье и, возможно, самое умное решение в моём процессе подготовки, которое подводит меня к следующему совету: втяните в это своих друзей! Я собрал группу из 4–5 друзей, создал группу в WhatsApp и завёл таблицу в Google Таблицах, где мы могли отслеживать прогресс друг друга в решении задач. Мы придумали алгоритм подсчёта очков (чем сложнее задача, тем больше очков) и начали соревноваться друг с другом. Это кардинально поменяло дело. Я помню, как провёл несколько ночей, решая 15 задач, лишь бы перегнать моих друзей! Дела шли хорошо, и в середине мая я сделал нечто, что подняло меня на совершенно другой уровень: прошёл курс Уильяма Фисета по структурам данным на Udemy. Он не сильно рекламируется, но он офигенный, бесплатный и составлен человеком из Google. Мой четвёртый совет: пройдите этот курс!

Практика

Я решил, что теперь мне осталось только заняться практикой, что я и сделал. Согласно моему плану, я должен был подать заявление в Google в июле (через полгода после моего решения сделать это), и я определился с количеством задач, которые хочу решить к тому времени (300 штук). Однако, к началу июня я решил уже 240 и решил взять перерыв, чтобы изучить React, сделать пару небольших проектов, чтобы получить опыт создания приложений, пусть даже и простых. До января я никогда не писал ни единой полезной строки кода, поэтому это было нужно, чтобы дополнить моё резюме.

Затем наступил июль, и я сделал шаг вперёд. Я подал заявление и купил… барабанная дробь… премиум на LeetCode! Я не знаю, было ли это очень эффективно, но я не хотел ничего упустить и в итоге ОЧЕНЬ насладился некоторыми премиум-задачами, потому и вам советую. Более того, в июле я создал новый аккаунт, чтобы решить все важные для Google задачи (спасибо премиуму) и даже множество задач Facebook. С некоторыми из них я уже справился до этого, но всё равно решал их снова, потому что в марте я был совсем зелёным и мне хотелось закрепить свои знания и качество кода. Курс Уильяма Фисета действительно поднял меня на новый уровень.

А теперь сумасшедшая часть. До июля я решил 240 задач, однако с 6 июля до 23 сентября я решил ещё 230 новых задач! Я был абсолютным монстром, я проделал невероятный объём работы, который мне и не снился. Также мне пришлось изучить проектирование систем, так как мой рекрутер сказал, что меня будут спрашивать и по этой теме. Сегодня прошло моё последнее очное собеседование в Варшаве, Польше. Далее я опишу, как проходили все мои собеседования.

Собеседование по телефону

• Это был простой вопрос про способы реализации связных списков. С ходу я смог назвать два способа. Мне сказали реализовать один. Я быстро справился, поэтому мне сказали реализовать и другой.
• Затем мне предложили подумать над способом получше. На это у меня ушло 5 минут. К тому моменту мы почти закончили. Интервьюер сказал: «Я не ожидаю, что вы реализуете это решение за 3 минуты, но, может, вы хотите попробовать?».
• Я сказал «да» и управился в срок.
• Прошёл!

Очное собеседование

В целом потрясающий опыт: прагматичные сотрудники, потрясающий офис, потрясающие бонусы, дружелюбные люди. Chromebook не заработал, что было тем ещё обломом, так как мне обещали, что мне не придётся писать код на доске, но я всё равно справился.

Этап 1: написание кода

Вам даны логи выполнения нескольких функций со временем запуска и завершения работы. Задача: создать иерархию в виде файловой системы, которая будет сообщать длительность выполнения каждой функции.

Решение: создать структуру в виде N-арного дерева и заполнить её десериализованными логами. Писал на доске.

Дополнительный вопрос 1: как убедиться, что данные в логах логически последовательны? Ответ: во-первых нужно отсортировать временные метки, а ещё использовать какую-то проверку, аналогичную проверке баланса скобок.

Дополнительный вопрос 2: как сделать то же самое для многопоточной программы? Ответ: создать флаг потока на входе и разделить массив на хеш-таблицу массивов, что позволит использовать решение для однопоточной версии.

Этап 2: написание кода

Го (настольная игра). Интервьюер на самом деле принёс игру с собой, что мне понравилось. Есть доска, на ней расположено несколько камней. Вам дают новый камень, который нужно положить на пустую клетку. Необходимо вернуть количество вражеских камней, которые будут захвачены после этого хода. Он объяснил мне правила игры. Я предложил длинное решение через поиск в глубину. После реализации обнаружился один логический баг, но мне дали подсказку, после чего я нашёл его и исправил. Снова писал на доске.

Этап 3: проектирование систем

Я особенно беспокоился по поводу этого этапа, но интервьюер был очень спокойный и дружелюбный. Он, вероятно, знал, что у меня не очень много опыта в проектировании систем, поэтому он нарисовал всю систему за меня, а затем спросил: «Допустим, у нас происходит 50 тысяч рекламных переходов в секунду. С какими проблемами вы столкнётесь и как вы их предотвратите?». Я рассказал о таких базовых вещах, как уменьшение задержки, увеличение пропускной способности и планирование аварийного переключения. По сути, когда вопросы касаются практического применения технологий, они хотят видеть ваше общее понимание подходов в масштабировании. Я думаю, что всё прошло хорошо, но я так себе судья, так что не знаю, посмотрим.

Этап 4: googliness и лидерство

Прим. пер. Google определяет googliness как «mashup of passion and drive that’s hard to define but easy to spot» — «смесь увлечённости и драйва, которую сложно описать, но легко заметить».

Это было похоже на вопросы HR о лидерских качествах. Меня много спрашивали о вещах, связанных с управлением командой. Вопросы показались мне лёгкими, так как я был тимлидом в своём стартапе, хоть я и не писал код.

Этап 5: написание кода

Задача была похожа на эту за исключением нескольких деталей. Я расписал на бумаге решение сложностью в O(n^2). Я продолжал думать над решением получше, но интервьюер сказал, что O(n^2) — правильное решение, и был рад, что я пытался копнуть глубже.

Вот, собственно, и всё.

Чем всё закончилось

• Я получил отличные отзывы по результатам четырёх интервью и удовлетворительный по пятому (уверен, что это было проектирование систем);
• В течение недели мне подобрали команду и одобрили мой наём;
• Я получил L4 SWE оффер. Мечты сбываются.

Из армии в крупную IT-компанию: история Сергея Вертепова

В университете я учился на специалиста по защите информации, им же и работал. На третьем курсе понял, что ожидал от этой специальности гораздо большего и работать по ней совершенно не хочу.

Я не люблю заниматься чем-то бесцельно, поэтому абстрактная цель «научиться программировать» недостаточно меня мотивировала. Как раз в то время, когда я блуждал в океане информации, не понимая, с чего начать обучение, наткнулся на контекстную рекламу «Школы программирования» (сейчас — GeekBrains) и подумал: «Почему бы нет». Ведь если не научишься чему-то, то не сделаешь домашнее задание, а в конечном итоге тебе не дадут сертификат, ты потеряешь деньги и время — отличная мотивация учиться.

Не могу сказать, что было очень сложно: нас погружали в тему очень плавно. Начали с базового HTML, потом РНР с самых азов. Первым делом научился делать калькулятор. Когда для тебя это новый язык — даже простая задача становится интересной. Основные сложности были в недостатке времени. Я учился и работал, а по вечерам надо было ещё и домашние задания делать. В общем, личной жизни у меня тогда практически не было.

После курсов я стал героем шутки про «джуниора», который всё знает и умеет. Я уверенно рванул на фриланс-биржи, где потерпел фиаско и ударился лбом о синдром самозванца. После диплома пошёл в армию, где окончательно убедился, что не хочу ничего и никого защищать. Там же начал читать книги, изучать материал, а по возвращении искать работу в IT-сфере.

Поскольку между курсами и отправкой резюме прошло два года, первое собеседование я провалил. Проанализировал, что было не так, провёл работу над ошибками и продолжил бороздить просторы HeadHunter. В общем, ответов «у вас низкая квалификация» я получил довольно много. Были задания, над которыми я сидел два дня и две ночи с перерывами на трёхчасовой сон. Они меня неплохо «прокачали»: своё последнее тестовое задание, на которое мне дали неделю, я сделал за полтора дня и получил оффер.

Сейчас у меня всё прекрасно. Имею опыт в коммерческой разработке чуть больше трёх лет и работаю в одной из крупных российских IT-компаний в должности старшего разработчика.

Посоветовать могу только одно: не бойтесь и всегда разбирайте свои ошибки. Конечно же, не переставайте развиваться, иначе есть риск сильно отстать.

Из ученика в «играющего тренера»: история Николая Хащанова

В 90-х я изучал Basic и Fortran, а во время учёбы в школе делал простые сайты на HTML, используя движок e107. Закончил в 2013 году РГТЭУ по специальности «Менеджмент организации». Трудовую деятельность начинал в торговле и постепенно перешёл в строительство, где дорос до руководителя проектов. Параллельно с работой вёл различную деятельность как ИП: занимался производством виниловых наклеек, антитюнингом автомобилей и т. д.

В январе 2018 года начал работать программистом в «Аврора Групп» — одной из крупнейших инжиниринговых компаний. Знания в управлении строительством и проектированием помогли с нуля выстроить архитектуру приложений для повышения прибыли компании и разработать корпоративный портал (CRM) под все бизнес-процессы. А вот знания в разработке получал уже на курсах в «Нетологии»: сначала одновременно прошёл курсы по PHP и JavaScript, чуть позже «JavaScript в браузере» и SQL. По окончании курса JS меня взяли аспирантом. Так я начал улучшать свои знания ещё и на других курсах по веб-разработке — JavaScript, PHP, «Основы JavaScript в браузере» и SQL, а в этом году мне предложили проверять домашние задания на курсе «основы PHP» и оптимизировать курс «JavaScript в браузере».

Знания, полученные на курсах, помогли мне почти за 2 года разработать более 15 приложений, которые были интегрированы в единую систему для автоматизации и оптимизации деятельности компании. В планах на следующий год — разработка мобильного приложения, а ещё через год — упаковка данной системы в коробку и выпуск на рынок.

Что могу сказать новичкам: стать разработчиком несложно. Это такая же профессия, как и множество других. А уровень квалификации полностью зависит от вложенных в собственное развитие сил. Для начала советую разобраться с термином «алгоритм» и перед написанием кода рисовать блок-схему или писать псевдокод. Понимание алгоритма и умение пользоваться документацией помогает выстроить логику функциональности самого приложения и на выходе получить готовый продукт.

Попытка уйти из школы: история Алины Косенко

Я заканчивала институт по специальности «Учитель русского языка и литературы». На тот момент казалось, что я всегда буду при деле. Проработав несколько лет в школе, поняла: хочется не только рассказывать правила русского языка детям, но и учиться самой. Так я начала исследовать разные сферы: записалась на бесплатные занятия и вебинары по маркетингу, продажам и в конце послушала лекцию по веб-разработке.

Программирование казалось мне очень сложной сферой: я всегда считала себя гуманитарием. Но после лекции подумала «почему бы и нет» и пошла на курс по веб-разработке. Он был долгим и очень интенсивным: задания присылали по 3–4 раза в неделю, причём на выполнение каждого у меня уходило по неделе. Поэтому сроки я всегда пропускала и просила кураторов подождать меня. Было сложно, но мне очень нравилось.

По итогу курса стало проще разбираться в сфере, я могла написать простой код, но полностью профессию веб-разработчика так и не освоила. Наверное, если бы прошла курс заново, то стало бы немного проще. Диплом я так и не защитила: сначала говорила себе, что сдам позже, но под конец мотивация всё-таки пропала.

В итоге я продолжила заниматься разработкой в свободное от работы время, иногда практиковалась самостоятельно и думала, что когда-нибудь решусь посвятить себя сфере полностью. Но пока мне страшно искать заказы и полностью отказываться от работы учителя: там есть постоянный доход, а сфера разработки для меня новая.

Что я могу сказать начинающим: оцените свои силы ещё в самом начале. Изучайте самостоятельно темы, смотрите бесплатные вебинары и лекции — делайте всё, что поможет вам вникнуть. Если вы хотите поменять сферу деятельности кардинально, будьте смелыми, гораздо смелее меня 🙂

Воля случая: работа в IT вместо Олимпиады в Рио. История Владимира Тесленко

Десять лет я боролся за сборную Украины по греко-римской борьбе в весе до 96 кг. В 2016 году я готовился на отборочный чемпионат к Олимпиаде в Рио и на тренировке порвал мениск колена. Для карьеры спортсмена это был фатальный инцидент: травмированным я был никому не нужен. Даже если бы мне оплатили операцию, я бы стал должником на ближайшие годы.

Однажды по дороге в больницу я случайно встретил друга из Политехнического Университета, где мы вместе учились на радиотехническом факультете. На тот момент он работал тестировщиком и рассказал, что это за профессия, какие условия работы и зарплата у айтишников. Так мысль о развитии в этой сфере «залезла мне под кожу».

