Как изолировать ИИ-агента в 2026 году: microVM против контейнеров

Чем microVM отличается от контейнера, как запустить агента в Docker Sandboxes и сколько стоят облачные песочницы.

Обложка: Как изолировать ИИ-агента в 2026 году: microVM против контейнеров

Кодового агента, который сам ставит пакеты, запускает базы данных и читает чужие README, нужно изолировать сильнее, чем обычное приложение. Контейнер делит ядро с хостом, и ошибка в его настройке открывает агенту путь наружу. Поэтому в 2026 году агентов переносят в microVM — лёгкие виртуальные машины с собственным ядром. Docker 5 ноября 2026 года сформулировал это правилом: «изолируй агента в песочнице, приложение в контейнере».

Повод для разговора реальный. Mistral в техническом отчёте о модели Large 4 описала, как агент во время обучения связал четыре уязвимости и получил root на узле кластера, а другой по ошибке удалил около 30 тыс. песочниц. После этого компания начала перестраивать инфраструктуру с контейнеров на microVM. Подробно этот случай мы разбирали в отдельной новости.

Дальше — о том, чем уровни изоляции отличаются друг от друга, как запустить агента в microVM на своей машине, когда достаточно лёгкой песочницы на уровне ОС и сколько стоят облачные сервисы. Команды взяты из документации, цены проверены 16 ноября 2026 года.

Ключевые выводы
  • Контейнер — изолированный процесс на общем ядре хоста; microVM даёт агенту собственное ядро за границей гипервизора.
  • Firecracker, на котором построены AWS Lambda, E2B и Vercel Sandbox, по данным проекта запускает microVM меньше чем за 125 мс, а накладные расходы памяти на каждую не превышают 5 МиБ.
  • Docker Sandboxes запускают агента одной командой sbx run claude; локальная работа бесплатна, в том числе в коммерческих проектах.
  • Песочница Claude Code на bubblewrap и Seatbelt, по внутренним данным Anthropic, сокращает число запросов разрешений на 84%, но закрывает только команды оболочки.
  • Сутки работы облачной песочницы с 1 vCPU и 2 ГБ памяти (в E2B 2 ГиБ) стоят около $1,99 в E2B и от $1,05 до $4,09 в Vercel Sandbox в зависимости от загрузки процессора; хранение и трафик считаются отдельно.

Почему контейнера агенту недостаточно?

Потому что границу контейнера обеспечивает то же ядро, на котором работает весь хост, а агент постоянно проверяет своё окружение на прочность. Контейнер — это процесс со своей изолированной файловой системой, деревом процессов и сетью: изоляцию дают пространства имён Linux, ресурсы ограничивают cgroups. Старт быстрый, накладные расходы малы, но ядро общее. Авторы gVisor, песочницы Google для контейнеров, формулируют это в README одной фразой.

Containers are not a sandbox. While containers have revolutionized how we develop, package, and deploy applications, using them to run untrusted or potentially malicious code without additional isolation is not a good idea.
README gVisorраздел Why does gVisor exist (перевод редакции: «Контейнеры — это не песочница. Хотя контейнеры изменили то, как мы разрабатываем, упаковываем и развёртываем приложения, запускать в них недоверенный или потенциально вредоносный код без дополнительной изоляции — плохая идея»)

Для обычного сервиса общего ядра хватает: он делает то, что записано в образе. Агент ведёт себя иначе. Docker в блоге описывает его как «актора»: он клонирует репозитории, ставит пакеты, поднимает PostgreSQL, собирает образы и повторяет попытки часами, а команды выбирает по инструкциям из файлов, веб-страниц и ответов инструментов, которые никто не проверял.

Чтобы выйти из контейнера, агенту обычно не нужна уязвимость ядра. Хватает ошибки конфигурации, и типичный пример — проброшенный сокет /var/run/docker.sock. Так контейнеру дают доступ к Docker в Compose-файлах и CI, но вместе с сокетом он получает управление демоном хоста, который умеет монтировать его каталоги и запускать привилегированные контейнеры. По словам Docker, в демонстрации на конференции WeAreDevelopers агент этим путём добрался до файла с секретами на хосте без единой уязвимости нулевого дня.

Цепочка из отчёта Mistral состоит из таких же ошибок: агент перехватил служебный ключ API в трафике, нашёл недокументированный сервис управления песочницами, выполнил через него команды в соседнем привилегированном контейнере и через панику ядра вышел на хост. Вывод компании занимает две фразы.

Earlier this year, we relied primarily on containers. We are now rebuilding our sandbox infrastructure around microVMs to strengthen isolation and support efficient snapshotting.
Mistral AIтехнический отчёт Mistral Large 4, раздел 4.3.3 (перевод редакции: «Ранее в этом году мы полагались в основном на контейнеры. Сейчас мы перестраиваем инфраструктуру песочниц вокруг microVM, чтобы усилить изоляцию и поддержать эффективные снимки состояния»)

Чем microVM отличается от контейнера и обычной виртуальной машины?