Я прекрасно понимал, что после профессионального спорта будет тяжело освоить новую область, где должны работать мозги. Начал готовиться дома сам, денег на обучение не было вообще — работать с травмированным коленом было крайне тяжело.

Даже элементарные нагрузки по учёбе давались очень тяжело. После чтения книг и просмотра видеоматериалов клонило в сон: заниматься больше 4–5 часов в день я не мог. Спустя два месяца понял, что сам не справлюсь и необходимо идти на курсы. К этому времени я уже раскопал многое об IT-сфере, походил на конференции, завёл знакомства с разработчиками и тестировщиками. От них и узнал, на какие курсы лучше пойти, одолжил денег и записался в Main Academy. Занятия проходили 3 раза в неделю по три часа, весь материал был на английском языке. В таком режиме мы учились 3 месяца. Я думал, что домашняя подготовка поможет мне, но годы спорта оставили свой след: я хуже всех сдавал тесты и теорию, плохое знание английского мешало понимать презентации. Мне было сложно абсолютно всё. У нас в группе была конкуренция и никто никому не помогал. Поэтому я понимал, что единственный мой друг — преподаватель. Я постоянно задавал ему вопросы по материалу и домашкам, донимал расспросами о том, как попасть на работу.

После первого месяца на курсах я начал рассылать резюме на позиции QA Engineer всех уровней от Junior до Senior. Естественно, мне говорили, что я не подхожу. Когда я отослал резюме в Norse Digital на позицию QA Lead, мне тоже отказали. Тогда я ответил, что только начинаю и готов работать за еду. И спустя неделю меня пригласили на собеседование! На нём задавали вопросы по программированию: какие принципы ООП знаю, какими языками и какой версией пользовался. Я так переволновался, что когда перешли к вопросам по теории, все знания растворились и я смог ответить только на тридцать процентов. Понимал, что собеседование завалил. Но мне дали тестовое задание: описать часть сайта тест-кейсами. За несколько часов описал штук 10 кейсов и отправил. Получил обратную связь: «задание выполнил неплохо», и в итоге меня взяли на позицию «тестировщика контент-менеджера». В первые месяцы работы сложнее всего было освоить операционную систему Linux: до этого я её никогда не видел. Мне приходилось постоянно донимать админов: я не понимал, как работать с терминалом, что такое SSH и какие команды надо знать.

Когда начал работать, мне оставалось учиться на курсах ещё месяц, но главная цель — войти в IT-индустрию — была достигнута. Поэтому на экзаменах я был спокоен, ведь у меня уже была работа. Сегодня я работаю на позиции QA Automation уже в третьей ИТ-компании с общим стажем в 3,5 года. А ещё успеваю активно заниматься спортом и борьбой, ведь ей я отдал больше 20 лет жизни.

Всем новичкам хочу пожелать решимости. Если вы поняли, что вам надо в ИТ-сферу, действуйте. Работа — это образ жизни, от неё зависит ваш график, окружение, атмосфера и настроение. Самое главное — это желание развиваться, гореть тем, чтобы вас взяли на работу. И тогда огонь в глазах увидят работодатели и обязательно вас возьмут.

Редактор не гуманитарий: история Натальи Рыжовой

До обучения я работала с текстами в СМИ, но не была гуманитарием и всегда хотела заниматься чем-то более конкретным и сложным. Однажды я делала сайты на конструкторе для родственников и захотела углубиться в программирование. Случайно увидела рекламу бесплатного курса «Нетологии» по вёрстке и пошла посмотреть. В итоге с удовольствием прошла и записалась на следующий курс. А потом на следующий.

Сначала учиться было легко и интересно. Когда приступили к программированию, стало сложно: его я не знала совсем, если не считать изучения Pascal в школе. Кроме того, мне мешал «синдром отличницы»: я всегда сначала честно мучаюсь самостоятельно и только потом прошу помощи. У меня в окружении нет программистов, поэтому ни с кем, кроме преподавателей, я посоветоваться не могла. После курсов практиковалась на мелких частных заказах. Найти первого клиента было несложно: взяла на бирже фриланса заказ на вёрстку и даже сделала. А потом заказчик раскритиковал меня в пух и прах.

На самом деле, на работу «фронтенда» устроиться было сложно: требования к junior-позициям часто оказываются вполне на уровне middle full stack или дизайнера-верстальщика. Причина одна: работодатель хочет найти специалиста, который умеет всё. Так мне пришлось продолжить учиться самостоятельно, чтобы «прокачаться» и выучить несколько незнакомых до этого технологий. Сейчас у меня есть постоянная работа, в основном это поток заказов на доработки сайта. Это не совсем то, чего я хочу, но приносит заработок и практику.

Дам совет новичкам: постоянно практикуйтесь. Немного самостоятельно написанного кода даст вам больше, чем несколько очень хороших лекций. Вступите в профессиональное сообщество: если айтишников нет среди знакомых, найдите их в интернете. Это может стать большой поддержкой для вас.

От автомобильного бизнеса к разработке: история Александра Коловатова

Со старших классов я хотел быть программистом, но ушёл в бизнес. Одно время работал заместителем директора в дилерском центре DAF — нидерландском производителе грузовых автомобилей. В подчинении у меня находилось порядка 40 человек. Потом я был владельцем магазина запчастей DAF, но что-то не пошло. А с 2015 года и по сегодняшний день держу сеть реалити-квестов «Интуиция».

Когда я несколько раз потерял деньги и бизнес, решил: мне нужно то, что невозможно потерять, — знания. Вторым толчком стал высокий спрос на программистов и ощущение, что в этой сфере возможен постоянный рост.

Учился самостоятельно по учебникам и видеоматериалам на просторах интернета. Сразу скажу: было сложно. Несколько лет голова не работала в полную силу, а организм всячески отвергал обучение. Некоторые темы давались очень «больно», я терпел и боролся, начинал заново по несколько раз. Хотел как можно скорее стать программистом, поэтому занимался много и делал перерывы только на отдых: в будни учился от 4 часов в день, в выходные — от 6 часов. После первых двух месяцев такого режима впал в депрессию с полным ощущением своей непригодности. Сделал перерыв в две недели, затем вернулся и больше не срывался.

Через 8–9 месяцев появилось ощущение, что я готов работать в этой сфере. Уже на втором собеседовании меня взяли в небольшой e-commerce проект, но только после выполнения тестового задания: практически везде просят что-то написать. На самих собеседованиях не было сложно — все прекрасно понимают, что вы новичок и ещё многого не знаете.

Сейчас жизнь складывается отлично. Помимо постоянного профессионального развития растёт и оплата моего труда. Совсем недавно прошёл собеседование в более серьёзную компанию с офисами в Калифорнии и Нью-Йорке. Работаю над очень крутыми проектами, о которых 3 года назад мог только мечтать.

Совет простой: верить в себя, брать и делать. Непонятна тема — начните заново или пропустите и вернитесь позже. Нужно понимать, что на один час теории должно приходиться два часа практики. Не пытайтесь найти готовый ответ сразу, попробуйте догадаться сами. Если ваше решение не такое крутое и красивое, как у других — это нормально. И последнее: даже самый опытный разработчик не знает всего. Всего знать нельзя, уж слишком обширная сфера.

Денис Солонков — студент факультета компьютерных наук Высшей школы экономики, который попал на стажировку в Google после первого курса. Мы пообщались с Денисом и задали ему несколько вопросов о трудоустройстве в Google и о том, где и как он получил необходимые для работы навыки.

— Как ты попал в Google?

— История достаточно тривиальная: подал свое резюме на их программу летних стажировок, прошел на этап интервью, прошел интервью, получил предложение, и вот я стажируюсь в Google.

— Для многих работа в Google — успех, которого достигают гораздо позже юности. Сколько тебе сейчас лет? Кем ты работаешь?

— Полных лет мне 18, через пару месяцев будет 19. Сейчас я Software Engineer Intern.

Прим. ред. Инженер-программист занимается комплексной разработкой и руководством проектов, а программист реализует их путем написания кода.

— В каком офисе Google ты проходишь стажировку?

— В Цюрихе, Швейцария.

— Расскажи про офис, пожалуйста. Что там интересного? Еда бесплатная? 🙂

— Да, кормят бесплатно, шведский стол. Главный плюс в том, что Google адекватно относится к своим работникам. Например, у нас нет чётко ограниченного рабочего дня — фактически, я могу приходить и уходить когда угодно. Но я нахожусь в офисе столько времени, чтобы успевать работать по своим проектам, и так делают все. В Google понимают, что им не нужно заставлять людей работать — они сами этого хотят. К сожалению, я не могу вдаваться в подробности о внутренних процессах из-за соглашения о конфиденциальности.

— Хорошо, спасибо. Тогда немного сменим тему. Как тебе сама Швейцария?

— Страна очень хорошая, но дорогая. С местными уровнями зарплат это не проблема, но когда я приехал на первый месяц, это очень сильно меня удивило. Цены, к которым я привык, просто умножаются на десять. Но с Google в этом плане все в порядке, они достаточно платят.

— Давай поговорим о твоей специализации. Всегда ли ты хотел заниматься программированием?

— Мой отец работает программистом, так что уже в детстве я был заинтересован в программировании, но все попытки обучиться ему, которые я предпринимал самостоятельно, полностью провалились.

— Что помогло тебе продвинуться в этом деле?

— В нашу школу пришел представитель от Школы программистов, который рассказал нам о ней и предложил прийти на вступительные испытания. К тому времени у меня не было никаких занятий вне школы, плюс мне очень понравилась описанная представителем концепция, я решил попробовать. Ну и затянуло.

— Как ты строил свое обучение?

— Процесс обучения был более-менее стандартным, если можно так сказать: теория плюс практика. Мне очень запомнилась разработка калькулятора на чистом ассемблере. Дополнительно к основному курсу я посещал занятия по основам веб-разработки и программированию на Java.

— Что было самым интересным, чему советуешь уделить особое внимание?

— Олимпиадное программирование. Весьма большая доля того, чего я добился (поступление в вуз, стажировка в Google и т.д.) — прямое следствие из того, что я вложил большое количество усилий в этот курс.

— А самая трудная часть?

Может показаться странным, но самым сложным этапом моего обучения оказался самый первый год, когда я потихоньку проникался парадигмами и основными принципами программирования, учился смотреть на всё это под другим углом.

— Какие знания и навыки оказались самыми полезными для работы?

— Как я уже сказал выше, без навыков олимпиадного программирования я не смог бы пройти этап интервью (а скорее всего, и этап резюме тоже) и не поехал бы ни на какую стажировку. Задания, которые дают на этапе интервью стажёрам, весьма схожи с олимпиадными, так что благодаря моему опыту сложность интервью для меня была средней. Труднее всего оказалось не решить задачу, а суметь общаться с интервьюером на должном уровне английского языка. Из полезных навыков еще хочу выделить курс промышленного программирования, в ходе которого я изучил широкий набор полезных практик.

На этом мы распрощались с Денисом, поблагодарив за ответы. Если вы тоже хотите поделиться историей успешного пути в области программирования, рассказом о стажировке в крупной компании или тонкостями прохождения сложного интервью, пишите на chief@tproger.ru — самые интересные материалы мы постараемся опубликовать.

Привет, Антон. Какие в целом впечатления у тебя от соревнования?

В этом году специфика задания была таковой, что первая стратегия могла побеждать вторую, вторая — третью, а третья — с легкостью одерживать победу над первой. И задание оказалось гораздо шире в количестве разных аспектов, чем в предыдущие годы. Поэтому до самого финала нужно было пристально наблюдать за стратегиями других участников и писать новую порцию кода, если они находили контрмеры для твоей стратегии. Победа далась нелегко и в какой-то степени благодаря везению, так как отрыв от 2-ого места составил всего лишь 4 балла, а от 3-его — 6 баллов (у Антона 1250 баллов в финале — прим.ред).

У тебя уже был опыт участия в Russian AI Cup?

Да, я участвовал во всех чемпионатах Russian Ai Cup, начиная с 2012-ого года, и каждый раз результат был все выше и выше. Лучшим результатом до этого года у меня было 8-ое место в 2015-ом году. Переломным оказалось задание, где нужно было запрограммировать управление хоккеистами, потому что на тот момент мне казалось, что мои знания и способности существенно ниже, чем у участников, занимающих первые 30–50 мест в подобных соревнованиях. И первое место в песочнице (сразу после победителей финала) подарило мне вместе с ценным подарком веру в собственные силы и в то, что выучить что-то и улучшить свои способности никогда не поздно.

Как ты проектировал свою стратегию?

Перед тем, как рассказать о стратегии бота, сначала расскажу пару слов о стратегии участия. Целью было занять высокое место в финале, поэтому пробовать реализовать простенькую стратегию для начала и вносить в нее корректировки не хотелось, так как иначе пришлось бы потом все переписывать. Также сразу начал писать собственный визуализатор, который наглядно показывал, почему моя стратегия приняла то или иное решение. Опыт прошлых лет показал, что глядя на значения переменных, понять их смысл гораздо сложнее, чем по графическому представлению.

Пару дней я потратил на изучение теории: какими методами решаются задачи эффективного передвижения по двухмерным вещественным картам. Мой выбор пал на теорию потенциальных полей. В некоторые точки на карте ставятся силы, генерирующие потенциальное поле. В общем случае объекты делятся на 2 типа: которые притягивают к себе (например, вражеское строение, которое нужно уничтожить), и которые отталкивают (например, деревья, которые нужно было обходить, чтобы не застрять в них). Одновременно точка может и притягивать, и отталкивать: например, мы хотим издалека стрелять во врага, но не подходить к нему слишком близко, чтобы не получать урон.

Рассчитывал, что в финале потребуется активное командное взаимодействие, но баланс правил был таковым, что одной из самых эффективных стратегий оказалось массивное наступление всеми юнитами по центральной линии. Поэтому большую роль играл микроконтроль: умение держаться на расстоянии, когда враг не может в тебя стрелять, и подходить к нему в перерывах между выстрелами, чтобы совершить свой, а также вставать под нужным углом, чтобы с максимальной вероятностью успеть уклониться от летящего в союзного юнита снаряда. Так как потенциальные поля не дают исчерпывающего ответа, как поступить в той или иной ситуации, по какой цели стрелять и т. д., то приходилось очень много ситуаций описывать с помощью самых обычных if-ов.

Помогло ли умение играть в DOTA, на которую похож формат игры?

Умение играть в доту помогло, но косвенно: был повышенный интерес в самом начале соревнования, вследствие чего быстро забрался в верхнюю часть песочницы. А дальше уже дополнительно подстегивало желание не потерять набранных позиций. Также считаю, что помог победить опыт настройки баланса и подбор коэффициентов, который я получил при написании пары своих небольших игрушек. В данном чемпионате были достаточно важны эвристические предположения, такие как “пойти за бонусом на 37-ой секунде или на 38-ой”. Математически все аспекты данного чемпионата запрограммировать было очень сложно, так как время ограничено.

Ты писал свою стратегию на C++, почему выбор оказался таким?

C++ я выбрал потому, что большинство крупных работ выполнял именно на нем, также не хотел упираться в лимит по времени, отведенный на стратегию, если вдруг будут какие-то сложные вычисления. Хотя особенности С++ я использовал мало, поэтому не так уж и важно, на каком языке писать. Лучше выбрать тот инструмент, для которого не потребуется каждые 15 минут лезть в гугл и искать примеры инициализации массивов. Правда, это утверждение хорошо подходит, если цель — занять место повыше. А целью может быть еще и изучение нового языка (такое наблюдалось у некоторых из участников).

Как можно подготовиться к этому соревнованию?

Заранее глобально подготовиться сложно. В целом могу посоветовать побольше изучить теорию графов, в частности поиск путей, и перебор с отсечением (это наиболее популярные виды алгоритмов, которые использовались на прошедших 5-ти Russian AI Cup). Также полезным будет прочтение статей победителей прошлых лет и изучение их кода. Хорошо потренироваться в написании ботов можно на сайте www.codingame.com. Еще раз повторюсь, что написание своего визуализатора увеличивает скорость отладки. Я для его написания использовал OpenGL, но, возможно, кому-то будет более комфортно использовать другие средства для отрисовки простой графики.

Порекомендуешь принять участие в чемпионате?

Конечно, оно того стоит! Неважно, какое место я занимал: 1-ое или 200-ое — во время чемпионата я получал массу удовольствия, отличную разминку для мозгов, дополнительные знания и навыки, а также знакомился с собратьями по интересам.

Благодарим Антона за предоставленное интервью.

Игры, для прохождения которых нужно писать программный код, в последнее время набирают популярность. Помимо участия в Russian AI Cup, “поиграть в программирование” дают возможность и другие компьютерные игры: мы собрали подборку игрушек, которые подойдут новичкам, а также коллекцию проектов, которые приглянутся уже более опытным программистам.

А о написании искусственного интеллекта для прохождения игры у нас есть целый цикл статей: в нем рассказывается о написании ИИ для игры в хоккей.

Здравствуйте, уважаемые коллеги, меня зовут Александр.

Я хотел бы поделиться с вами своей историей. А успеха или нет, судите сами.

Первый опыт

Созданием сайтов я начал заниматься достаточно давно, примерно с 2006-ого года. Я всегда с большим уважением относился к программистам. Если разработка ПО казалась для меня чем-то заоблачным, то создавать сайты оказалось вовсе не сложно, особенно после прочтения простенькой книжки по основам вёрстки. На тот момент некоторые мои друзья уже баловались созданием страничек о себе. Кто постарше, наверное, ещё помнит эти заголовки в стиле: «Доброго времени суток, дорогой путник! Добро пожаловать на страничку…” Хорошие были времена. Так вот, мне тоже тогда хотелось создавать что-то подобное.

Как только я начал верстать, это занятие полностью захватило меня. Мне казалось, что это именно то, чем я хочу заниматься. Я разрабатывал сайт несколько дней практически без перерывов. Получилась вполне себе нормальная страничка (на тот момент). В последующие месяцы я всячески улучшал её, повышая своё мастерство и приобретая опыт. Хочу заметить, что про JavaScript тогда даже речи не шло — всё это выглядело как пара файлов .html и .css, связанных между собой, и кучка изображений.

Со временем я дошёл до того, что люди окружающие меня, стали обращаться за помощью — так я начал немного подрабатывать верстальщиком. Получалось это с переменным успехом, я старался угодить всем и каждому, за работу чаще всего денег не брал, мотивируя себя наработкой опыта. Этот период длился очень долго, около 8 лет. Кто-то сейчас скажет: «Что ты делал всё это время? За такое время тим-лидами становятся!».  Я полностью согласен с вами, но я не относился к этому занятию как к чему-то серьёзному: просто хобби, просто 1–3 сайта в год, никаких обязательств.

Примерно к 30-ти годам всё изменилось. Во-первых, у меня родилась дочь. Что ни говори, а отношение людей к жизни в большинстве случаев сильно меняется, когда у них появляются дети. Во-вторых, моя любимая работа перестала радовать после того, как меня повысили в должности. В один прекрасный момент я взвесил все «за» и «против» и решил, что изменю свою деятельность и буду заниматься программированием.

Смена профессии

Как раз в тот момент проходила очередная новогодняя акция от GeekBrains, мне удалось закупиться аж на 2 большие профессии «Веб-разработчик» и «Mobile-разработчик». Потом все курсы по профессии «Mobile-разработчик» я перевёл в русло веб-разработки. Почему я выбрал именно GeekBrains, честно сказать не знаю, скорее всего, из-за бесплатного курса «Основы Программирования», который показал, как проходит учебный процесс, и заодно уже чему-то научил.

На первом же курсе началась «жара». Всё вскипело, вся моя жизнь превратилась в одну большую машину, направленную на изучение правильного создания сайтов. Дальше — больше: под наблюдением учителей из GeekBrains я написал свои первые программы на JavaScript и понял, что становлюсь на верный путь — курс за курсом, книга за книгой мой код становился всё лучше. Я ушёл со своей прежней работы и решил подработать на фриланс-биржах.

Применение знаний

Фриланс для новичка — это ужас. Нет планирования — первая и самая главная причина ужаса. Ты думаешь, что ты делаешь работу медленнее и хуже, чем остальная публика, поэтому занижаешь свою ставку, чтобы хоть кто-то дал тебе заказ. Сроки всегда очень сжатые, оценить объёмы ты ещё не в состоянии, иногда ты вообще не понимаешь, что нужно заказчику. Ты сделал работу, заказчик говорит, что ему нужно другое, и ты опять всё переделываешь. И совсем нет защищённости от недобросовестных клиентов. Нужно быть действительно крепким орешком или иметь какой-то пассивный заработок, чтобы выжить в этом “винегрете”. У меня такой возможности не было, поэтому я быстро понял, что необходимо срочно искать свою первую компанию и трудоустраиваться.

Поиски длились долго и жёстко. Сразу хочу сказать, что я устраивался на должность верстальщика в разгар кризиса, мой возраст на тот момент — 30 лет. Я понятия не имел, что такое собеседование, так как более 10 лет бессменно работал на государство. Работу я искал преимущественно на специализированных сайтах, а точнее на сайте, не буду его рекламировать, сами прекрасно знаете на каком.

Без опыта и тем более профильного образования вы в большинстве случаев никому не нужны. Даже за мизерную зарплату в условиях «рабства» придётся побороться. Первые мои собеседования быстро заканчивались, оставляя в душе «осадочек» и… 10-20 пунктов, которые надо разобрать. Весь «смак» заключается в том, что нет никакого стандарта собеседований, все компании их проводят в целом одинаково, но в деталях настолько по-разному, что подготовиться к очередному собеседованию становится намного сложнее. В большинстве случаев простого общения и примеров из портфолио недостаточно, и компании придумывают тестовые задания. Я и не знал, что если ты вплотную занялся трудоустройством, то ты просто физически не сможешь работать — будешь ходить на собеседования и выполнять тестовые задания. Так прошло 2 месяца…

Первая работа

Признаюсь, я уже хотел плюнуть на всё — на собеседования я приходил, как к себе домой, появилось некоторое безразличие в общении с принимающей стороной. И вот, прохожу прихожу в очередную фирму, выполняю тестовое задание прямо в офисе и получаю свою первую должность верстальщика! Ура!

Работать в компании оказалось в разы проще, чем на фрилансе. Ты не связан с заказчиками и не занимаешься организационными и другими вопросами — ты просто делаешь свою работу. В каждый новый проект я старался вносить какие-то новшества, которые не переставал черпать из статей, книг и интернета. Бывало, я освежал свою память и пересматривал некоторые уроки, которые я уже прошёл на GeekBrains. Постепенно я начал понимать, как верстать быстро и качественно, и все мои старания перешли в область программирования.

Замечу, что я не останавливал своё обучение ни на секунду. Когда ты работаешь, учиться ещё легче: огромный спектр задач расширяет твои возможности. Я успевал выкрадывать время на прохождение новых курсов GeekBrains по темам, которые мне были необходимы. Это помогло снизить порог вхождения в язык PHP и CMS Битрикс, широко используемую в России и СНГ.

Прошло полгода, и я снова начал брать заказы на фриланс-биржах и от знакомых, но теперь работать с заказчиками стало намного проще. Используя планирование, я мог оценить время, затраченное на проект, и работу делал намного качественнее, чем раньше. Стали появляться фирмы-заказчики, которые специализируются на разработке проектов удалённо, и фриланс перестал мне казаться таким “колючим”.

Новый опыт

Я сменил место работы и ушёл в один крупный проект в качестве фронтенд-разработчика. К сожалению, через полгода руководители распустили всю команду, не поделив что-то с заказчиками. Я снова искал работу, но уже избирательнее и осторожнее. И вот спустя несколько различных собеседований и тестовых заданий меня позвали в ООО «Газпром Комплектация». С октября 2016 года я являюсь сотрудником этой компании и успешно выполняю задачи, связанные с разработкой сайтов.

В заключении хотелось бы всем пожелать успехов в выбранном вами направлении. Не сдавайтесь, не унывайте, боритесь и побеждайте, учитесь, учитесь, учитесь — GeekBrains поможет вам в этом.

Удачи!

Спасибо GeekBrains за представленный материал.

С программированием я познакомился в институте. Обучали нас на Basic, но меня это мало интересовало. Потом я немного поработал c CSS, немного побаловался с JavaScript. Но меня это так и не зацепило.

Несколько лет спустя меня посетила идея написать приложение для iOS. Я начал искать, кто мне смог бы помочь написать его. К сожалению, знакомых, увлекающихся таким занятием не оказалось. Я начал искать компании по мобильной разработке, которые пишут приложения для iOS. И каждый раз меня сильно удивлял ценник.

В тот момент я стал понимать, что писать приложения на заказ — прибыльный бизнес. В 2016 году рынок мобильных приложений оценивался в 50,9 миллиардов долларов, а прогноз на 2020 год гласил, что предполагаемый рост составит около 100 миллиардов долларов. Эти цифры немного отличаются у разных исследователей, но очевидным остается то, что мобильный рынок действительно масштабен. Приблизительное число разработчиков мобильных приложений — 2,3 миллиона человек, а это означает, что каждый восьмой из всех разработчиков в мире создаёт мобильные приложения.

С этого момента я начал изучать программирование основательно. Для начала я записался на курсы от школы «Специалист». Но после первой ступени я стал чувствовать, что эти курсы не дают мне того, что я хочу — всё было очень поверхностно. После этого я нашёл курсы GeekBrains и зарегистрировался на бесплатный онлайн-курс «Основы программирования». После 4 уроков я был сильно смотивирован учиться дальше, ведь я уже мог делать простые вещи на JavaScript. Я подумал и купил профессию «Разработчик iOS». Перед началом занятий я ещё успел пройти несколько уроков Алексея Скутаренко.