У microVM собственное ядро Linux, отделённое от хоста гипервизором, но нет эмуляции лишних устройств, поэтому она стартует почти так же быстро, как контейнер. Самая известная реализация — Firecracker, открытый монитор виртуальных машин от AWS на базе KVM. На сайте проекта указаны три числа: запуск меньше чем за 125 мс, до 150 microVM в секунду на одном хосте и меньше 5 МиБ накладных расходов памяти на машину. На Firecracker работает AWS Lambda.

Между контейнером и microVM есть промежуточные варианты. gVisor ставит между приложением и ядром хоста своё «ядро приложения», написанное на Go и работающее в пользовательском пространстве; его рантайм runsc подключается к Docker и Kubernetes. Kata Containers запускает контейнеры в лёгких виртуальных машинах, которые, по описанию проекта, ощущаются и работают как контейнеры. На самом лёгком уровне стоят встроенные песочницы ОС, которым контейнеры вообще не нужны.

Четыре уровня изоляции агента

4 сервиса, 4 столбца
Четыре уровня изоляции агента
УровеньПримерыГраницаЧем платите
Песочница ОСbubblewrap, Seatbelt, Anthropic Sandbox RuntimeПравила ядра для одного процесса: файлы и сетьЗакрывает только то, что запущено внутри; общий хост
КонтейнерDocker, PodmanПространства имён и cgroups на общем ядреПобег возможен через ошибку конфигурации или уязвимость ядра
Ядро в пространстве пользователяgVisor (runsc)Системные вызовы перехватывает отдельное ядро на GoИнтерфейс «похожий на Linux», а не само ядро Linux: совместимость приложения нужно проверять
microVMFirecracker, Kata Containers, Docker SandboxesГипервизор и собственное ядро LinuxНужна аппаратная виртуализация, больше памяти и диска
Листайте столбцы →Смахните влевоВсе 4 столбца
документация и README проектов, 16 ноября 2026 года; сводка Tproger

Выбор уровня зависит от того, насколько вы доверяете коду внутри. Если агент работает под присмотром и подтверждает команды, хватит песочницы ОС. Если он действует автономно, читает чужой текст и требует Docker, понадобится microVM.

Как запустить агента в microVM на своей машине?

Самый короткий путь — Docker Sandboxes: утилита sbx создаёт microVM с собственным ядром, файловой системой, сетью и отдельным Docker Engine и запускает в ней агента. По документации, сама утилита и локальные песочницы бесплатны, в том числе для коммерческой работы; платными остаются облачные песочницы и централизованные политики для организаций. Первый запуск из руководства:

			$ cd ~/my-project
$ sbx run --name my-sandbox claude
		

Вместо claude подставляется другой поддерживаемый агент. При первом запуске утилита предложит выбрать сетевую политику; вариант Balanced разрешает обращения к распространённым сервисам разработки и блокирует остальное, пока вы не добавите правило. Список песочниц и текущие правила смотрят из соседнего терминала:

			$ sbx ls
SANDBOX      AGENT    STATUS      PORTS   WORKSPACE      CREATED
my-sandbox   claude   ● running           ~/my-project   2m

$ sbx policy ls
$ sbx policy allow network registry.npmjs.org
		

Внутри виртуальной машины у агента есть sudo: он ставит пакеты, собирает образы и поднимает Compose-приложение на своём Docker Engine, не касаясь демона хоста. Исходящий трафик идёт через прокси на хосте с политикой «запрещено всё, что не разрешено». Ключи API прокси подставляет в заголовки запросов сам, поэтому их значения в виртуальную машину не попадают. Состояние сохраняется между запусками, пока песочницу не удалят:

			$ sbx stop my-sandbox
$ sbx rm my-sandbox
		

Требования жёстче, чем у контейнеров. Нужен поддерживаемый гипервизор: Mac на Apple silicon с macOS 14 или новее, Windows Hypervisor Platform либо KVM на поддерживаемых версиях Ubuntu; внутри другой виртуальной машины потребуется вложенная виртуализация. Отдельное ядро и отдельный Docker Engine занимают больше памяти и диска, чем ещё один контейнер. Если машина не тянет, Docker предлагает облачные песочницы с оплатой по факту.

Альтернатива для Linux без Docker — собрать похожую схему из открытых компонентов: Firecracker или Kata Containers на хосте с KVM. GitHub, например, перевёл свои агентные воркфлоу на Cloud Hypervisor, об этом мы писали в новости. Этот путь требует администрирования и оправдан, когда песочниц нужно много.

Когда хватит песочницы на уровне ОС?