Обучение на GeekBrains сначала давалось легко, но со временем нагрузка вырастала и становилось всё тяжелее. Отдельное спасибо преподавателю, Гор Авакян, он старался объяснять всё чётко и грамотно. Закончив курсы, я написал несколько приложений для себя, чтобы эффективнее заниматься спортом и просто так, для практики. Опубликовать так и не решился. Затем меня пригласили на несколько собеседований. Но я понял, что Junior’ы мало где нужны. К тому же всё это время я работал совсем в другой сфере, эта работа меня отвлекала от программирования и я потихоньку стал забрасывать.

Однако желание быть связанным с разработкой под iOS меня не покидало. Через некоторое время я сходил на Meet-up в Mail.ru. Пообщавшись с разработчиками, меня вновь потянуло «кодить». Чувство, когда ты написал код и он работает — это действительно круто!

На этот раз я решил не искать работы, а создавать её. И открыл компанию IosDevClub — стартап в IT-Инкубаторе GeekBrains для разработчиков iOS. Я планирую искать людей с идеями приложений и реализовывать их. Пока этот стартап является «флагмаским направлением», впоследствии я планирую также набор Android-разработчиков, но это лишь «вершина айсберга», второй ступенью будет создание приложений с дополненной реальностью (augmented reality app) и систем, включающих Internet of Things.

В сегменте дополнительной и виртуальной реальности к концу 2016 года ожидается ещё большее оживление. Устройства OculusRift от Facebook, HoloLens от Microsoft и Gear VR от Samsung, по мнению специалистов отрасли, поставят отправную точку в развитии AR/VR-платформ. Тогда же станет понятно, на какую технологическую базу они будут опираться. Аналитики AppAnnie прогнозируют, что в ближайшем будущем наибольший интерес поклонники AR/VR-гаджетов по-прежнему будут проявлять к играм. Однако в перспективе виртуальная реальность охватит и новые сферы, такие как средства связи и СМИ.

В 2016 году рынок виртуальной реальности пополнится не только новыми более совершенными устройствами. Чрезвычайно востребованными окажутся перспективные молодые программисты, которые смогут разрабатывать программы и приложения под конкретные типы устройств и платформы.

А в нашей команде уже есть очень хороший дизайнер и несколько хороших разработчиков. Сейчас мы работаем над заказом, который скоро должен быть опубликован!

Совет всем: мир программирования очень широк, нужны и кодеры, и архитекторы, и дизайнеры, и ещё много кого. Ищите себя, выбирайте, что больше нравится и развивайтесь!

P. S. С вакансиями IosDevClub можно ознакомиться здесь. Будем ждать и работать!

Спасибо GeekBrains за представленный материал.

На этом мероприятии Франц Тост пригласил Владимира на стажировку в Италию.

17 ноября Франц Тост и Даниил Квят, пилот команды Scuderia Toro Rosso, приезжают в МФТИ, и вы можете задать им интересные вопросы. Авторы лучших вопросов получат фирменные призы и приглашение на втречу с Франце Тостом и Даниилом Квятом. Подробности о конкурсе — в конце статьи.

С Владимиром встретилась журналистка Физтех.Радио Валерия Муравья и узнала, как студенту из России удалось попасть в известную гоночную команду,чем живут в итальянской Фаэнце и почему Формула 1 — это самый высокотехнологичный вид спорта.

Добрый вечер, Владимир. Расскажи, пожалуйста, немного о себе, откуда ты родом, как попал в МФТИ?

Добрый вечер. Я родом из Санкт-Петербурга. Еще когда я учился в Физико-технической школе Санкт-Петербургского Академического университета я увлекался математикой, физикой и другими техническими науками. После окончания школы я сразу решил поступать в МФТИ, так как именно здесь я бы смог продолжить активно заниматься тем, что мне интересно.

С выбором факультета дела обстояли немного сложнее, выбирать пришлось между Факультетом инноваций и высоких технологий (ФИВТ) и Факультетом управления и прикладной математики (ФУПМ), но так как мне были интересны такие направления, как искусственный интеллект и машинное обучение, меня заинтересовала группа доктора физико-математических наук, профессора РАН, заведующего отделом Интеллектуальных систем ФИЦ ИУ РАН Константина Вячеславовича Воронцова которая была на ФУПМ-е.

Можешь рассказать о том, как ты узнал о приезде руководителя команды Scuderia Toro Rosso Франца Тоста в Долгопрудный и познакомился с ним?

Это очень интересная история. Как и все современные студенты, я сидел в ВК и вдруг увидел объявление исполнительного директора «Физтех-Союза по поддержке и развитию МФТИ» Алексея Золотарева, в котором говорилось, что “к нам в Долгопрудный на пару часов приедет руководитель гоночной команды Scuderia Toro Rosso, и если вы хорошо знаете английский язык и любите Формулу 1, то у вас будет уникальная возможность лично пообщаться с Францем Тостом”. С детства вместе с отцом я смотрю Формулу 1, и английский у меня был на приличном уровне. Поэтому я, не долго думая, написал Алексею и в итоге оказался в ресторане «Теория Кухня&Bar», где проходило интервью Франца.

Еще до самой встречи я знал, кто такой Франц Тост, знал, что он очень уважаемая и известная личность в мире Формулы 1, и я был невероятно рад возможности познакомиться с ним лично, узнать, как устроены команды Формулы 1 и сами гонки «из первых уст».

После интервью Франца мы провели для него небольшую экскурсию по кампусу МФТИ, рассказали про наш вуз, его историю, направления исследований, которые тут ведутся, и действующие лаборатории. В общении с Францем я отметил для себя его невероятную заинтересованность гонками. Я уверен, что про «внутреннюю кухню» Формулы 1 его расспрашивали огромное количество раз и, несмотря на это, он сохранил очень живой интерес к своему делу. На мой вопрос про программу стажировок в STR Тост отреагировал очень доброжелательно и рассказал, что такая программы в Scuderia Toro Rosso есть и они с радостью рассмотрят мою кандидатуру.

После экскурсии по кампусу МФТИ как ты построил свое взаимодействие со Scuderia Toro Rosso?

После экскурсии и после окончания Гран-При России, которое прошло в октября 2014 года, в Acronis мне помогли с контактами HR-службы Scuderia Toro Rosso, и я написал им. Мне ответили, что отбор на программу стажировок стартует только в 2015 году, и мне стоит связаться с ними в марте.

В марте я связался с HR-службой Scuderia Toro Rosso, и мне назначили дату первого Skype-интервью. Первое интервью-собеседование со мной проводил сотрудник HR-службы. Вопросы в основном были о моем образовании, о том, как я узнал про стажировку, моих увлечениях, в общем всем том, о чем расспрашивают всех соискателях на подобных интервью. У меня получилось хорошо себя показать, и я прошел на второй этап, где мне был предложен выбор из нескольких отделов, нуждающихся в стажерах.

Второе интервью со мной проводил уже руководитель группы анализа конкурентоспособности, на стажировку куда я подавал запрос. Он спрашивал уже более технические вопросы, например, о том, что я знаю про GPS и геолокацию, потому что с подобного рода данными я должен буду много работать во время своей стажировки. Я понимал, что в течение гонки каждая команда анализирует огромное количество информации, и всю ее можно разделить на два больших блока. Первый блок — это информация с сотен датчиков, установленных на болидах команды. Второй блок — это показания с GPS датчиков на болидах команд-противников. Данных из второго блока, как очевидно, намного меньше, но анализируя их, можно разгадывать тактику соперника, определять его манеру вождения и на основе этого представить рекомендации своим пилотам.

После второго интервью меня попросили подождать ответа, спустя пару недель мне сообщили, что берут на стажировку. Я был невероятно рад. Только представьте, я смотрел гонки Формулы 1 с 1994 года, когда их впервые стали показывать по ТВ, и вот мне сообщают, что я поеду в Италию и все лето буду работать в команде Формулы 1. Можно сказать, что сбылась моя мечта детства.

Пригодились ли тебе какие-то из знаний, полученных на Физтехе?

Что мне нравилось в программе стажировок Scuderia Toro Rosso, так это то, что здесь от тебя не требуется заниматься только программированием. В моей работе присутствовало огромное количество различных задач, в которых требуются знания из области фундаментальных наук. По своей сути, геолокация и переложение обработанных сигналов с GPS строится на базе аналитической геометрии и линейной алгебры, а эти предметы на ФУПМ-е преподают на очень высоком уровне, так что мне это очень сильно помогало.

Расскажи пожалуйста непосредственно о своей стажировке, какие задачи ставили?

В июле я сдал государственные экзамены в МФТИ и за пару дней до даты начала стажировки отправился в Италию, чтобы немного обжиться, осмотреться в городе. В первую неделю стажировки я входил в курс дела, знакомился с командой, разбирался, как все устроено и какими будут мои задачи. Формула 1 – это самый высокотехнологичный вид спорта, с очень большим количеством специфических вещей, поэтому войти в курс дела сходу было не так уж просто. На первых порах мне очень помог стажер из предыдущего набора, на чье место я пришел. Он мне подробно рассказал о тех задачах, которыми он занимался и сейчас передает мне.

Как я уже говорил, согласно правилам, в гонке с болидов всех команд мы можем получать только GPS координаты и время, а с наших болидов мы получаем терабайты данных с сотен датчиков, вроде давления в шинах и температуры двигателя. Для того, чтобы анализировать, где находятся и как себя ведут наши болиды в сравнении с конкурентами, необходимо расшифровать доступные нам данные с машин конкурентов, строить их траектории движения по трассе и на основе этого давать рекомендации нашим пилотам, Максу Ферстаппену и Карлосу Сайнсу-младшему. Это очень важно, и, например, в команде Scuderia Ferrari таким анализом занимается целый отдел, который состоит примерно из 20 человек.

Гоночный уик-энд в Формуле 1 начинается со свободных заездов, которые проходят в основном в пятницу. В этот день в паддоке уже вовсю кипит работа. Часть команды, которая выезжает на все этапы, приезжает еще в начале недели и разворачивает инфраструктуру команды. Наша группа анализа конкурентоспособности в этот момент находится в Фаэнце и работает с данными удаленно, используя инфраструктуру фабрики. Пятница — это единственное время, когда команды имеют возможность по-настоящему настроить свои болиды. Поэтому, анализируя данные болидов других команд, мы можем увидеть, как они ведут себя на трассе, на каких участках они быстрее, на каких медленнее, и самое главное мы можем примерно оценить их настройки на гонку.

В субботу, когда проходят квалификационные заезды, сравнивая данные наших пилотов с конкурентами, мы можем подсказывать, как следует проходить те или иные повороты, чтобы улучшить свое время круга.

Наконец, в воскресенье проходит сама гонка и мы постоянно анализируем показания конкурентов, которые идут перед нашими болидами. Например, когда болид Scuderia Toro Rosso идет за Ferrari мы анализируем, как пилот Ferrari проходит повороты, когда тормозит, когда разгоняется, какие повороты срезает, в какие наоборот проходит шире, и сравниваем эти данные с данными на нашем болиде. Поняв, как и какие повороты нужно проходить, чтобы быстрее выйти и обогнать его, мы скидываем эту информацию в общий чат. Гоночный инженер по радиосвязи передает эти данные пилоту.

Кроме анализа показаний GPS конкурентов, со временем у меня появилась еще одна интересная задача. Я занимался построением моделей деградации шин. Сегодня шины в Формуле 1 – это очень важная составляющая победы, так как, выбрав правильный комплект резины, ты можешь выигрывать по 2-3 секунды с круга, а это невероятно много. По сути, шины это практически единственный параметр, который можно менять по ходу гонки. Нельзя сменить мотор, нельзя провести дозаправку, нельзя заменить пилота, можно лишь минимально изменить аэродинамику и сменить комплект резины. Так как по ходу гонки шины изнашиваются, а каждый заезд на пит-лейн обходится пилоту в 20-25 секунд, выбор удачного момента для их смены может дать огромный выигрыш. К моменту моей стажировки у Scuderia Toro Rosso уже была построена простая модель, и одной из моих задач стала ее доработка и усложнение на основе тех данных, которые были собраны.

Были ли какие-то сложности в работе?

Был небольшой языковой барьер. Я чувствовал, что мне не хватает знания итальянского языка. В Scuderia Toro Rosso сформировалась интернациональная команда, мой непосредственный шеф — Гиём и мой коллега Чарли были из Франции, а другой мой коллега Роберто — из Италии. Между собой они как правило общались на итальянском. На английском общались только со мной. Я знаю, что для сотрудников, у которых контракт на срок более одного года, команда оплачивает языковые курсы, но так как я был в команде всего три месяца, я бы не успел хорошо освоить итальянский.