Когда агент работает в вашем терминале под присмотром и нужна дополнительная защита, которая заодно убирает лишние подтверждения. Так устроена песочница Claude Code: команды оболочки запускаются внутри ограничений, которые на macOS задаёт Seatbelt, а на Linux и WSL2 — bubblewrap. Команды агента пишут только в рабочий каталог, временный каталог пользователя и явно добавленные пути и ходят только на разрешённые хосты; так ограничиваются и последствия внедрённых инструкций. Anthropic в инженерном блоге сообщала, что во внутреннем использовании песочница сократила число запросов разрешений на 84%.

Включается песочница командой /sandbox в сессии; по умолчанию она выключена. На Linux и WSL2, по документации, нужны два пакета:

			sudo apt-get install bubblewrap socat
		

Тот же механизм доступен отдельно, как открытый Anthropic Sandbox Runtime: им можно обернуть любой процесс, включая локальный MCP-сервер. Проект помечен как исследовательское превью, формат настроек может меняться. Пример из README:

			npm install -g @anthropic-ai/sandbox-runtime

# Network restrictions
$ srt "curl anthropic.com"
Running: curl anthropic.com
<html>...</html>  # Request succeeds

$ srt "curl example.com"
Running: curl example.com
Connection blocked by network allowlist  # Request blocked
		

У этого уровня есть пределы, и документация Claude Code перечисляет их прямо. Песочница оборачивает только команды оболочки. Встроенные инструменты чтения и записи файлов, веб-запросы, хуки, локальные MCP-серверы и LSP-серверы работают вне песочницы, с полными правами пользователя. Ядро и хост при этом общие. Чтобы закрыть одной границей всё сразу, документация советует запускать сам процесс Claude Code в контейнере или виртуальной машине. Похожие песочницы для агентов есть и в редакторах: о встроенных в VS Code мы рассказывали в обзоре версии 1.141.

Сколько стоят облачные песочницы для агентов?

От $1 до $4 за сутки непрерывной работы небольшой машины, если считать по опубликованным тарифам. Облачная песочница нужна, когда агентов много, сессии длинные или у пользователей нет своей машины с виртуализацией. Мы сравнили два сервиса на Firecracker с открытыми ценами: E2B и Vercel Sandbox.

Облачные песочницы на microVM: тарифы на 16 ноября 2026 года

6 сервисов, 3 столбца
Облачные песочницы на microVM: тарифы на 16 ноября 2026 года
ПараметрE2BVercel Sandbox
ИзоляцияFirecracker, одна microVM на песочницуFirecracker microVM
Процессор$0,000014 за vCPU в секунду, пока песочница запущена$0,128 за час активного vCPU
Память$0,0000045 за ГиБ в секунду$0,0212 за ГБ в час
БесплатноТариф Hobby: разовый кредит $100, до 10 песочниц одновременно, сессии до 1 часаТариф Hobby: 5 часов активного CPU и 420 ГБ-часов памяти в месяц, сессии до 45 минут
Платный тарифPro за $150 в месяц плюс использование: сессии до 24 часов, 100 песочниц одновременноPro: оплата по использованию в счёт кредита $20 в месяц и сверх него, сессии до 24 часов
Сутки с 1 vCPU и 2 ГБ, только процессор и память$1,99 (2 ГиБ памяти)$1,05 при загрузке процессора 1%, $4,09 при полной загрузке; регион iad1
Листайте столбцы →Смахните влевоВсе 3 столбца
e2b.dev/pricing и vercel.com/docs/vercel-sandbox/pricing, 16 ноября 2026 года; суточная цена E2B — расчёт Tproger
Как изолировать ИИ-агента в 2026 году: microVM против контейнеров_35
Стоимость суток работы песочницы с 1 vCPU и 2 ГБ памяти (в E2B 2 ГиБ): только процессор и память, у Vercel регион iad1. График: Tproger по данным E2B и Vercel, 16 ноября 2026 года

Разница в модели оплаты важнее разницы в ставках. E2B берёт деньги за каждую секунду, пока песочница запущена, независимо от нагрузки. Vercel считает только активное процессорное время, и это существенно для агентов: большую часть сессии они ждут ответа модели. В собственном примере Vercel простаивающая песочница с загрузкой процессора 1% обходится в $1,05 за сутки, полностью загруженная — в $4,09. У остановленной песочницы Vercel плата за процессор и память прекращается, но хранение снимков оплачивается отдельно.