А ты можешь рассказать, есть ли сейчас в Scuderia Toro Rosso постоянная программа стажировки для студентов?

Да, у команды есть постоянная программа стажировок, но она рассчитана, в первую очередь, на европейских студентов.

Для меня, в каком-то смысле, было сделано исключение, и я стал единственным стажером Scuderia Toro Rosso из России. Во многом это связанно с тем, что исторически Формула 1 — это европейский вид спорта и его популярность в России начала расти только в 2010 году, когда появился первый российский пилот — Виталий Петров, а затем в 2014 году появилась трасса в Сочи и прошло первое Гранд-При России. Отдельно хотел бы поблагодарить Сергея Белоусова и команду Acronis за то, что пригласили Франца Тоста в МФТИ и помогают нашему вузу развивать подобные международные партнерства.

Ты можешь подвести итог своей стажировки?

Прежде всего, это бесценный опыт работы в совершенно другой атмосфере, с людьми с совершенно другим менталитетом. Это очень полезный опыт. Меня очень сильно удивило то, что, начиная с самого первого дня стажировки, я был включен в работу, и речь шла не просто о формальной работе, а о реальных задачах, которые сразу же находили реальное применение в рабочем процессе.

Еще один навык, которые я приобрел за время стажировки, это навык программирования на Python. Не смотря на то, что я приходил в команду не как простой программист, мне все-таки приходилось писать код. Нужно было разрабатывать методы, которыми мы анализировали данные GPS, о которых я говорил выше, и раз я их разрабатывал, то и писать под них код нужно было тоже мне. То есть я разрабатывал метод, писал под него код и передавал своим коллегам, а они, в свою очередь, проверяли его и дорабатывали в случае необходимости.

Ты использовал полученные знания и данные при написании своей квалификационной работы?

Мысль написать квалификационную работу на основе тех знаний и данных, которые я получил в Scuderia Toro Rosso были. Более того, команде понравилось наше сотрудничество, они готовы были предоставить данные при условии подписания договора о неразглашении, и даже интересовались, хотел бы ли я продолжить с ними работать после окончания МФТИ. Но, к сожалению, тема моей студенческой работы пока не достаточно актуальна для моей кафедры МФТИ.

Видишь ли ты свое будущее в Формуле 1?

Это сложный вопрос. Но я знаю, что скоро, 17 ноября Франц Тост и Даниил Квят приезжают на Физтех по приглашению Acronis с единственной в России открытой лекцией и только для МФТИ, в честь юбилея Физтеха. Я бы хотел встретиться с ними на мероприятии и пообщаться по поводу вопроса моделирования деградации шин. Ведь когда я был на стажировке, я только закончил третий курс, и не обладал тем багажом знаний в области построения статистических и предсказательных моделей, которым обладаю сегодня, защитив бакалаврскую и учась на пятом курсе. Мне кажется, мой опыт может быть полезен. И, если каким-то образом получится реализовать этот проект, то это было бы очень круто. Я даже знаю нескольких ребят на Физтехе, которым тоже очень интересно участие в нем.

А поддерживаешь ли ты сейчас связь с кем-либо из команды?

Да, я поддерживаю связь через Facebook с членами нашей группы. Это очень увлеченные гонками люди, тот же Роберто до попадания в Scuderia Toro Rosso работал в итальянской гоночной команде MotoGP Ducatti, поэтому у нас находятся общие темы для разговоров. Вообще в Европе, и особенно в Италии, гонки — это невероятно популярный вид спорта, который может соперничать с футболом.

Что ты можешь посоветовать студентам, которые тоже захотят попасть на стажировку в Scuderia Toro Rosso?

Самое главное — не бояться проявить инициативу и подать заявку на участие в стажировке. Ведь если сидеть сложа руки, ничего не получится. Не стоит бояться того, что это другой мир, целая индустрия. До попадания на эту стажировку у меня не было ничего, кроме сильного желания попасть в команду, и базовых знаний, которые я получил на Физтехе. Дерзайте, у вас обязательно получится!

Для участия в конкурсе вам необходимо задать вопрос через эту форму. Даниил Квят обязательно ответит на самые интересные вопросы, их авторы смогут посетить Public Talk в МФТИ и получить открытку с автографом Даниила, а автор лучшего вопроса получит ценный приз с символикой мероприятия!

Выражаем благодарность команде Физтех.Радио за подготовку материала.

Конкурс завершен! Победителями стали:

1 место (призы: футболка и открытка с автографом): Орешников Алексей Юрьевич.

2-5 места (приз: открытка с автографом): Зезюлинский Владимир Николаевич, Давлетов Вадим Мухамедьярович, Тарасов Павел Александрович, Денисенко Антон Андреевич.

Поздравляем победителей! Организаторы конкурса свяжутся с вами в ближайшее время.

Детство

Когда деревья были большие, трава зеленее, школа десятилеткой, а мне 12 лет, ко мне подошёл заведующий внешкольной работой и сказал: «Пойдем». Куда и зачем, я не спросил, но молча пошёл за ним. Он меня привёл к железной двери, которая охранялась сигнализацией, и доступ туда был открыт только старшеклассникам и исключительно под присмотром учителей. А такие, как я, могли разве что подсматривать в приоткрытую дверь, пока старшие ученики заходили на урок. Это был компьютерный класс, один из самых крутых на тот момент в нашем городе. В нем были установлены 12 компьютеров БК-0010.

Оказывается, в школе было решено организовать компьютерный кружок для средних классов, и я попал в число избранных первых 12 человек. На первом занятии, чтобы освоиться, преподаватель просто ставил различные игры (с помощью 5-ти дюймовых дискет со своей машины) и мы с любопытством впитывали то, что большинство из наших друзей видели только по телевизору. На втором занятии мы начали изучать первый свой язык программирования «Фокал». Мы учились рисовать, используя первые свои выученные операторы «SET», «TYPE», «XECUTE» и функции «FP», «FV».

После этого я «заболел», думать ни о чем другом не мог. Просто «поиграть на компьютере» мне стало не интересно. Я завёл толстую тетрадь, в которой нарисовал точную копию клавиатуры. Я вклеивал в тетрадь листы миллиметровки с рассчитанным размером по разрешению экрана, на которых я рисовал картинки, чтобы легче высчитывать координаты точек и переводить в программный код. Каждая программка записывалась в тетрадь, а потом я тренировался её набирать на своей нарисованной клавиатуре, чтобы на занятии в школе успеть всё ввести в компьютер.

Я понял, что можно делать больше, чем рисовать. Я написал свою первую игру «Угадай число», затем пошли множество версий «Змейки», «Марсов», «Лабиринтов». Особой популярностью в школе пользовалась моя программка, выводящая графики различных биоритмов.

Интернета тогда не было, поэтому я почти жил в библиотеке и читал о компьютерах всё, до чего могла дотянуться моя «понималка». Это заметил преподаватель, и я стал единственным в школе, кому позволялось быть в компьютерном классе в любое время. Мне разрешалось присутствовать на всех «чужих» уроках, оставаться в классе на переменах, а когда преподавателю надо было уйти на время, он просто закрывал меня в классе на ключ.

Я был в 7-ом классе, а информатика начиналась в 9-ом. Были олимпиады за 9-ый класс, но дальше городской меня не пустили из-за разрыва в знаниях математики в два класса. Я ждал 9-ый класс. Именно тогда я почувствовал, что самая лучшая учёба, это когда тебе предоставляют все условия и не мешают, а увлечённость своё дело сделает. Это то, с чем помог мне мой первый учитель информатики.

Оставалось одно лето до 9-го класса, когда мы переехали в другой город. Компьютеров в той школе не оказалось, а информатику мы изучали по картинкам. Программистом я не стал… Не знаю почему. Может, из-за 90-ых, когда учёба стала не в чести. Может, «переходный» возраст и конфликты с учителями. Может, просто рядом не оказалось того, кто направит.

Зрелость

Когда мне стукнуло 18 лет, на свои кровно заработанные я купил свой личный первый компьютер. Это был Spectrum-128, с монитором и двумя дисководами под 5-ти дюймовые дискеты.

И тут меня опять «понесло»: череда мелких игрушек сначала на бейсике, затем, когда стало не хватать производительности — ассемблере. Потом моя первая «не игрушка», программа для ведения склада и финансового учёта, когда я впервые по-серьёзному столкнулся со структурами данных, форматом их хранения и необходимостью как-то выкручиваться в условиях имеющихся ресурсов. Но и тут — в 20 лет я молодожён, и семейные потребности вытеснили программирование в статус «былого хобби».

Переломный момент

Следующий компьютер у меня появился, когда мне было уже 35 лет. Как и раньше, меня привлекали игры. Я играл во всё: от замороченных тетрисов до ММОРПГ. И, конечно, меня снова начали посещать мысли о написании своей игры.  Набрав книг для чайников, я начал вникать в новые для себя азы написания кода. И тут я понял, что сам не справлюсь.

За эти годы многое изменилось. 15 лет для IT-индустрии — это вечность. IT-индустрия покинула среду избранных и расширила свой ареал доступности массам. Хорошую программу уже невозможно написать в одно лицо, это стало возможностью сработавшихся команд. Изменились требования к продукту, изменился подход к его созданию. А самое трудное, что для меня оказалось камнем преткновения — это другое мышление, всё стало по-другому. Учитывая, что последний десяток лет я зарабатывал музыкой и мозги работали вовсе не в сторону вычислений и логики, я упёрся в тупик.

И вот, в 36 лет, ради своего хобби, я решился пойти учиться программированию. Изучив просторы интернета, я нашел ближайшую компьютерную академию, в которой через три дня начинался учебный сезон. Там мы изучали весь диапазон востребованных и сопутствующих им IT-технологий. Там же я определился с направлением — .NET.

2,5 года учебы, дипломная работа на тему «Браузерная онлайн игра», идеи маленьких стартапов, посещение конференций по геймдеву… Но опять жизнь внесла коррективы. События Юго-Востока сделали меня переселенцем, где год я прожил не только без интернета, а даже без компьютера, а случайная травма руки сделала проблемной возможность зарабатывать тем, чем я зарабатывал последние 12 лет — музыкой.

Когда жизнь меняется в 20 лет — это одно. Оказаться далеко от дома, который обживал долгим трудом и оказаться без возможности зарабатывать тем, что умеешь, в 39 лет — это катастрофа. Но «show must go on», и я стал думать, какие навыки я могу использовать и во что готов влить свою дальнейшую жизнь.

Программирование? Иностранный гражданин, высшее образование — 2 курса, опыт — дипломная работа. Какие шансы найти работу программистом?

Первые попытки

Первое, что я сделал — зарегистрировался на сайтах вакансий, изучил их. Сначала пытался искать стажировку, но когда увидел, что их по сути нет, стал откликаться на вакансии, в которых, на мой взгляд, было не так много требований. Первый раз нажать на кнопку «откликнуться» решался около часа. Но потом подумал, что терять нечего, а приобрести что-то, может, и получится. Помню, как волновался, когда пришло первое письмо от HR-менеджера с просьбой перезвонить. За три дня до первого собеседования прочитал две книги: одну по C#, вторую по SQL. Потом второе собеседование, потом третье…

Какие-то заканчивались на вопросе о гражданстве, какие-то длились по часу-полтора с чередой общих и технических вопросов. Идя на очередное собеседование, я знал, что мне там ничего не светит, но каждое собеседование добавляло опыт и знания: какие вопросы могут задаваться, как себя вести. Я не стеснялся тратить время работодателей, но зато теперь я знал, что им нужно, их любимые вопросы и ответы, которые они хотят от меня услышать.

После одного из очередных собеседований я осознал, что все мои знания и умения ничто по сравнению с тем, что надо знать и уметь. Также мне необходимо было создать портфолио. Поэтому следующим моим шагом было «закрытие» резюме. Я перестал откликаться на вакансии и решил потратить время на подготовку к следующему этапу череды собеседований. Я составил список из требований, описанных в вакансиях, записал много «умных» слов в блокнот и стал искать, как получить все эти знания.

GeekBrains

На просторах сети нашел несколько образовательных ресурсов, которые привлекли моё внимание. Одним из них был IT-портал GeekBrains.ru. Одним из множества плюсов была возможность стажировки, которую я так искал. Поэтому я долго не думал и купил весь курс.

Особенно мне запомнились уроки по мини-играм. Вёл их человек азартный к своему любимому делу, он заражал своей увлеченностью и любил игры, как и я. Те три программы, написанные за курс, стали первыми в моём «репозитории» портфолио. Но демонстрировать мини-игры на собеседованиях мне показалось как-то несерьезно, а приглашение на стажировку от GeekBrains пока не приходило. Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе.

Я решил устроить себе стажировку самостоятельно. Дал объявление, в котором написал, что хочу создать небольшую команду для написания совместного проекта в портфолио. Откликнулось 12 человек, из которых через три недели осталось 5. Вот где я получил колоссальный опыт командной разработки! Пришлось перечитать кучу статей по методологиям. Я был и PM, и архитектором, и разработчиком. Раз в неделю у нас проходил митинг. Проект делался 4 месяца, по вечерам после работы. Был реализован сервис по мониторингу GPS трекеров: был написан сам сервис по приёму сообщений от трекера, эмулятор трекера на WPF, клиент на ASP.NET MVC 5 и даже простенькое приложение для Android, которое высылало сообщение со своими гео-координатами на сервер. Мы впервые узнали о «SPA» и попробовали «ReactJS». Были трудности, многое для нас было в первый раз, чему нас нигде ещё не учили. Наш невысокий уровень тоже давал о себе знать. Но глаза боятся, а руки кодят. Всё работало и это радовало!

И вот нам всем пришло приглашение на стажировку от GeekBrains. То, к чему мы приходили с опытом, интуитивно, теперь обрело чёткую форму, стало раскладываться по полочкам. Евгений Картавец провёл нас по всем этапам разработки именно так, как это происходит в большинстве IT-компаний. А наше портфолио пополнилось ещё одним проектом! Это был «краулер» по сбору статистики с веб-страниц, где так же использовались технологии, знание которых на сегодняшний день востребованы на рынке труда.

Сомнения

Но вот чем больше я вникал в сферу IT, тем больше у меня была паника. Тем больше спрашивал себя: «Куда я лезу?» Насколько мне далеко до необходимого уверенного уровня. Как понять, правильное ли я принял решение — стать программистом. Да ещё и работу найти по этой профессии?

Чем дальше, тем чаще у меня возникала ассоциация: сорокалетний человек, самоучкой поиграв год на скрипке, приходит устраиваться в симфонический оркестр. У меня не было времени на естественный процесс «становления профессионалом», как у студентов ВУЗов. Их путь мне надо было пройти даже не в два, и даже не в три раза быстрее. Пока стоишь на остановке, достаешь планшет, чтобы прочитать ещё одну страницу «Совершенного кода». Даже если ехать одну остановку, успеваешь посмотреть примеры работы с библиотекой.

За то время, что я создавал портфолио, я прочитал книги ведущих гуру мира IT, изучил паттерны проектирования, узнал о бест-практиках написания кода, посетил две конференции по .NET. Писать код стало моей потребностью, а Habrahabr и StackOverflow — любимым чтивом. В какой-то момент я осознал, что учиться можно бесконечно и всё равно всегда будешь чувствовать себя не готовым. Поэтому я снова расшарил резюме.

Результат

Первые два звонка закончились на вопросе о гражданстве. На третьем меня пригласили на собеседование. Фактически работодатели не задавали мне новых вопросов, которые я бы не слышал на предыдущих собеседованиях. Но потом была просто беседа. Они поинтересовались проектами, в которых я участвовал, участками кода, почему именно эта библиотека, преимущества-недостатки. На втором этапе дали тестовое задание, которое надо было сделать к концу недели.

Сейчас закончился второй месяц испытательного срока, и теперь я полноценный трудоустроенный .NET-разработчик. Мне 40 лет. Чтобы тебе дали проект на разработку, как архитектору, сколько надо времени? Я думаю, у тебя получится сделать это быстрее… Если ты, прочитав статью, всё ещё сомневаешься, я поясню:

Как стать программистом?

Когда пианист подходит к роялю, он уже слышит музыку, которую он хочет сыграть. Он слышит динамику, каждый звук, каждую интонацию музыкальной фразы. Он знает, как своей рукой извлечь именно такой звук. А самое главное, он чувствует потребность сыграть то, что он слышит. Он хочет, чтобы окружающие тоже это услышали. Если ты подходишь к клавиатуре так же, как этот пианист, то для тебя нет другого пути, кроме как стать программистом. Будешь ли ты выдающимся разработчиком, зависит от того, как много времени ты тратишь на постоянное изучение и развитие.

Как стать работающим программистом?

Для того, чтобы трудоустроиться, твои навыки должны быть востребованными. Чтобы навыки были востребованными, нужно знать и уметь то, на чём работодатель сможет заработать. Чтобы знать и уметь, нужно учиться и кодить, кодить и учиться…В твоей жизни никогда не будет момента, когда ты с уверенностью скажешь себе: «Я всё знаю». Нынешнее «знаю и умею» через год может быть никому не нужным, именно поэтому важно выбирать ресурсы, где тебя будут учить новому «знаю и умею».

Как стать работающим программистом в 40 лет?

Предыдущие два ответа умножай на 10. Не получается — умножь на 100. И помни, работа тебя найдет. Приходя на собеседование, сидя в офисе, я всегда вслушивался, чувствую ли я себя «Дома»? Придя на последнее собеседование, я знал, что буду здесь работать, потому что я был Дома.

Записаться на бесплатный курс «Основы программирования» от GeekBrains.

Молодой WordPress

Это была чистая установка движка WordPress с популярной темой Bliss, которая впоследствии была значительно переделана.

WordPress занимает второе место в рейтинге самых ужасных технологий по версии пользователей StackOverflow — и это совершенно не зря. Ядро, разработанное озверевшими индусами, и сторонние плагины, случайно созданные африканскими пятиклассниками в ходе попытки разжигания костра, из коробки не выдерживают и малейшей нагрузки.

В общем, наш сайт с треском упал через минуту после публикации ссылки на него в сообществе. И нам пришлось позвать человека-надо-было-ставить-линукс — Александра Фольца и теперь уже нашего сотрудника.

Стал администратором инфраструктуры типичного я чисто случайно. На тот момент я уже работал в ТП редактором в течение нескольких месяцев. Как мне помнится, всё началось с просьбы нашего главного типичного настроить небольшой php-скрипт. Задание было весьма тривиальным, и я подумал: почему бы и нет? Получив кое-какой первоначальный доступ, я был удивлён весьма плохим состоянием инфраструктуры (как оказалось, этим просто было некому полноценно заниматься).

После нескольких небольших задач мне предложили постоянное место. Помнится, я потратил с месяц на доведение всех параметров инфраструктуры до актуального состояния (обновление, автоматизация некоторой рутинной работы). Сначала я контролировал всё вручную, но потом мы стали разрастаться — мне пришлось использовать Icinga (форк nagios) для контроля всех основных параметров. Возможно, кто-то скажет, что целая система мониторинга «для небольшого сайта» — это перебор, однако спешу вас уверить, мы больше, чем кажемся.

Пожалуй, отдельного упоминания заслуживает веселье в начале этого года, которое связано с DDoS-атаками на tproger.ru. Нам пришлось экстренно переходить за CloudFlare, что, в свою очередь, породило кучу жарких споров в своё время. Главное в таких делах — вовремя приходить к консенсусу. Также мы получали множество угроз от весьма сомнительных личностей. Один раз я даже ночевал на работе из-за проблем с сайтом.

Сейчас мы развиваемся более равномерно, чем раньше, а скоро планируем очередное расширение инфраструктуры для повышения стабильности работы нашего проекта.

Конечно, без 100 грамм и трех уровней кеширования на WordPress высоконагруженный проект не запустить, но эта CMS стала самой популярной не просто так: оценить такие вещи стоит не только с позиции программиста, в команде есть и много других людей. Да и бизнес обычно не терпит долгие ожидания.

«Если вы запустили первую версию продукта, и вас ничего в ней не раздражает, вы запустили её слишком поздно» — Рид Хофман, основатель LinkedIn.

C тех пор утекло немало воды. Текущую версию вы видите прямо сейчас. Можете убедиться в том, что изменилось почти всё: страницы стали более информативными, поиск стал удобней с переходом на Google CSE, с мобильных всё выглядит так же хорошо, как и с десктопа, появились Push-уведомления и многое другое.

Конечно, некоторые из компонентов удалось скачать бесплатно в официальном магазине WordPress, но далеко не все. На сегодняшний день 80% всех установленных на сайте плагинов писались самостоятельно — в публичном доступе аналогов, сравнимых по качеству с нашими, просто не существует.

Интерактивные статьи

Одним из таких плагинов является движок рубрики «Эксперты»:

Он позволяет любому читателю проголосовать за тот или иной ответ общепризнанного эксперта и, посмотрев на рейтинг, понять: чьему мнению стоит доверять, а чьему нет.

Также важной частью нашего сайта стали викторины и тесты — интерактивные веб-приложения, которые помогают человеку оценить уровень своих знаний и понять, чего он действительно хочет в своей карьере.

К слову, присоединиться к созданию тестов и викторин на добровольной основе может каждый желающий — присылайте материал на admin@tproger.ru.

Дальнейшие планы

Несмотря на большой пройденный путь, Tproger не планирует останавливаться и продолжит вас радовать свежим и интересным контентом. Одним из последних тасков было обновление страницы 404, но впереди нас ждут более глобальные изменения, вплоть до полного редизайна сайта, который мы уже тестируем.

Мы всегда открыты для ваших баг-репортов, идей и предложений: контакты, по которым писать.

Сева рассказал о своем жизненном пути и дал советы другим начинающим программистам.

После публикации в СМИ с ним также связалась компания Mail.Ru Group — сейчас они обсуждают возможности сотрудничества.

Здравствуй, Сева. Я пообщался с твоим ботом, он действительно очень полезный. И сегодня я бы хотел поговорить подробнее о нем и о тебе, как о молодом представителе IT-сферы.

Ну что же, начнем. Сева, расскажи о себе, кто ты такой?

Я Сева, школьник из Удмуртской республики, маленького города Воткинск с населением в 100 000 человек. Я занимаюсь программированием на Python уже полтора года, а в целом программирую с 9 лет. Сейчас мне 14.

Разработку Леонарда начал несколько месяцев назад, она шла с переменным успехом, найти силы, сесть и допилить до готового продукта я смог уже в последние дни. Потом рассказал об этом СМИ, и у бота появились первые юзеры.

Отлично. Сева, скажи, если не секрет, сколько пользователей бот имеет на данный момент?

В первый день мы пробили планку 1000 человек, во второй день заинтересовалось около 500 чел, сегодня же около 400. Интересно, что порядка 94% из них — в Telegram.

ВКонтакте же довольно мало. Во-первых, половина запросов блокируются из-за подозрений на спам. Во-вторых, мне кажется, пользователи ВКонтакте, в отличии от пользователей Telegram, просто не привыкли к ботам.

Бот был серьезным проектом или больше хобби?

Довольно сложно ответить, потому что для меня программирование на данный момент хоть и основное занятие, но и хобби тоже. Я занимался им в последнее время более серьезно, так как хотел показать миру бота в лучшей форме. То есть в последнее время это был серьезный проект, до этого — хобби.

Понятно, какие планы имеешь в дальнейшем? Как планируешь развивать проект?

Планирую создать экосистему телеграм-ботов, т. е. несколько ботов, которые объединены в определенную систему и могут использовать одни и те же данные о юзере.

Это позволит сделать более умную систему, которая позволит удобно работать. Например, пишешь боту с авиабилетами — другой тут же сам выводит информацию по жилью в этом месте.

Довольно амбициозные планы, хочу сказать.

Да, но думаю, если начать это с более простых частей, вроде авиабилетов или поиска жилья, то это будет не так сложно. В дальнейшем можно будет заняться более сложными вещами, например, медициной или какими-то профессиональными сферами.

Хорошо. Скажи мне вот что. Теперь, после такого успеха, о твоем проекте знают твои друзья, одноклассники. Как они к этому относятся? Как относятся учителя в школе?

Как к хобби. Положительно. Гордятся, как и любыми другими достижениями ученика.

Вот некоторые люди считают, что твой возраст на самом деле — просто пиар, а в тени — кто-то серьезный. У тебя кто-то из родственников программист, я прав? Что вообще думаешь о таких обвинениях?

Полный бред. Родители если и помогали, то разве что настроем, бот — исключительно мой продукт, который я с переменным успехом делал последние несколько месяцев.

Тех, кто утверждает обратное — нужно ткнуть в историю коммитов на GitHub.

«Тех, кто утверждает, что автор не я — нужно ткнуть в историю коммитов на GitHub»

Довольно глупо говорить, что этот продукт разрабатывал не я.

Т.е. бот Open Source? А чего не афишировал? Я вот не знал.

Не думаю, что это стоит всегда афишировать.

Боишься, что украдут идею и реализацию?

Нет, дело в том, что я в спешке его доделывал, и там есть некоторые неровные моменты…

Стыдно за код?

Ага.

*смеется*

На самом деле исходники открыты, и я задумывал его таким изначально, чтобы его могли улучшать, но оказалось, что другим код конкретно этого бота не нужен.

Отлично. А какие еще у тебя в жизни есть крупные достижения? Которыми не каждый может похвастаться.

Хм, даже не знаю. В этом декабре я устроился на стажировку в Медузу. Вроде это не так много, но для меня это много значит.

Это моя первая настоящая работа, мне понравилось заниматься реальными проектами и делать что-то нужное людям.