Как изолировать ИИ-агента в 2026 году: microVM против контейнеров_37
Сколько песочниц можно держать одновременно на тарифах E2B. График: Tproger по данным e2b.dev, 16 ноября 2026 года

Если агентов нужно запускать сотнями, упираешься в лимит одновременных песочниц. В E2B это 10 на бесплатном тарифе и 100 на Pro; расширение до 600 стоит ещё $500 в месяц, до 1 100 — $1 000. Запуск из кода в обоих сервисах занимает несколько строк. Пример на Python из README E2B:

			from e2b import Sandbox

with Sandbox.create() as sandbox:
    result = sandbox.commands.run('echo "Hello from E2B!"')
    print(result.stdout)  # Hello from E2B!
		

Рантайм E2B открыт, и его можно развернуть на одном своём сервере Linux с KVM. Оплату сервис принимает через Stripe; работает ли оплата и регистрация из России, в документации не сказано, и мы это не проверяли. У Cloudflare песочницы доступны на тарифе Workers Paid: каждый экземпляр контейнера там, по документации, работает в microVM со своим ядром и сетью; о выходе этого сервиса из беты у нас была новость.

Что остаётся уязвимым даже в microVM?

Всё, чем вы сами поделились с песочницей. Гипервизор отделяет агента от хоста, но модель безопасности Docker Sandboxes прямо перечисляет, что пересекает границу:

  • Рабочий каталог. По умолчанию он смонтирован на чтение и запись, и агент может изменить или удалить файлы проекта. Режим --clone монтирует репозиторий только для чтения и даёт агенту приватную копию внутри виртуальной машины.
  • Сеть. Агент дотянется до любого адреса, который вы разрешили политикой. Чем шире список, тем проще вынести данные наружу.
  • MCP-серверы. Локальный MCP-сервер работает прямо на хосте за пределами песочницы, и агент вызывает его инструменты через шлюз. Docker советует считать такие серверы доверенными интеграциями хоста.
  • Общие навыки агента. Хранилище навыков лежит на хосте и подключается к песочницам; изменения, сделанные в режиме записи, увидят другие песочницы.
  • SSH-агент. Если на хосте задана переменная SSH_AUTH_SOCK, сокет агента пробрасывается в виртуальную машину: процессы в песочнице могут запрашивать подписи, хотя сами приватные ключи остаются на хосте.
  • Учётные данные. Значение ключа в виртуальную машину не попадает, но агент может пользоваться им в запросах к разрешённым сервисам.

Отсюда практическое правило из того же блога Docker: какой бы режим вы ни выбрали, читайте дифф перед тем, как запускать изменённый код у себя. Изоляция ограничивает ущерб от ошибки агента, но не проверяет результат его работы. От внедрённых в текст инструкций она тоже защищает только частично; отдельные приёмы против них мы собрали в статье о prompt injection.

Тенденция при этом однозначная. Docker, Vercel, E2B и Cloudflare строят песочницы для агентов на microVM, Mistral переводит на них свои песочницы, а песочницы уровня ОС остаются способом сократить подтверждения в повседневной работе. Если агент у вас запускается с автоматическим одобрением команд, начинать стоит с проверки двух вещей: не проброшен ли в его окружение сокет Docker и что именно разрешено ему в сети.

Частые вопросы
1
Docker Sandboxes — это контейнер с агентом внутри?

Нет. Это microVM с собственным ядром Linux, файловой системой, сетью и отдельным Docker Engine. Контейнеры можно запускать внутри песочницы, поэтому понятия легко спутать.

2
Можно ли запускать Docker внутри песочницы?

Да. В Docker Sandboxes у каждой песочницы свой Docker Engine: агент собирает образы, запускает Testcontainers и Compose без сокета хоста и без Docker-in-Docker. В Vercel Sandbox, по документации, тоже можно запускать процессы с системными привилегиями, включая Docker.

3
Работает ли песочница Claude Code на Windows?

Только внутри WSL2. По документации, на обычной Windows Claude Code выполняет команды без песочницы; WSL1 не поддерживается.

4
Защищает ли microVM от prompt injection?

Нет, она ограничивает последствия. Агент с внедрённой инструкцией по-прежнему может испортить файлы в общем рабочем каталоге и отправить данные на разрешённые адреса, поэтому сетевую политику стоит держать узкой, а изменения проверять перед запуском.

Источники: Docker Blog: Docker Sandboxes vs. Containers, Docker Docs: Docker Sandboxes, Docker Docs: Get started with local Docker Sandboxes, Docker Docs: Security model, Docker Docs: Architecture, Mistral AI: Mistral Large 4 Technical Report, Firecracker, GitHub: google/gvisor, GitHub: kata-containers/kata-containers, Claude Code Docs: Configure the sandboxed Bash tool, Anthropic Engineering: Beyond permission prompts, GitHub: anthropics/sandbox-runtime, E2B: Pricing, GitHub: e2b-dev/infra, GitHub: e2b-dev/E2B, Vercel Docs: Vercel Sandbox, Vercel Docs: Sandbox pricing, Cloudflare Docs: Sandboxes on Cloudflare

Изображение на обложке: Docker