Та самая Медуза? Та, что Meduza.io?

Ага, та самая.

Невероятно, ну и как ты туда попал? Расскажи историю.

Подумал, хорошо бы позаниматься чем-то реальным, написал письмо им на почту — предложил свою кандидатуру на стажировку.

Написал, что я разработчик и готов выполнять какие-то определенные задачи. Мне тут же ответили и пригласили, дали задание.

Так процесс и пошел.

Удаленно?

Да.

И сейчас ты продолжаешь там работать или стажировка окончилась?

Последнее время не работаю из-за занятости, иногда только исправляю старые баги.

Хорошо. Такой вопрос: из страны уехать хочешь? Только честно.

Да, хочу.

Мне интересно было бы работать в Силиконовой долине. Несмотря на то, что это место в качестве желаемого для переезда уже заезжено, я всё равно думаю, что это будет очень полезно для развития не только как разработчика, но и предпринимателя.

В конце концов, кто сейчас не хочет в Долину? Ладно, давай вернемся к твоему более раннему возрасту: как ты понял, что хочешь стать программистом?

Как-то в классе в 1-2 возвращался из школы и увидел объявление о наборе на курсы информатики, записал телефон и уже через неделю начал их посещать. Где-то до 2 класса получил базовые знания, мне понравилось, и я решил развиваться дальше.

Полноценных курсов или обучения IT никогда не проходил.

Сёва, а в олимпиадах ты участвовал? Районных, областных, международных?

Если честно, большого успеха в олимпиадах по спортивному программированию у меня не было. Разумеется, город-то небольшой, так что муниципальный тур я выигрывал, а дальше не шло.

«Недавно я победил в хакатоне GOTO по анализу Big Data»

Тем не менее, я участвовал в соревнованиях по разработке ПО, недавно вот победил на хакатоне от GOTO по анализу Big Data для школьников от 14 лет. Это всё проходило непосредственно в Москве.

Скажи, вот ты сейчас в 8 классе, выпускной не так уж и далеко. Где планируешь учиться в дальнейшем? По твоему мнению, нужно ли программисту высшее образование в принципе? Потому что судя по твоей ситуации — можно обойтись и без него.

Мне кажется, однозначного ответа на этот вопрос дать невозможно хотя бы потому, что программисты бывают разные.

Сам я после школы планирую уходить работать, просто потому что хочу начать развиваться в реальных компаниях, ну и, конечно же, отдельно жить и самостоятельно зарабатывать.

Иногда я думаю о том, что наверное, неплохо было бы поступить в ВУЗ, чисто для получения каких-то математических знаний. Но пока приходится самообучаться и в этой области.

Тем не менее, сам поступать не планирую, но других отговаривать не хочу.

Думаю, подписчики заметят, что твой жизненный путь весьма похож на путь великих людей, вроде Стива Джобса, Марка Цукерберга или Билла Гейста. Как считаешь ты сам?

И Джобс, и Гейтс крутые, но я подражать кому-то не хочу, мне интересно делать свои какие-то продукты и я хочу посмотреть, к чему это приведет. Вдохновлял меня Марк Цукерберг.

Видимо, смотрел «Социальную сеть»?

Конечно.

Хорошее кино. В качестве завершения интервью, посоветуешь читателям 3 фильма, которые обязательно нужно посмотреть?

А чем в 8 классе занимались вы? ?

Ярослав Выговский — школьник из провинциального городка, которому так хотелось делать свои игры, что несмотря на отсутствие интернета, хорошей видеокарты и друзей из IT он начал самостоятельно изучать программирование и 3D.

Ярослав ходил к друзьям с интернетом, выкачивал книги по программированию, ждал наступления ночи, когда его никто не будет отвлекать, и читал их с маленького экрана Nokia N82, которую взял у брата. Нехватка денег, барахлящий 3G-модем, первый «кидок» заказчика, участие в Хакатоне от Microsoft, депрессии и опускающиеся руки — это далеко не все препятствия, через которые ему пришлось пройти на пути к своей первой работе в IT.

Ярослав, как тебе удалось в свои 16 устроиться на работу?

— Я бы и в 15 пошёл работать, но СПД можно оформить только с 16-ти. Пришлось ещё год кантоваться. Я тогда оформил портфолио, написал за три дня сайт-визитку без использования каких-либо фреймворков (кроме jQuery), написал тестовые проекты, научился работать с Github и начал отправлять резюме. Надеялся найти удаленную работу, хотя и не прочь бы найти и офисную — с коллективом легче, потому что есть у кого спросить.

С чего началось твое знакомство с IT?

— В 6 или 7 лет я увидел на прилавке еженедельник «Компьютер» и попросил родителей купить его. Ничего не понимал, но каждую неделю доканывал родителей купить новый номер. Так всё и началось.

Годам к 9 дома появился первый компьютер. Первым моим скриптом был .bat (из того же журнала), который я просто переписал и запустил — мне это тогда очень понравилось. В этом же журнале как-то вышла маленькая статья по HTML, так что я начал изучать верстку.

Ключевой проблемой было отсутствие интернета. Коростень — маленький городок, где с провайдерами всё гладко только если живешь в центре или если есть стационарный телефон.

У нас же дом в частном секторе, поэтому интернета долгое время не было. Только год назад мы подключили тарелку. До этого времени приходилось учить всё через мобильный интернет на маленьком экранчике старой Nokia N82, которую забрал у брата. Я тогда собрал последние деньги, купил карточку, пополнил счет и начал учить HTML.

В 11-12 лет я уже более-менее освоился с HTML и CSS, начал писать первые странички. Но у меня не получалось так красиво, как на некоторых сайтах в сети, которые тогда ещё верстались табличками. Мой мозг тогде еще не мог этого полностью понять, поэтому я взял паузу на полгода.

Потом у меня появился 3G-модем от Киевстар, который за каждый мегабайт жрал бешеные деньги. Модем дико глючил, но я терпел, потому как страшно хотелось выучить это всё, тем более что оно было под таким покровом тайны.

Со временем я освоил позиционирование, научился верстать хедеры, боковые панели, менюшки. Тогда я понял, что мне нужно нечто больше, и решил засесть за «пэху» (PHP).

Моя мать работала в банке. У них там был сисадмин, у которого я попросил для себя какие-нибудь материалы по PHP. Он дал мне курс, который состоял из двух частей — первая по PHP, вторая по CodeIgniter. Наверное, это был ещё неподходящий возраст, потому что я даже первую часть не осилил. PHP отбил у меня всё желание программить. Я тогда подумал, что это вообще не моё, и ну их к черту, эти сайты.

Как тебя потянуло в графику?

— Уже в 13 лет я случайно наткнулся на статью про компьютерную графику, 3D-моделирование, узнал про Blender, скачал очень криво переведенную книгу и начал текстурировать, моделить разные кубики и башенки. Изучил Photoshop, чтобы нормально резать текстуры. В какой-то момент я почувствовал, что нужно куда-то девать всё то, чему я к тому времени научился, и я решил пойти в геймдев. Тем более, что я был в восторге от Bethesda и выпущенных ими Morrowind и Oblivion. Хотелось сделать что-нибудь своё.

Хотел написать свою игру?

— Да. Вернее, не написать, а сделать, так как после опыта с PHP желание программировать начисто пропало. Нужен был программист. И я начал вербовать своего одноклассника. Говорил ему, что геймдев — это круто, что там крутятся большие деньги, и что это наш шанс (надо было как-то стимулировать человека). Мы тогда договорились, что через год начинаем свою игрушку писать — до этого времени я осваиваюсь в 3D, а он учится кодить.

Но я забросил Blender и 3D — слишком было сложно. Кроме того, всё осложнялось моим компом, чьей видяшки совсем не хватало. Рендер обычной сцены шел 2-3 часа, а для рендера анимации я оставлял его на пару дней.

Мой друг честно пытался освоить Джаву, но тоже выгорел. Нам было по 13 лет — что с нас взять?

Потом я снова начинал Blender и снова бросал, потому что ничего не получалось — то сетка кривая, то текстуры не ложатся, да и вообще художник из меня никакой. После этого я узнал про Maya и вдохновился тем, что на ней работает Pixar. Maya весила 3Gb. У меня всё еще был страшно глючный 3G-модем, поэтому я её выкачивал, бегая по друзьям. Также скачал книгу на 2 тысячи страниц, летом её читал и моделил.

С помощью digitaltutors я неплохо поднатаскался на Maya, и кое-что начинало получаться. В это же время я познакомился с креативщиками из одной кафешки — им нужна была анимация. Предложили 500 грн. Я неделю сидел, мучился, дизайнил — сделал красиво. И радовался так — первые деньги! Но они меня киданули. Такая печаль была. Зато получил опыт.

На том же digitaltutors я начал изучать Unity. А когда научился моделить автомобили, домики и самолеты, то начал впаривать другу Unity и C#. С джавой у него ничего не получилось, поэтому он согласился.

Ты не думал записаться на какие-нибудь курсы?

— Конечно! В это же время я узнал про харьковский курс, на котором было два бюджетных места — на анимацию и моделирование. Но чтоб попасть туда, нужно было выиграть конкурс.

По моделированию нужно было придумать своего персонажа (нарисовать скетч), а также придумать его историю. По анимации — написать сценарий для мульта. Художник из меня (руками) вообще никакой, поэтому я решил пробовать силы в сценарии. К написанному сценарию я приложил ужасно нарисованный скетч и отправил. Через два месяца пришел ответ, что на задание по анимации было подано всего четыре работы и что все они неидеальны. Оказалось, что у меня хорошая идея и сценарий, но вот скетч — просто ужас. У другого человека были обалденные скетчи, но мульта, как такового не было. Поэтому всем четверым решили сделать скидку в размере 80%. Курс стоил 1000 долларов и длился год, но первые две недели нам дали бесплатно.

У них были интенсивный, напряжный, но интересный курс — нас даже учили работать в команде с помощью Trello-досок. Классные были и преподаватели. Первый день — лекции, второй день — практика, и так всё время — мне там очень понравилось. Но остальную сумму я потянуть не смог, да и очень не вовремя сломался модем.

Тогда я звоню другу и говорю: «Всё. Срочно делаем игрушку на Unity, продаем на FGL, выручку пополам, я иду на курсы, а ты делай что хочешь». Времени было — всего месяц.

Придумали мы гоночки — полу-horror. Я их задизайнил, нарисовал кнопочки, понаделывал модельки. Время от времени спрашивал друга о его успехах:

— Ты там как? Успеешь?
— Да, через неделю.

Но через неделю оказывалось, что мой друг ничего не сделал — у него всё что-то не получалось. Через пару недель я понял, что на курс уже не попаду, и начал впадать в депрессию.

«Что делать?», «Как развиваться?» — эти вопросы не давали мне покоя. В итоге я плюнул на всё и решил, что раз гора не идет к Магомеду, то я сам стану кодером, моделлером и сам сделаю игрушку. Выбор встал между C# и ActionScript для флеша. Тогда как раз начали ходить разговоры, что Flash скоро умрет и что его вытеснит HTML5. Я на эти толки внимания не обращал и стал учить ActionScript — мой первый серьезный язык программирования.

Кстати, как у тебя с английским?

— Когда я проходил курсы по Maya, то на слух кое-что разбирал, но в основном смотрел, куда там на видео клацают, и сам уже додумывал. Примерно в это время (мне было около 15), пришло осознание, что в IT без английского никуда и он мне нужен любой ценой.

Я нашел учителя, с которым мы начали с нуля, то есть с алфавита. Через два месяца я уже начал читать свою первую книжку по Flash на английском. По этой книге я написал сапера, тетрис и другие игры.

Как тебе удавалось находить на всё это время?

— В школе я практически ничего не учил. Дошло даже до того, что я вообще перестал ходить на уроки и учил всё дома сам — физику, математику, английский. Так было даже проще.

Откуда ты узнал про FGL?

— Прочитал на Хабре — там чувак рассказывал, как он сделал свою игрушку и продал её за 300$. Я думаю — ну, круто! Мне бы хоть за 100 баксов продать. Он смог — и я смогу. Пошел в кафе, сел, напился кофе (всегда так делаю, когда нужно что-то придумать) — и придумал — решил сделать игрушку вроде Alien Invaders, но полностью на рандоме.

Пришел домой, начал писать — ничего не получается. Раз написал — ноль — удалил проект; заново создал папочку, и по-новой. Ничего не получалось в плане архитектуры. Это был мой первый практический опыт без туториалов, то есть с нуля. Начал все перечитывать, искать в инете новые книги. Мой ноут не держал зарядку, поэтому я приходил в кафе, подключался к их розетке, выкачивал сайты и уже потом досматривал дома.

Так что там было с новыми папочками?

— Раз создал папочку — удалил, два создал — удалил, три — удалил. Уже кровь из носа идет. В последний раз пытаюсь — и таки за неделю написал. Все ассеты во флеше нарисовал (была простенькая векторная графика), вышло около 3000 строк на ActionScript. Но я там такого наворотил, что понял: если захочется что-нибудь поменять, проще будет переписать с нуля. Я тогда вообще не понимал зачем эти public и private, — хоть и прочитал три книжки, где всё это разжевывается. Только когда сам начал активно писать код, начало приходить понимание.

В итоге сделал игрушку и выложил на FGL. На неё сняли ревью, указали на баги и сказали, что нужно переделать, чтоб её можно было показывать спонсорам. Но изменить что-либо в игрушке я не мог, поэтому плюнул и решил написать вторую.

Мне тогда попалась статья про C# — о том, какой он обалденный и классный. Ладно, думаю, попробую — скачал книжку Шилдта и начал учить. Когда начал делать маленькие игрушки на Unity, меня это очень впечатлило: всего три клика — и не надо морочиться с архитектурой, ведь у тебя есть компоненты. По сравнению с флешем это просто рай. Поэтому я стал изучать C# более углубленно.

Ты снова хотел создать игру,чтобы продать её?

— Сделав пару игрушек на Unity, я думал устраиваться на работу в геймдев. Хоть на кого-нибудь, хоть на помощника, хоть бесплатно. Зашел на соответствующий сайт, смотрю вакансии, нахожу то, что нужно: «Помощник аниматора». Требовалось знание Photoshop, а также желательно знание 3D и HTML+CSS.

Звоню. На том конце провода говорят: «Да, да! Отлично! — Только мне 15 лет. — Ааа, ну извините, пожалуй, не получится».

Ладно, звоню во вторую компанию:

— Все ок?
— Да-да, приходите на собеседование.
— Только мне 15 лет.
— А, ну всё тогда, до свидания.

Понял я, что на работу никак не устроиться и выход один — идти в инди-геймдев (когда игрушку делаешь полностью сам).

Ты не думал утаить свой возраст?

— На тот момент — нет. Ведь на собеседовании всё равно раскусили бы. Да и тогда у меня были ещё довольно поверхностные знания. Поэтому решил продолжить самообучение.

Освежив HTML+CSS и выучив JS, я начал писать на HTML5 игрушку (тачер), где по полю бегают зомбачки — тебе их нужно давить и не попадать на мирных жителей. Тогда мне попалась классная книга по геймдеву на JS — она пролила свет на то, как нужно писать код. Автор — Паскаль Реттиг, он же автор движка Quintus. Там парень тоже лет с 12 программит, на бейсике. Прочитав его книгу, я наконец понял, что значит всё продумывать и писать красиво. Потому что до этого из самостоятельного практического опыта у меня была лишь одна игра, и то я не до конца понимал все её тонкости. Я даже удивлялся, как она вообще работает!

Тогда Amazon запустил кампанию по спонсированию HTML5 игрушек. Суть в том, что тебе дают 200 баксов за любую HTML5 игру — это и побудило меня выучить JS и написать игрушку. Я её задеплоил, и всё вроде было хорошо — она работала почти во всех браузерах, но на их планшете не работала. У них был браузер на Kindle, назывался Silk. И как его дебажить — черт пойми. Ни эмуляторов для этого Амазона нет, ни планшета, ни даже браузер скачать нельзя. А мне говорят — «Игра у нас не работает. Давай ты её пофиксишь и мы тебе заплатим». Я отвечаю — «У меня нет возможности отладить её и посмотреть, что там. Скиньте мне лог консоли». Ответили они только спустя полгода, когда я уже про эту игрушку совсем забыл. Я тогда на них обиделся.

На собеседования ходить пробовал?

— Год назад, когда звонил, меня сразу посылали. Даже этой осенью был случай — лежало где-то мое резюме Unity-девелопера, вместе с готовыми проектами — на меня вышла HR из Plarium. Она мне позвонила, я отправил ей свое портфолио, сказал, что могу совмещать работу и учебу. Но в итоге всё обломалось, потому что оказалось, что регистрация работника у них идет через СПД, а в 15 лет его открыть нельзя. А я ж так загорелся! Плариум, все дела.

Ладно, думаю, сделаю свою игрушку, продам её — и все. Благо, я тогда перечитал гору книг по C# и Unity, прошел массу туториалов и более-менее научился кодить.

Придумал игрушку — называлась SandBox. Сделал её за 1,5 месяца. Связался со своим другом, который сильно удивился, узнав, что я программирую на C#. Я ему сказал, что нужно раскручивать игрушку на плеймаркете, и что нам нужно 25$ на лицензию и 100$ на iOS. Он напряг своего отца, и тот купил нам лицензии. Игрушка вышла неплохая — я тогда как раз подсел на flat-графику, сделал трейлер. Наконец нормальный проект, я там даже синглтон использовал!

Я его задеплоил и начал ждать, пока набежит 1000 пользователей, когда она окажется в ТОПе. В это же время начал писать статьи и рассказывать везде про свою игрушку. Но прошел месяц, а игру скачали всего 100 раз. Половина из них — мои друзья. Ничего не оставалось, кроме как думать о монетизации — это был единственный способ заработать на ней. И я придумал «гениальную» идею.

Суть монетизации заключалась в том, что если ты не можешь пройти уровень на три звезды (идеально), то можешь просмотреть видеорекламу, и тебе открывается следующий уровень. Идея показалась мне очень удачной, но она в итоге и положила всю игрушку — на втором клике на рекламу она начинала грузиться бесконечно. Я месяц просидел, промучился, но проблему так и не устранил, после чего удалил игру. Всё что от неё осталось, — ролик на ютубе.

Снова пришла печаль. Я понял, что денег нет ни на раскрутку игрушки, ни на художников — ни на что. Депрессняк «зачем весь этот кодинг» длился два месяца. Потом я прочитал Наполеона Хилла «Думай и богатей», и он меня вдохновил. Раньше я начинал дело с большим энтузиазмом, сидел целыми днями, но потом выгорал так, что противно было на всё это смотреть, бросал на пару месяцев — и шёл на новый виток.

Прочитал книгу — и думаю: куда бы дальше податься? В геймдев пути нет (нужны деньги). Как инди тоже не реализовался. На работу не берут. И решил — раз я в душе художник и раз мне нравится кодинг и дизайн, буду заниматься фронтендом и пойду во фрилансеры (тем более, что я уже знал JS и HTML).

Но сначала мне нужно было въехать во фронтенд. Мой двоюродный брат, который работает в Житомире контент-разработчиком, выделил целый день своего времени, чтобы рассказать мне про процесс разработки, а также про фреймворки и материалы, которые мне нужно было изучить. В итоге, чтобы получить Trial-доступ на курсы teamtreehouse, я открыл себе банковскую карточку.

И как, получилось зарабатывать фрилансом?

— Да, я выполнил один заказ для менеджера по продажам топлива — сделал ему landing page. Это были первые деньги, и я тогда понял: это — верный путь.

Днем мне никто недавал спокойно учиться иработать, поэтому япоменял свой график— начал спать днем, аночью работать. Сидел, читал книги, писал свои pet-проекты, месяцами невылазил из-под компа.

Сделал себе сайт-визитку за три дня, выучил React. За ту неделю Trial-доступа на teamtreehouse я прошел все курсы по фронтенду, которые там были, а также написал в поддержку и получил скидку для студентов на месячную подписку (было 50$, стало 10$). Так и отдал последние 10 долларов, чтоб разобраться с остальными курсами. И конечно, я выкачивал курсы с рутрекера и потом сидел на них целыми днями. Тогда же я начал более серьезно изучать JS, даже в какой-то степени полюбив его. Написал портфолио, тестовые проекты, научился работать с Github и начал рассылать резюме.

Так ты все-таки хотел на фриланс или в офис?

— Была надежда на фрилансе работать, но в офис тоже хотелось. Это уже было после зимнего хакатона Microsoft по геймдеву, в честь Windows 10. Там я познакомился с фронтендом в связке с Node.js и впервые повстречал других программистов (до этого я их не видел). Мы с моим другом тогда победили, выиграв пять тысяч гривен на обучение в CyberBionic. Я очень воодушевился победой, ведь нас там было 12 команд, и мы с другом заняли призовое место, будучи единственным школьниками (остальные участники были из КПИ и Шевченко).

И вот, после этого хакатона, я на таком подъеме снова захожу на сайт по поиску вакансий. Смотрю — требуется трейни-фронтенд, джуниор-фронтенд. Возраст в этот раз я решил не указывать. Если пригласят на собеседование — там уже попробую уговорить. Тем более что как раз в это время вышла статья про девушку, которая в 19 лет работает тимлидом. Меня эта статья здорово вдохновила, я ей даже в Twitter написал «Спасибо!».

Потратил день, составил красивенькое резюме, указал последние работы (фриланс-заказы) и наработки на Github. Отправил 14 резюме — на те вакансии, куда реально подхожу. Например, на одну вакансию нужно было знать лишь CSS+HTML, JS, а также было указано — «Большим плюсом будет знание bootstrap, опыт с Sass».

Оказалось, что из тех 14 писем было просмотрено только 3-4, и только одна HR добавила меня в Linkedin. Никто больше ничего не написал. Я думаю — ну блин, бред какой-то. Вроде ж нигде не указывал возраст.

Предпринял последнюю попытку через уже другой сервис — описал навыки, набросал summary, закрыл и думаю «пропади оно всё пропадом». Но на следующий день смотрю — пришло два предложения. Одно на удаленную, второе в офис.

Для того, которое в офис, мне нужно было отправить своё портфолио и ссылку на Github, показать примеры кода. Им всё понравилось, и меня пригласили на собеседование.

Я пришел, поговорил с руководительницей, она рассказала, чем они занимаются. Оказалось, что вся работа сводилась к написанию виджетов и приложений для Jive. Их фронтенд-разработчик посмотрел мое тестовое задание по JS и сказал «Добро».

Вторая часть собеседования была на английском, я её тоже прошел. И как раз во второй части руководитель спросила меня про высшее образование.

— Ну, как бы, у меня его нет.
— Почему?
— Ещё не пришлось.
— Сколько тебе лет?
— 16.

Итут уних вытянулись лица. Они сильно опечалились иначали расспрашивать, как ясобираюсь совмещать учебу иработу, что яздесь делаю икакие уменя планы. Нособеседование витоге прошло успешно— явернулся домой, ичерез полдня мне сделали предложение.

Собирались оформить меня через СПД (я задавал этот вопрос на форуме). Но мне не очень нравилось, что вся работа — это писать костыли для Jive.

Потом я поговорил с руководителем, который предлагал удаленную работу (второе предложение) — мне оно понравилось больше. Они посмотрели мой Github, примеры работ, сказали, что работа будет затачиваться на верстке, React + Reflux, и что самое главное — быстро учиться и быть инициативным. Я сразу согласился, тем более что это удаленная работа, да ещё и с последними библиотеками и перспективой роста. О чем еще мечтать? Хотя, конечно, я больше хотел бы работать в офисе — ведь в коллективе все-таки легче, чем одному.

Как на твое трудоустройство отреагировала семья?

На протяжении всего процесса поиска работы я информировал маму:
— Мам, я резюме отправил.
— Ну да. (Мол, кто ж тебя в 16 лет возьмет на работу). Ты лучше учись.

Потом вдруг прихожу и говорю:
— Ну всё, мам, меня приняли на работу, я с первого числа уже работаю.
— Ого! Ничего себе!

Но меня в основном поддерживал брат (экономист, 25 лет). Когда я рассказал ему новость, он сказал: «Я ж говорил тебе!». Он и правда всегда говорил мне: «Не сдавайся, иди».

Ты думаешь куда-ни будь поступать?

— Да, хочу на заочный, либо в КПИ, либо в Шевченко. На прикладную математику. Те знакомые, которые заканчивали эти ВУЗы (да и куча статей в интернете) говорят, что единственное, чему тебя нормально научит ВУЗ — это математика и физика, а кодинг — это уже сам. Ну, сам, так сам.

Какие технологи планируешь изучать в ближайшем будущем?

— Чтобы удержаться на этой работе, мне нужно научиться работать с Flux, библиотеками. Хочу научиться нормально работать на Node.js (немного пробовал, жутко понравилось), постепенно дорасти до full-stack веб-девелопера, стать сеньором, набраться опыта.

Твое слово напутствия юным коллегам

— Не сдаваться — это самое главное. Всегда у всех наступает такой момент, когда хочется всё бросить. Я сам бросал раз десять. Хорошо, что возвращался. Главное — пережить, перетерпеть, через слезы сесть и начать писать код — хоть что-нибудь.

У меня также была проблема, когда я не знал, что писать и что показать в портфолио. Ни проектов, ни даже идей на pet-проекты — ничего.

Мне ничего не хотелось, меня тошнило, я шел в кафе и писал. После этого момента, когда пересиливаешь себя, идет следующая ступенька — и ты опять начинаешь получать от этого кайф. И начинаешь смотреть на вещи иначе.